Книга Уткина: Мы тут жизнь живём - Станислав Владимирович Гридасов

это обходится без конкретики обычно. Хотите – на конфу, хотите – на мыло, вы пишите мне, господа, какую важную ситуацию на поле я неправильно разобрал. Ну, сделайте любезную поправку на сиюминутность оценок. Вот матч Аргентина – Сербия, например, я там довольно много говорил о тактике; я ни на что не претендую, я просто стремлюсь к обучению: что я как я там рассказал неправильно? Пишите. Если вы меня поправите, я буду вам благодарен. И вообще не вижу, что тут унизительного. Если можете поправить – ну, поправьте. Только в конкретном случае и по конкретному поводу. От этого всем будет только польза.

А глобальная оценка (Уткин ни хрена не понимает) – она без аргументов не смотрится как-то совсем. Откуда мне, например, знать, что говорящий сам что-то понимает? У него на лбу это не написано, по-моему. Да и лба у него обычно нет, а только никнейм.

Я вообще очень спокойно признаю ограниченность своего знания. Мне кажется, в этом и есть настоящая сила. Я вам скажу, что я очень серьезно готовился к матчам Англии в смысле информации, например, потому что знал, что мне три матча на групповом этапе работать. И даже попросил одного очень сведущего человека о помощи, и накануне каждой игры я получаю очень интересный пресс-релиз – обзор газет, всякие интересные вещи из телепередач в Англии. Если мой помощник мне разрешит, я раскрою его имя, потому что я ему отчаянно признателен. Знаю я о нем тоже только ник, и он самый что ни на есть простой болельщик и телезритель. Просто продвинутый…

Ну, вот, господа. Это практически все, что я имел вам сообщить о своей работе на вызвавшем такие дискуссии матче Англия – Тринидад. До встречи на матче Англия – Швеция… Хи-хи.

Sports.ru, 18 июня 2006 г.

Мои любимые комментаторы

Василий Уткин

Введение

Я обожаю разговоры о профессии. Причем не только о своей. Например, когда я учился в институте, мне доставляло огромное удовольствие читать не только собственно литературу, но и о литературе. Иногда приходится отвечать на вопрос вроде «кто ваш любимый писатель», и это, конечно, будут настоящие, полномасштабные литераторы – Набоков, в частности. Но вот если, например, задуматься о другом – кто и как повлиял, под чьим творческим влиянием формировалась твоя личность? Мне вот кажется, что Набоков не может сформировать личность. Ну, разве в эстетическом смысле. Но повлиять на взгляды? Как? «Защитой Лужина»? Я и до «Лолиты» знал, что девочек нельзя обижать… Не знаю, я уверен, что эту истину любой читатель Набокова почерпнул не из его романов.

Так что вот Шкловский и Тынянов, например, отнюдь не мои любимые писатели, но, когда я читал их труды, на меня колоссальное впечатление производило, насколько же четко и понятно люди умели объяснять сложнейшие вещи. Думать, анализировать, насколько это у меня получается, я научился именно читая основоположников формальной школы. Я и сейчас Шкловского люблю иногда почитать, а Тынянова у меня просто дома нету, остался у родителей, все никак не заберу.

Мне кажется очень важным поддержать разговор о футбольном комментарии. Как-то мало очень об этом говорится на профессиональном уровне, тут больше подразумеваемого, чем произнесенного вслух. Я считаю, что реально профессией спортивный комментарий становится сейчас. Это не значит ни в коей мере, что прежде не бывало профессионалов, – были, и еще какие! Поди дотянись… Тем не менее только сейчас в стране начали функционировать в таком количестве и объеме вещания спортивные каналы.

Круг людей, которые занимаются комментарием профессионально, значительно расширился. Можно говорить о том, что формируются разные подходы к профессии, которые, возможно, в конце концов приведут к существованию и творческой конкуренции разных школ. А может быть, это и слишком высокопарная характеристика – не школы, а просто форматы.

В понедельник, а именно позавчера, я выложил на блоге свой старый текст, который называется «Записки о комментарии». Я сочинил его в 1999 году, в общем, принципиальный взгляд на профессию у меня с тех пор изменился не сильно. Чтобы не повторяться, сейчас я выберу другую форму – я просто расскажу о тех своих коллегах, которых я как зритель особенно люблю слушать и как коллега вижу в них определенный образец. Считается, что обсуждать коллег некрасиво, как-то некорпоративно.

Но наша профессия такова, что если мы сами о ней не поговорим, то и никто этого не сделает. А кроме того, наше творчество публично, и раз ты публичен – значит, тебя можно и нужно обсуждать. Да и за прошедшее с момента сочинения «Записок…» время, думаю, разговор сугубо теоретический утратил актуальность. Разговор обязательно должен быть предметным, с примерами. К «Запискам…» специально я возвращаться не буду, но просто читателю стоит помнить, что нынешний текст – продолжение того.

Поэтому я заранее прошу извинения у своих коллег, если мои характеристики кому-то покажутся обидными. Это иногда происходит помимо желания пишущего, увы. И надеюсь, что эта заметка не введет никого в заблуждение следующего рода: я вовсе не пытаюсь встать в положение этакого бога-олимпийца, глядящего на коллег свысока. Это не так; храни Господь. Любой, кто почувствует себя задетым, может высказаться аналогичным образом, мы в этом ровнейше равны. А я, со своей стороны, попрошу разрешения скопировать подобный текст у себя на блоге с соблюдением всех формальных приличий, опять же в поддержку такого равноправия.

Но когда о нас говорят с позиции мнимого знания телекритики, которые имеют мизерное представление о буднях нашей профессии, – это, может быть, куда корпоративнее, вот только это не имеет отношения к самосознанию нашего дела. Не двигает его вперед.

Я постараюсь приводить примеры неудач на себе, а применительно к моим любимым коллегам говорить о том, что мне в них нравится. Тенденция будет именно такой.

На этом с преамбулой можно бы и покончить. Напоследок – несколько общих соображений, и, может быть, даже одно. Мне кажется, что в нашей профессии в нашей стране сформировалось два основных направления, две линии, два поиска. Я бы озаглавил их по именам родоначальников: направление Озерова и направление Синявского. О том, в чем коренное различие этих двух классиков нашего дела, я подробно писал в «Записках…».

Озеров – это поиск в нашей работе духа державности, спорт в его исполнении и трактовке – дело государственное. Синявский же – это взгляд на спорт просто как на весьма интересное, живое, но вместе с тем очаровательное в своей частности дело. На мой взгляд, тенденция развития комментаторства на канале «Спорт» и на Первом – это в определенном смысле поиск в направлении Озерова. А наша работа на «НТВ-Плюс» – в целом, конечно, поиск Синявского.

В моем рейтинге не будет комментаторов, работающих на Первом канале. Я уважительно отношусь к практике коллег Гусева и Выборнова, но мое глубокое убеждение – работа раз в две недели ставит их в заведомо проигрышное положение. Комментарий сегодня – опять-таки в силу объективных обстоятельств – это работа