Пока едет «Скорая». Рассказы, которые могут спасти вашу жизнь - Андрей Леонидович Звонков

разницей, что массаж стоит делать с гепариновой мазью не реже двух раз в день (днем после обеда и вечером перед сном), а компрессионный трикотаж должен быть уже не лосинами с лайкрой (100–150 ден) а специальными чулками или колготками с давлением до 30 мм рт. ст. Надеть такие чулкна ногу можно только с помощью специального приспособления и фторопластового чехла на стопу.

Хирургическое лечение варикозного расширения – не лучшее решение. В организме нет запасных и лишних сосудов. Поэтому, если уберечь от варикоза вены не удается, удалять их резонно только в том случае, если от них больше вреда, чем пользы, и компрессионным трикотажем пользоваться почему-то не удается (например, появляется контактный дерматит как реакция на материал).

Главная опасность варикозной болезни в образовании тромбов и риске отрыва кусочков – эмболов, которые залетают в легочную артерию, могут привести к развитию тяжелой пневмонии или даже смерти от ТЭЛА.

Рожистое воспаление не обязательно является осложнением варикозной болезни вен ног, оно может возникнуть и без основной болезни, например, в результате заноса стрептококковой инфекции при расчесывании кожи голени. А вот кожный зуд при варикозе – как раз причина для такого расчесывания.

Лечится рожистое воспаление исключительно антибиотиками, и чем раньше начато лечение, тем больше шансов избежать такого серьезного осложнения, как лимфостаз.

Информация для немедиков – участников событий

Рожистое воспаление вызывается гемолитическим стрептококком. Долгое время это заболевание относилось к инфекционным, и пациентов даже госпитализировали в особое отделение инфекционной больницы. С конца 80-х было решено, что рожу нужно лечить в отделениях гнойной хирургии, а с 2000-х, в процессе оптимизации медицины, эту болезнь отдали поликлиническим хирургам, которые в большинстве своем ее лечить не умеют, поэтому часто болезнь доходит до очень серьезного течения, иногда даже дает септическую форму, и уже в таком состоянии больной отправляется в стационар.

Поэтому необходимо очень внимательно относиться к любым багровым пятнам, которые появляются на коже ног, рук, лица (рожа вены может поражать любые части тела, где может быть поврежден кожный покров).

Чаще всего рожа поражает варикозные ноги, которые чешутся. Для рожи характерно движение снизу вверх – с током лимфы. На ранних стадиях болезни допустимо использование мазей с антибиотиками, но если болезнь продолжает распространяться и нет сомнений, что это рожа, – не тяните с визитом к хирургу или инфекционисту. Самым тяжелым осложнением рожи становится лимфостаз и гангрена ног.

Дышите глубже, сейчас начнется

Сдав больного, бригада снова превратилась в «неотложку», на коммуникатор упал вызов «пневмония, задыхается».

Поехали. Очень пожилой человек, много лет страдает хронической обструктивной болезнью легких – ХОБЛ, с астматическими приступами.

Татьяна хорошо знала, что такие пациенты очень нежные, любой сквозняк или чих посетителя вызывает обострение воспаления бронхов и тяжелые приступы астмы.

С этими людьми очень трудно. Они в большинстве своем крайне недисциплинированны, не понимают тяжести своей болезни. Поэтому регулярно обостряются.

Она вспомнила больного Видякина, который так и умер от тяжелого приступа. Что стало с его сыном, она не знала. Мальчишка остался один при живой матери, бросившей их несколько лет назад. Нашлась ли она, забрала ли сына? Не известно.

Нестеров осматривал больного, выслушивал, а тот бубнил как заведенный:

– Дексаметазон с эуфлином, доктор! Мне ничего не надо. В вену… дексаметазон с эуфиллином…

– Помолчите, пожалуйста, я легкие слушаю, – сказал доктор.

Но больной не унимался, он будто бы не слышал слов врача.

Нестеров оттянул раковину уха больного и, как в пещеру, поросшую седым волосом, громко сказал:

– Вы слышите меня?

– Да, слышу, сделайте мне дексаметазон с эуфиллином в вену.

– Да помолчите вы, дайте осмотреть, – взмолился Нестеров.

– И так все ясно, доктор, сделайте мне дексаметазон…

– Мокрота какого цвета? – спросил доктор.

Вместо ответа больной выкашлянул на салфетку изумрудно-зеленые куски.

– Антибиотики принимаете? Вам врач назначал антибиотики?

– Назначал, не пью, сделайте мне дексаметазон…

Нестеров застонал.

– Послушайте, у вас сейчас острая бронхопневмония. Гнойная! Нельзя без антибиотиков! Понимаете?

– Оставьте, доктор, сделайте мне дексаметазон…

Доктор закончил осмотр, подсел к столу. Он смотрел на Татьяну, просто потому, что на нее ему было приятнее смотреть, чем на больного. Фельдшер заканчивала оформлять лицевую сторону карты.

– Что делать будем? – спросил Нестеров фельдшера.

– А что положено? – спросила Татьяна.

– Положено его с таким воспалением госпитализировать. Сделать ему бронхоскопию, промывание бронхов с антисептиком и десять дней вводить антибиотики, ингаляции делать. Но он же не слышит ничего. Долбит как попугай… или дятел.

– Я не дятел, доктор, сделайте мне дексаметазон с эуфиллином.

– А в больницу поедете?

– А толку? Они через три дня выпишут.

Нестеров понял, что эта занудливая натура достанет всех в отделении и его действительно выпишут очень скоро.

– Я вызову врача из поликлиники. Настоятельно рекомендую вам лечь в больницу. Гнойное воспаление – это не шутки. Без туалета бронхов и антибиотиков вас не вылечить. Вы понимаете?

Дядька кивнул. Он потянулся к сальбутамолу. Нестеров поймал его за руку.

– Сколько уже сделали ингаляций?

– Не помню, не считал… – кое-как выдавил больной. – Доктор, не надо ничего, сделайте мне дексаметазон с эуфиллином – и дело с концом! Я лягу… мне бы только приступ снять…

– Хорошо. Но вы понимаете, что это не лечение? Нужно убрать воспаление. Татьяна, набери четыре дексаметазона и десять эуфиллина и разведи на десять изотонического.

Доктор протянул руку к ящику и взял жгут, попеременно посмотрел вены на руках. Скептически покачал головой.

– Это уже не вены. Что ж так не бережно? Сколько лет болеете?

– Больше пятнадцати.

Больной ревниво следил за действиями Татьяны, проверяя, точно ли та набирает гормон и эуфиллин, затем поднес к глазам ампулы и убедился – все точно.

Нестеров порылся в ящике и нашел тоненькую иголочку-бабочку.

– Давай мне шприц, я сам сделаю.

Нестеров забрал набранные препараты, довольно долго выбирал вену на кисти больного и наконец очень аккуратно ввел тонкую иголочку. Прихватил ее пластырем за отвернутые «крылья»-лепестки. За них иголка и получила название «бабочка».

Подключив шприц к тонкой гибкой трубке, в которой показалась кровь, начал осторожно вводить лекарство. Спешить нельзя по многим причинам. Во-первых, вена может лопнуть. Во-вторых, гормон дексаметазон нужно вводить медленно (вообще, рекомендуется капельно). В-третьих, эуфиллин, как бронхолитик, если сработает, вызовет отделение мокроты и разгонит ритм сердца, которое и так работает на пределе – около сотни ударов в минуту.

Татьяна оформила карту, собрала весь мусор со стола, положила перед доктором спиртовые салфетки.

– У вас есть что-нибудь отхаркивающее? – обратился Нестеров.

– Грудной сбор есть, – просипел больной, задышавший чуть спокойнее.

– Это не лучшее, но «за