Екатерингоф. От императорской резиденции до рабочей окраины - Владимир Иванович Ходанович

Если можно себе представить идеал прелести и грации на сцене, то это была Дюрова; вблизи она далеко не могла слыть за красавицу, но столько было жизни и привлекательности в ея физиономии, столько наивной прелести в ея глазах и улыбке, что она превосходила всех красавиц; голос и орган у Дюровой был мягкий, симпатичный; дикция безукоризненная и при том она необыкновенно разнообразна в своих ролях. Дюрова столько-же была хороша в роли простодушной девушки, как и великосветской бойкой девицы, кокетки и дамы высшего общества; ея игра была всегда естественна и вместе с тем эффектна; она мастерски читала стихи и с первого выхода на сцену сделалась любимицею публики. Второй ея дебют был в комедии Молодость Генриха V, в которой она играла роль Бетти, дочь содержателя гостинницы; а третий дебют в комедии, в стихах: Ревнивая жена, в коей роль Евгении она сыграла как первоклассная, опытная актриса. Слушая ее, Шаховской приходил в восторг и при некоторых монологах вскакивал с места»[527]. Сестра артиста, Любовь Осиповна, незадолго перед смертью вышла замуж за П.А. Каратыгина, также выпускника Театрального училища, младшего сына Андрея Васильевича Каратыгина, известного актера и режиссера русской драматической труппы. Скончалась от чахотки 4 декабря 1828 г.

П. Арапов отметил, что и А.А. Столыпин, и выпускницы Театрального училища восхищались на екатерингофской даче «чтением прелестной Дюровой», а многие из посещавших князя Шаховского были к ней «неравнодушны».

Совпадение: среди тех, кому «Комитет об устроении Екатерингофа» выплачивал ежемесячный «порцион», числился в продолжение более двух лет отец выпускницы Театрального училища – француз, сын живописца и владелец петербургской парикмахерской Жозеф (Осип) Дюр[528]. Он прилагал свои знания и умения в рытье канала, прудов и посадке деревьев, охране строительных материалов и др.

В апреле 1833 г. скончался, отягощенный солидными долгами, барон А.А. Раль. Началась распродажа его недвижимого имущества и бумаги, произведенной на его екатерингофской фабрике. Овдовевшая Екатерина Николаевна Раль стала еще более испытывать материальные затруднения.

Не позднее апреля 1834 г. в Екатерингофе дачный участок (площадью 3,8 га) баронессы Е.Н. Раль купил статский советник К. Майер.

К моменту покупки дачи Карл (Карл Антонович) Майер (Mayer) являлся старшим врачом Градской Обуховской больницы на Фонтанке (с мая 1827 г.) и директором первой в России Школы для образования фельдшеров, при той же больнице (с 1829 г.).

На 1836 г. Обуховская больница была самой большой из гражданских больниц и одной из трех самых крупных из всех 59 петербургских больниц (включая ведомственные и лазареты). Она насчитывала 250 мужских и 150 женских кроватей. В фельдшерской школе обучались несколько десятков юношей в возрасте от 12 до 14 лет. Воспитанники школы обязаны были служить при больнице десять лет. В школе учились также «пенсионеры» из удельных крестьян (для последующей работы в удельных имениях).

Название больницы приведено на время поступления в нее К. Майера.

Этой больнице уделим особое внимание. В период обустройства Екатерингофа в 1823-1824 гг. именно в Обуховскую больницу поступали на лечение работавшие на строительстве и земляных работах. Распоряжением Приказа общественного призрения в больницу надлежало принимать только «трудно больных», бесплатно или за ежемесячную плату. «Комитет о устройстве Екатерингофа» выплатил смотрителю больницы 60 руб.[529] «Господствующими» болезнями в Обуховской больнице были разного рода горячки, «внутренния воспаления» (это могли быть холецистит, панкреатит, гепатит, перитонит и др., при которых воспалительный процесс локализуется в каком-либо органе), чахотка (туберкулез) и сухотка (сифилис).

Родился Карл-Вильгельм-Кристов Майер 5 января 1793 г. в нижнесаксонском городе Брауншвейге, где его отец, выпускник Берлинского университета и почетный член Общества повивального искусства в Геттингене, служил оператором и акушером.

В начале января 1809 г. семейство Майеров (К. Майер имел к тому времени двух братьев и трех сестер) «по вызову» на вакансию уездного медика обосновалось в небольшом городке Купянске Слободско-Украинской губернии, где отец Карла продолжил врачебную практику.

Выпускник врачебного отделения Императорского Харьковского университета, К. Майер в 1817 г. прибыл в Санкт-Петербург и экзаменационным собранием высшего органа Императорской Медико-хирургической академии (Конференцией) был удостоен звания акушера и в тот же день определен в новом звании в Слободско-Украинскую врачебную управу. Более года по поручению министра полиции отправлял «медицинские обязанности» в Сумском уезде и по распоряжению управы – должность уездного врача г. Лебединска. В конце апреля 1818 г. удостоился звания медика-хирурга Императорской Медикохирургической академии. С начала 1819 г. находился в должности уездного медика.

Окончательно в Петербург К. Майер переехал весной 1821 г. Был причислен к Медицинскому департаменту Министерства внутренних дел (МВД) и через десять месяцев «во уважение отличных познаний» по части «медицинского управления» был определен для отправления дел при генерал-штаб-докторе по гражданской части, являвшегося главой Медицинского департамента МВД.

Первого мая 1822 г. по высочайшему повелению К. Майер был «определен ко Двору» окружным врачом в звании гоф-медика. В отличие от дежурного гоф-медика, окружной гоф-медик, обязательно проживая в закрепленном за ним медицинском округе столицы, должен был «пользовать всех придворных чинов, с их семействами», проживавших в этом округе. Причем обязан был являться по вызову «безпрекословно (и во всякое время)». Придворных чинов и служителей, их жен и детей надлежало «пользовать» на их квартирах. К обязанностям окружных медиков относилось также «прививание коровьей оспы» детям придворных чинов и служителей.

В апреле 1823 г. по результатам экзамена в Медико-хирургической академии К. Майер был «признан» доктором медицины и хирургии. В том же году «за отличную службу» он награждается орденом Св. Анны III степени и «за отлично-ревностную службу» чином надворного советника. 24 октября 1826 г., по именному императорскому указу «за усердную и ревностную службу», К. Майер «пожалован» в гоф-хирурги «к Высочайшему двору». В апреле 1833 г., в числе нескольких гоф-медиков, уволен.

Проживал старший доктор (с 1840 г. – главный доктор) К. Майер с женой и детьми при Обуховской больнице, в «служительском корпусе» на казенной квартире, на декабрь 1839 г. – недалеко от больницы, в доме № 95, стоявшем на набережной Фонтанки, в 4-м квартале Московской части, а не в Екатерингофе.

Впрочем, частная практика в Екатерингофе могла и не принести ощутимой добавки к казенному жалованью. За забором дачного участка Майера жили крепостные – рабочие бывшей бумажной фабрики барона А. Раля с семьями. Через дорогу – рабочие сахарного завода Д. Лодера. На другой стороне Обводного канала – медопивоваренный завод. Принимая пациентов, доктор должен был исполнять положение медицинского устава 1789 г.: «Врачи казенных мест, пользуясь жалованьем, половины всех оных подлежащих лечить безденежно, а всех подлинно неимущих пользовать безденежным пособием по их человеколюбию»[530], т. е. бесплатно.

Но отсутствие владельца на купленной им даче в Екатерингофе имело, скорее всего, иную причину. Женившись в 1827