Под маской зла. Как профайлеры ФБР читают мысли самых жестоких серийных убийц - Марк Олшейкер

дела, я убедился, что версия событий, предложенная Седли Элли, никуда не годится. Он утверждал, что эта смерть была несчастным случаем, что у него и в мыслях не было причинять жертве вред. Иными словами, нес полную чушь.

Прежде всего, преступление относилось к организованным, в чем-то похожим на те, которые совершал Уэйн Уильямс. Убийство как таковое было смешанным, в нем присутствовали элементы как организованности, так и дезорганизованности. С моей точки зрения, показательным было то, что несмотря на свое стратегически невыгодное положение, Сюзанна отчаянно отбивалась. Это было дерзкое, изворотливое похищение, совершенное практически под носом у представителей власти. Чтобы нейтрализовать такую жертву как Сюзанна, даже крупному и сильному Элли понадобился элемент неожиданности, позволивший мгновенно вывести ее из строя. Сразу после этого он просто затащил ее в свою машину и вывез с территории базы, хотя за ним со всех ног гнались двое морпехов. Он проехал с ней через КПП и повез туда, где, как он знал, никто ему не помешает. Криминальную карьеру не начинают с таких зверских преступлений. У него наверняка имелся опыт. Поэтому я не удивился, когда Уильямс сказал, что подозревает Элли в убийстве его первой жены и в двух убийствах в Калифорнии, похожих по почерку на убийство Коллинз. Правда, ему так и не предъявили обвинений в этих преступлениях.

Далее, это преступление явно относилось к категории, которую мы со спецагентом Роем Хейзелвудом выделили в нашей статье «Плотоядный убийца», опубликованной в апрельском номера «Правоохранительного бюллетеня ФБР» за 1980 год. Обычно это гетеросексуальные и внутрирасовые убийства, характерной чертой которых является изувечение или истязание гениталий. Совершенно очевидно, что похищение было делом случая, но Элли не стал бы отламывать ветку дерева и втыкать ее между ног еще живой жертве (это показало вскрытие), если бы не испытывал давней сексуализированной ярости социопата, настаивающего на своем.

В нашей статье мы писали: «Плотоядное убийство появляется в навязчивых фантазиях преступника. В то же время, при возникновении возможности, убийца может «сымпровизировать». Таким образом, он тщательно продумывает преступление в своих фантазиях, но не воплощает их, пока не наступит удобный момент. Вследствие этого, жертва обычно незнакома убийце».

В этой статье мы разделили плотоядных убийц на две категории: организованные асоциальные и дезорганизованные асоциальные. По целому ряду причин убийство Коллинз было делом рук первой разновидности, в том числе потому, что основная часть травм была нанесена прижизненно, а не посмертно.

Термин «плотоядное убийство» вызывает определенное недопонимание, поскольку не подразумевает похоти в обычном понимании этого слова. Седли Элли не вожделел Сюзанну Коллинз – насколько известно, прежде он никогда ее не видел. Тот факт, что изнасилования или пенильного проникновения не было, не означает, что это было не сексуализированное деяние. В преступном сознании секс принимает самые разнообразные формы. Дэвид Берковиц, который стрелял в своих жертв, но никогда не прикасался к ним, признался, что впоследствии возвращался на место преступления и мастурбировал, вспоминая о содеянном. Как в случае Берковица, так и в случае Элли я понимал, что имею дело с сексуализированным проявлением власти со стороны человека, который при нормальных обстоятельствах был ее лишен. Об этом же свидетельствует и кровь, обнаруженная на трусах Элли: убив девушку, он терся об ее гениталии.

Несмотря на бесспорную склонность к садизму, Элли нельзя было отнести к типу сексуальных садистов. В отличие от Пола Бернардо из Торонто, он не испытывал сексуального возбуждения, причиняя боль. Он зверски избивал Сюзанну, но не прижигал и не порол ремнем, чтобы возбуждаться от ее криков. Укус на соске девушки был проявлением враждебности, но ее убийца не применял клещи или другие орудия пытки, как это делал Лоуренс Биттейкер. У Элли были другие мотивы.

Нападению предшествовало некое провоцирующее событие в жизни убийцы. Зверским обращением с совершенно незнакомой женщиной – избиением, обнажением, чудовищным изуверством с веткой дерева – он срывал злость, обращенную на кого-то еще. Как и все подобные ущербные личности, таким образом он также компенсировал свою неспособность уверенно и зрело контактировать с женщинами. При обыске в доме Элли сотрудники службы расследований ВМФ обнаружили в ящике для инструментов заказанный по почте аппарат для увеличения полового члена.

В нашей статье мы писали: «Это склочник и манипулятор, озабоченный исключительно собой. Трудности с родственниками, знакомыми и начальством выливаются в антиобщественные действия, в числе которых может быть и убийство. Цель асоциального типа состоит в том, чтобы поквитаться с обществом».

Серийный убийца (но не насильник) Джеймс Клейтон Лоусон сказал нам в ходе интервью: «Мне хотелось изуродовать ее до потери человеческого облика, уничтожить ее окончательно и бесповоротно». В сущности, уничтожив жертву, он становился ее единственным обладателем.

Обычно в подобных случаях орудие, примененное против жертвы, остается на виду непосредственно на месте преступления. Именно так было и с убийством Сюзанны Коллинз.

Утверждение Элли о том, что он вводил эту палку для инсценировки полового акта, было заведомой нелепостью. Помимо показаний свидетелей о криках Сюзанны, характер повреждений внутренних органов свидетельствовал о том, что палку вводили три-четыре раза и со значительным усилием. При инсценировках так не делают – ее втыкают и сматываются как можно скорее.

Я хотел донести до команды обвинения, что перед ними был раздраженный несостоявшийся мужчина, неимоверно обозленный на свою жизнь в целом и на женщин в частности. Он старался заглушать свою злобу алкоголем и наркотиками, но в ту ночь не собирался мириться с какими бы то ни было неудачами. И когда симпатичная юная девушка не приняла его с распростертыми объятиями, он сорвался. Не смог совладать с яростью и набросился на нее.

На самом деле, даже если бы Элли не задержали по горячим следам и нам пришлось бы составлять психологический портрет неизвестного преступника, этот портрет был бы очень схож с личностью реального убийцы – белый мужчина из рабочей среды, в возрасте между 25 и 35, не имеющий близких друзей и постоянной работы, финансово зависимый от другого человека, с проблемами в браке и домашним насилием в анамнезе, и т. д. и т. п. Мы дали бы прогноз его предпреступного поведения, а в части постпреступного отметили бы повышенную враждебность к близким, снижение веса, употребление алкоголя и наркотиков, прогулы работы и повышенный интерес к расследованию. Он не испытывает вины и раскаяния по поводу убийства ни в чем не повинного человека, но очень озабочен возможностью поимки. Он может найти предлог, чтобы уехать из города. В нашем понимании, он хорошо знает базу и ее окрестности, следовательно, это местный житель, возможно, проживающий непосредственно