Социальное дистанцирование. Национал-куколдизм как кровоизъявление - Олег Владимирович Кашин

– структуры олигарха очень помогают охранному ФГУПу, в котором работают самые заслуженные ветераны, заседающие в краповом совете, ну и в таком положении отказать своему фактическому хозяину люди не могут. Еще раз повторим, что наверняка это не более чем слухи, но вообще разве это имеет значение.

Гораздо удивительнее другое. Вот эти кадыровские бородачи, готовые сражаться за краповый берет – плюс-минус тридцатилетние парни, чье детство пришлось на войну, и они ведь все помнят, что были армейские солдаты и офицеры, шедшие в полный рост на штурм, горевшие в танках, попадавшие в плен, и были – вот эти. Мы (тут уместно это местоимение вместо обезличенного «федералы») были тогда для чеченцев врагами, но враг, который лицом к лицу с тобой в бою, и враг, который приходит после боя зачищать селение – это все-таки два разных врага, и только один из них заслуживает уважения. И это еще одна ирония судьбы, что не за честные армейские погоны сражаются эти тридцатилетние чеченцы, а за принадлежность к тем, чья главная слава – зачистки. Понятно, что у них там своя особенная культура, но неужели ничего не екает внутри? Именно в чеченском контексте краповый берет – несопоставимо более спорная вещь, чем, скажем, звезда Героя России, ставшая в тех краях модным аксессуаром высшей местной элиты (и тоже, конечно, наследующая советской мутантной традиции; геройская звезда – это даже не советский орден, Герой России – это советское почетное звание, как «народный артист» или «заслуженный шахтер»; Боже, даже нынешняя Россия заслуживает более разумной системы государственных наград, и как жаль, что никто не решится ее реформировать!). У постсоветской России все очень плохо с символической, ценностной составляющей, и конфликт вокруг краповых беретов, на первый взгляд продолжающий серию межнациональных казусов последних недель, гораздо сильнее впечатляет именно с точки зрения символической несостоятельности государства.

Этот удивительный Бастрыкин

24 ноября 2021

На прошлой неделе пресс-служба Следственного комитета выпустила довольно странный пресс-релиз – традиции анонсировать встречи председателя СК с конкретными гражданами в ведомстве нет, а тут вдруг заранее объявили, что Александр Бастрыкин намерен встретиться с актрисой Светланой Светличной, чтобы обсудить вопросы воспитания молодых следователей. В пресс-релизе также было сказано, что для Светличной СК готовит ряд мероприятий, на которых она должна рассказать молодежи о своем покойном отце – «мало кто знает, что отец Светланы Афанасьевны прошел Великую Отечественную войну». Впрочем, каким бы загадочным ни был анонс, расшифровать его не очень сложно. Месяц назад актриса, известная своей ролью роковой соблазнительницы в фильме «Бриллиантовая рука», ушла из дома и не вернулась – начались масштабные поиски с участием волонтеров, полиции и следователей СК, которым соответствующее поручение дал лично Александр Бастрыкин. Исчезновение актрисы подробно освещалось российскими телеканалами – до такой степени подробно, что в конце концов она и нашлась уже в студии одного из таблоидных ток-шоу; судя по всему, из дома она действительно уходила, но телевизионщики оказались проворнее следователей и волонтеров. Появление пропавшей пожилой актрисы в телевизионном эфире – зрелище эмоционально сильное, и можно представить себе, как из глаз Александра Бастрыкина, сидящего у телевизора, брызнули слезы – нашлась! – и он дожидается конца эфира, потом просит секретаря соединить его со Светличной и договаривается о встрече с ней, заодно выяснив про воевавшего отца – это открытие его так трогает, что он требует у Светланы Петренко немедленно объявить городу и миру о предстоящей встрече.

Заметим, что Бастрыкин, сидящий у телевизора и взволнованно наблюдающий за происходящим на экране – это не фантазия; в своей последней сенсационной речи председатель СК, рассуждая о недостатках системы образования, ссылается на телевизионное выступление министра Валерия Фалькова, которое Бастрыкин «наблюдал сорок минут»; сайт Следственного комитета полон новостных сообщений формата «в эфире федерального канала обсуждалась история несовершеннолетней из Челябинска, которая подверглась жестокому обращению со стороны отца» (и дальше поручение Бастрыкина проверить и наказать). Очевидно, что и Светличную он разыскивал именно как телезритель – сначала чтобы просто найти пропавшего человека, потом – чтобы принять и поболтать об отце-ветеране.

В этот вторник стало известно, что Светлану Светличную госпитализировали в психиатрическую клинику; безусловно, это не та тема, на которую следует шутить, но какие уж тут шутки – сайт СК так и не сообщил о встрече, и мы не знаем, когда Светличная легла в больницу – до, после или вместо встречи с Бастрыкиным. Вариант «после» кажется наиболее реалистичным – того, что обществу известно про характер и нрав Александра Бастрыкина, достаточно, чтобы предположить, что он мог довести пожилую женщину до госпитализации. Два месяца назад после (и, скорее всего, вследствие – известно о разносе, который устроил ему Бастрыкин в день самоубийства) встречи с главой СК покончил с собой глава управления ведомства по Пермскому краю Сергей Сарапульцев. Спустя три недели уже в Ленинградской области со встречи с Бастрыкиным «скорая» увезла 26-летнего следователя Владислава Мегрелова, на которого Бастрыкин орал при свидетелях, сумевших записать и слить прессе монолог главы СК – там что-то бессвязное («ты не ленинградец… то киргизы, то таджики, то еще вот краснодарцы понаехали…», – и дальше про своего вернувшегося с фронта батю) и обидное. Легко представить себе, как Бастрыкин говорит что-то неожиданное Светлане Светличной, и та падает без чувств и потом уезжает в психбольницу. Репутация главы СК располагает именно к таким картинам.

Стоит отметить, что эксцентрика в поведении Бастрыкина началась не сегодня. Еще много лет назад замглавреда «Новой газеты» Сергей Соколов рассказывал, как Бастрыкин, разозлившись из-за критической статьи, возил его в лес. Также в прессу попадала история вообще из начала нулевых, когда, сцепившись с незнакомым прохожим, выгуливавшим собаку, Бастрыкин грозил ему пистолетом. Но прежние эксцессы случались довольно редко и, в общем, только укрепляли образ брутального силовика, у которого, конечно, и нервы иногда могут сдать, но работает ведь, построил с нуля эффективное ведомство, выстроил свою вертикаль, победил аппаратных врагов – в общем, не идеал, но и не антигерой. В прошлом году один из лучших следователей ведомства Бастрыкина Игорь Краснов возглавил Генеральную прокуратуру, поставив точку в многолетнем ее противостоянии с СК – бывает ли более наглядное свидетельство победы одного ведомства над другим? Карьера Бастрыкина – успешная и образцовая, и сам он доказал свою состоятельность и как силовика, и как чиновника.

И вдруг что-то как будто сломалось. Этой осенью информационные поводы с участием Бастрыкина пошли сплошным потоком – любое сколько-нибудь заметное событие венчало сообщение о проверке