Стратег из ниоткуда. Книга 4 - Михаил Александрович Атаманов

Так младший князь эльфов желает наладить испорченные отношения? Причём сделать это хочет срочно, ещё до того, как я пообщаюсь с главой соседнего эльфийского Рода? Неужели Род Невидимого Богомола предположил, что мы с Диассой собираемся обсуждать тут планы военной кампании в отношении них? А что, со стороны ведь наверняка именно так всё и выглядит — двое лидеров встретились вдали от чужих глаз обсудить планы в отношении соседей. И если так, то сразу опровергать такое предположение и успокаивать соседей было глупо и стоило, наверное, сперва выторговать какие-то уступки «за отмену войны».

Не расслабляясь и не убирая руки с меча, я всё же сошёл с крыльца и пошёл навстречу. С поклоном поприветствовал мокнущую под дождём длинноухую эльфийку, шмыгающую простуженным носом и похоже собирающуюся завтра слечь с высокой температурой, и посоветовал Диассе скорее бежать в дом под крышу.

— Альвар, прикажи своим людям позаботиться о моём единороге, — попросила замёрзшая девушка и указала на великолепного белоснежного зверя, оставшегося у входа и отказавшегося заходить во двор. — Ни в какие стойла этот осторожный красавец не пойдёт, так что его нужно просто вывести за городские ворота и отпустить, он сам найдёт обратную дорогу в родной лес.

— Не видел у тебя раньше единорога, — заметил я, но эльфийка тут же объяснила.

— Это дикий зверь, потому и седла никакого нет, его мне наш друид в дорогу дал. Сказал, что такой зверь и довезёт меня куда надо, и защитит от любых опасностей. А ещё сказал, что единорог сильно поднимет мой авторитет среди подданных и на корню прекратит все пересуды по поводу наших с тобой отношений, которые некоторые злые языки начали называть слишком уж близкими для просто дружеских.

Так у моей подруги возникли проблемы из-за слишком частого общения с человеком? Я пообещал позаботиться о лесном звере и отпустить на волю, и тут же поручил эту работу юному сыну садовника, который уже бежал к единорогу с горстью яблок в руках. Теперь настало время поприветствовать и другого гостя.

— Приветствую тебя, славный младший князь Брандуил Презревший Смерть, — я даже слегка поклонился врагу, признавая его отвагу. Заявиться на чужие территории лишь с жалкой кучкой воинов… не каждому хватит на такое мужества. — Что привело гордых сынов леса так далеко в холмы и горы?

— И тебе доброго здравия, вождь могучих орков Альвар Завоеватель, — эльф повторил мой жест и тоже слегка поклонился. — Совет старейших Рода Невидимого Богомола увидел возможность прекратить бессмысленную ссору соседей и направил меня с предложением. В том сундуке, — князь указал на тяжеленный ящик, который едва допёрли до лестницы его спутники и сейчас остановились отдышаться, — монеты и необработанные самоцветы, среди которых встречаются даже достаточно крупные. Соглашусь, пошло и безвкусно, и лично я бы предпочёл что-то более изысканное, но этот дар предназначен лишь для того, чтобы ты меня выслушал.

Что ж, эльфу удалось меня заинтриговать, и я согласился на переговоры.

— Входи в дом, младший князь Брандуил, магический барьер тебя пропустит. Законы гостеприимства защищают тебя, так что ничего в моём доме не бойся, и ничему не удивляйся. Но вот твои четыре спутника зайти не смогут, — я попросил растрёпанного домового Хельмута, стоящего сейчас под дождём возле моих ног в новенькой клетчатой жилетке, проявиться и показать себя гостю, — так что им придётся ждать в повозке, которой до окончания переговоров положено будет находиться за пределами городских стен. Между Жёлтой Рыбой и Родом Невидимого Богомола сейчас вражда, и я не могу позволить вражеским лазутчикам изучать мою столицу.

Появление настоящего домового буквально в паре шагов от него эльфийского князя удивило, но гораздо сильнее незваного гостя шокировала чёрная тень, зависшая над крыльцом и внимательно изучающая группу эльфов — Тобиас Одиннадцатый явился посмотреть на тех, кто без спроса дерзнул войти в его город.

— По крайней мере, честный ответ с твоей стороны, Альвар, и меня такие условия устраивают, — согласился длинноухий собеседник и дал указание своим спутникам возвращаться в повозку и ждать его в поле перед городом.

Любопытный домовой уже откинул крышку сундука и рылся в груде серебряных монет, выковыривая и изучая на просвет встречающиеся среди серебра мелкие цветные камушки.

— Отдели камни от серебра, и всё это перетащи в моё хранилище! — велел я нечисти, сам же открыл двери перед эльфийским князем, впуская его в мой дом.

— Ещё раз прошу ничему и никому не удивляться, — повторил я для промокшего Брандуила и скинувшей уже подбежавшей девчонке-служанке походный плащ и прихорашивающейся перед огромным зеркалом Диассе Ловкой Лани в светло-розовом длинном платье и со сверкающей диадемой в светло-золотых волосах. Сейчас вам принесут горячие напитки, чтобы вы не простыли по такой погоде, и укажут ваши комнаты.

— Погоди, Альвар, пока не забыла… — моя гостья протянула небольшой свёрток, который похоже до этого прятала под плащом. — Это конечно не сундук с сокровищами, но вещица, про которую ты раньше рассказывал, когда говорил о своей службе в армии. Магический шар, считывающий умения и характеристики прикоснувшегося. Ты как-то говорил мне, что хотел бы найти такую вещицу, и я в её поисках обыскала всё Приграничье!

Ух ты! Я действительно как-то в разговоре с эльфийкой упомянул волшебный шар, которым меня проверяли перед распределением в лёгкую пехоту, сказав тогда, что такая вещица очень помогла бы при формировании армии Жёлтой Рыбы. И Диасса специально нашла такой же магический шар, чтобы меня обрадовать! Я горячо поблагодарил девушку и, если бы не присутствие постороннего князя, наверное обнял бы подругу и даже поцеловал. Но сейчас такое было совершенно неуместно.

А между тем в конце коридора показалась группа из трёх эльфиек-дроу в аккуратных чёрно-белых костюмах горничных, и я объявил замершим от изумления гостям.

— Представляю вам работающих в моём доме служанок. Как сами видите, это эльфийки-дроу, и подтяните отвисшие челюсти. Я спас всех трёх из плена орков во время летней военной кампании и дал им кров и работу. По центру Альфа, она старшая из трёх. По краям Бетта и Гамма. Последние две девушки родились в неволе и по-эльфийски не понимают ни слова, а ещё они немые — орки отрезали у них языки, чтобы рабыни молчали. Альфа постарше и родной язык помнит.

Упомянутая Альфа принесла поднос с тремя кружками горячего глинтвейна и сейчас протягивала напитки мне и гостям. Что удивительно, первым пришёл в себя Брандуил Презревший Смерть. Младший