Конд Корви. Его Невозможное Величество - Татьяна Геннадьевна Абалова

в замок дядюшки. Повода не нашлось. Дервиг не появлялся в столице, а сидел словно сыч в своей крепости. Если бы не гибель Розмари и твои пророчества, вообще не сунулись бы к нему. В крепость сразу же после убийства старшей фаворитки отправился Соул. Понес рубины, которые Матиас жаждал вернуть. Во время нашей тайной встречи, когда Соул отпросился в город обновить гардероб, он подтвердил, что Дервиг прячет у себя наследника короля. Все, как ты говорила. Я даже начал называть тебя чертовой предсказательницей.

– Ах, так вот как ты ко мне отнесся? Как к несущей чушь пьянице? Выходит, тебе и в голову не приходило искать меня?

– Нет, не приходило. Пока мне не принесли учебник рогувердского. Я с удивлением узнал, что мы были знакомы прежде.

– Просто знакомы?

– Непросто, – улыбнулся мне Конд. – Совсем непросто. Поэтому я отправился за тобой. И только поэтому захотел вернуть нас обоих в то время, когда мы любили друг друга. Данное тобой имя Душечка покорило меня. Я жаждал вновь испытывать волнение, когда ты назовешь меня Душечкой.

– Душ–ш–шечка, – с чувством произнесла я. Мы рассмеялись.

Как–то странно все. Мы сидим в полуразрушенном замке и смеемся. А за покосившейся дверью собирают останки горцев. Все громче воют во дворе вдовы.

– Я думала, нам придется заново привыкать друг к другу, – мне было тепло и уютно рядом с Кондом. – Было жаль, что воспоминания о днях, когда ты был Дантом, Соулом или Дервигом, останутся только у меня, – смутившись, я опустила глаза. В учебнике я подробно описала свои переживания, особенно о дне, когда узнала Конда как мужчину.

– Я тоже хотел помнить нашу первую ночь, поэтому вернул нас назад.

– Я рада, что решила оставить у себя кольцо. Ты здоров и полон сил.

– Но у меня все равно получилось соблазнить понравившуюся мне девушку, – поиграв бровями, произнес король.

– Ах, ты, – я пихнула его плечом.

Он рассмеялся и притянул меня к себе. Поцеловал так, что закружилась голова. Или она кружится от вина?

– Да, многое не случилось так, как в первый раз. Я утвердился в мысли, что ты моя истинная только через твою боль во время нашей первой ночи. Я почувствовал ее.

– Я все равно на тебя дуюсь. Ты позволил мне выйти замуж за Дервига. Хотя мог избавить от его противного поцелуя.

– Прости, что заставил тебя страдать. Попытка направить историю в новое русло могла закончиться непредсказуемо. Я боялся рисковать своей последней возможностью изменить время.

– Как последней? Я слышала, каждому Корви дано право перевернуть время трижды.

– У меня и было трижды. В первый раз…

– Для Ани. Я знаю. Ты сделал ее пятнадцатилетней, – я нахмурилась.

– А она, глупая, не оценила, – Конд понял, что я ревную, и перетащил меня к себе на колени.

– Куда ты истратил второй раз?

– Пришлось сдвинуть Хаос, чтобы вернуться за тобой. Я едва отбил тебя у консьержки.

– Почему ты так торопился? Мы могли бы отправиться ко мне домой и объясниться с родителями. Сказать, к примеру, что мы любим друг друга, и ты забираешь меня в свою страну, поэтому они не скоро увидят дочь. Они отдали бы меня с боем, но ты все равно победил бы. Ты всегда побеждаешь.

– Ты же знаешь, каждое вмешательство в прошлые события чревато побочными эффектами.

– Я знаю. Эффект бабочки. Ты оступился, загубил ничтожное существо, но будущее вдруг приобрело совсем другие краски.

– В итоге все идет совсем не так, как должно бы. Я старался избежать ненужных погрешностей, поэтому действовал быстро. И потом, мне не терпелось вспомнить все, о чем ты написала в книге.

Я улыбнулась. Конд доверился описанию моих чувств в учебнике. Все–таки здорово, что я решилась изложить переживания на бумаге. Теперь я наяву вижу, как спонтанные поступки определяют нашу судьбу.

– А третий раз?

– Я вернул наше с тобой время. Я не хотел жить без тебя.

– То есть ты истратил свой второй раз только для того, чтобы вернуться на Землю, поссориться с консьержкой и, усадив меня в лифт, закинуть на крепостную стену в горах?

– Прости, что пришлось повторить нападение инфанты. Надо было начать с того, на чем мы остановились.

– Угу. Весьма впечатляюще.

– Единственное, чего я не предусмотрел, что ты снимешь рубины. Они защитили бы тебя от инфанты.

– Поэтому Соул кружил вокруг меня и не выпускал из рук?

– Он поклялся защитить тебя. Я был уверен, что все предусмотрел. Даже несчастный случай.

– Знаешь, как я испугалась, когда не нашла браслета Рауля на своей руке!

– Это еще одно различие с прошлым временем: в этот раз бастард не плел оберег. Я не позволил ему повторно закинуть тебя на Землю. Нечего разбрасываться драгоценным даром.

– Однако ты истратил свой, – мне было страшно, что Конд потерял возможность управлять временем.

– Оно того стоило. За своей женщиной я пошел бы на край света, – взгляд короля был серьезен. Он, опираясь на сведения, почерпнутые из дневника незнакомки, объявившей себя истинной, рискнул магическим даром. Поступок Конда поражал.

– Что теперь будет с Раулем? – мне было тревожно за принца.

– Я возьму его на воспитание. Этот недоучка достаточно наломал дров.

– Он хотел, как лучше, – встала на защиту я.

Король покачал головой.

– Я знаю, что толкнуло Рауля на разбазаривание своего дара. Он был уверен, что погибнет, поэтому решил хоть кого–то спасти. Только поэтому я его не убил.

– Ты понял его душу?

– Нет, в благодарность, что он выбрал тебя.

– Принц добрый, – кивнула я и закрыла глаза. Я так устала!

– Эй, не спать! Нас ждет дорога в столицу.

– А когда я попаду к маме и папе? – я еле разлепила глаза. – Мы ведь сможем?

– Как только я разберусь с последствиями Хаоса.

Теперь он может сам. Не надо просить сестру. Адель спокойно отправится домой к своим детям и мужу. Хантколь заждался своей королевы.

– Я оставила родителям письмо, но они все равно будут переживать, – я потянула за пуговицу на кителе короля. Она висела на одной ниточке. Видимо, дергал ворот, когда тот его душил.

– Мы найдем твой мир в первую очередь. Я успел оставить в лифте магическую метку.

– Главное, чтобы из–за твоей метки не изменился мой мир. Я помню про равновесие и все такое…

Я все же уснула. Какая же я соня! Чуть понервничаю и сразу вся из себя изнеженная барышня.

– Ваше Величество! – слишком громкий зов разбудил меня. Я вздрогнула и открыла глаза. На разрушенном пороге стоял гвардеец. – Карета подана.

– Пора домой, – произнес король и, отпустив меня, повел за руку к выходу. Мы покидали