Книга Уткина: Мы тут жизнь живём - Станислав Владимирович Гридасов

тобой, полуобращаясь к тебе с полувопросами, сидит профессиональный, так сказать, собеседник. Совершенно другое дело – уметь размышлять вслух, что называется, без посредника. Эта привычка вообще немногим свойственна, а потом – тут же ты сам должен определять ритм репортажа… Что и является важнейшим навыком, который отделяет эксперта от собственно комментатора.

Тем репортажем Андрея я был просто восхищен, даже помню, что тут же отправил ему какую-то очень темпераментную эсэмэску.

В чем вообще проблема экс-спортсмена на телевидении? Ну, во-первых, часто человек, сам игравший, начинает учить. Говорить – «как надо». А зрителю не надо – как надо, он хочет рассуждать вместе с тобой. И вообще он не в институт за парту пришел или там в школу рабочей молодежи, он сел смотреть футбол. Его необходимо увлечь, и именно это первично… А во-вторых, мало кто из экс-спортсменов, особенно сейчас, когда профессиональный спорт наконец-то приносит людям заслуженный серьезный заработок, так вот: мало кто относится к телевидению серьезно. Между тем это профессия и это работа. Она не требует, разумеется, ежедневных многочасовых двухразовых тренировок, но она тем не менее кое-чего требует. Не только явки к началу эфира.

Андрей относится к своему новому поприщу именно как к самостоятельной работе. Это редкость. Вот ведь сколько было таких «приходов» на уважаемом канале «Спорт» – а получилось-то только у одного Андрея. А пробовалось за годы десятки людей. Десятки! Пожалуй, вижу только один подобный пример на своей памяти – как приходил на телевидение Денис Панкратов. Он внедрялся в любую телеспецифику просто как одержимый. Двукратный олимпийский чемпион, он – в истории, а сейчас он просто классный комментатор и очень классный ведущий. Я думаю – один из лучших. Но об этом я напишу потом отдельный текст.

Меня очень подкупает в Талалаеве то, что он очень прибавляет, что он исправляет шероховатости всякие. Он, конечно, стесняется немного. Вот, в частности, очень забавно, что он всякий раз, когда собирается сказать что-нибудь нестандартное (например, пошутить), как бы предупреждает: а вот сейчас я пошучу. Вы, типа, не подумайте, я вообще-то человек серьезный. Но сейчас пошучу. Нет, вы только не обижайтесь… О… Как говорят футболисты… Эх. Пошутил. Назвал Комбаровых Комбариками.

А это на самом деле в порядке вещей. Их так вообще все вокруг называют.

Но это наживное. Еще нужно обязательно запретить себе вообще произносить словосочетание «настоящий праздник футбола», от него прямо-таки веет пионерской линейкой. Но никто и не обещал, между прочим, что будет легко. Пока не закончит карьеру Радим (дай ему бог еще тысячу лет), у Талалаева не будет конкурентов среди экс-коллег в жанре футбольного комментария. А глядишь, и потом не будет – все же сами кузнецы своей удачи.

Как комментатор я тяжело страдаю от того, что Стогниенко и Талалаев, вместе и поврозь, не работают у нас на канале. Как зритель я от этого не страдаю никак.

В моем личном рейтинге комментаторов Андрей занимает шестое место.

7. Тимур Журавель

А седьмое – человек, которого год назад я бы точно не включил в десятку. В мой рейтинг он просто-таки ворвался. Я обалдел, когда увидел, довольно случайно угодив на французскую трансляцию (к Франции я, в общем-то, равнодушен), как он «стрельнул». На седьмое место я ставлю Тимура Журавеля.

Все знают, что Тимур – мой ближайший друг. Вообще, я своих друзей и отчасти врагов совершенно не скрываю, но вопросы о том, насколько это определяет мои взгляды и симпатии, не иссякают. Вот очень простое соображение: разве это не логично – дружить с людьми, которых ты уважаешь и ценишь? То есть связь здесь обратная вполне разумна… Скажу вам больше: комментарий как жанр, если вы очень хорошо знаете того, кто комментирует, лично, вообще очень усложняет восприятие. Дело в том, что в режиме 90-минутного монолога ты видишь человека как на ладони. Он весь себя проявит в комментарии – со своим темпераментом, порой даже с политическими взглядами. Ну, как облупленный. Вот среди моих друзей и людей, которых я хорошо знаю и к которым с симпатией отношусь, немало таких, которых в комментаторском качестве я совершенно не принимаю. Потому, что видно: плавает человек, старается быть кем-то другим.

А вот Тима не меняется. Он ровно такой, какой в жизни. Как и в случае с Андреем Талалаевым, он очень органичен. И ему тоже это далось совершенно не сразу.

Скажу честно и откровенно: когда я задавался вопросом, получится ли из Тимура комментатор (на всякий случай – он участник самого первого конкурса 96 года, после которого он все это время работал и работает репортером «Футбольного клуба»), я всегда думал, что нет. Не могу в точности сказать, почему. А вот Дядя <Юрий Розанов>, кстати, верил. Из качеств, которые обязательно должны быть присущи комментатору, у Тимура присутствуют совершенно феноменальная реакция и способность очень быстро формулировать. Кстати, с помощью этих же качеств можно описать сущность такого явления, как чувство юмора.

Оно у Тимы скорострельное, как автомат Калашникова.

Но в манеру это как-то не складывалось. Тимур работал ни шатко ни валко.

Но вот случился прорыв. Так, кстати, часто бывает: мы с Димой Федоровым уже сколько раз ловили себя на том, что вот, например, когда готовишь из молодого парня репортера – вот он делает, делает раз за разом какие-то идиотские ошибки, переписываешь за него тексты, инструктируешь дословно перед выездом – а потом вдруг он становится взрослым единым махом. Вдруг привозит отчет о матче, и ты понимаешь – может. Научился! И наблюдения эксклюзивные, и интонация ни на кого не похожая, вот он, авторский взгляд на хорошем русском языке! И тут срок у каждого свой. Вот то же произошло с комментатором Журавелем. Он резко обрел себя в профессии.

А сам Тимур вообще-то – человек очень разнообразных интересов, профессионально, например, разбирается в театре и кино. Как репортер он постоянно бывает в разных интересных местах, как ведущий репортер программы – именно в тех местах, где происходят исторические в футбольном смысле события. Он очень наблюдателен – в чем, собственно, зерно профессии журналиста. Просто эти качества не могли преломиться до поры в репортаже. Я почему говорю об этих вещах, которых зритель совершенно не должен знать о комментаторе, – да потому, что я объяснил выше: когда ты хорошо знаешь человека и видишь, что в репортаже он «зажимается», это красноречивее любых характеристик чисто ремесленных говорит тебе, что он далек от мастерства.

Сильные стороны Тимура-комментатора – это звучание, конечно. Все то, о чем я говорил в этом аспекте про его ровесников Кирилла Дементьева и Володю Стогниенко, есть у него слитно. Отлично интонированный голос, Тимур прекрасно умеет пользоваться вот этими переходами – от восклицания, от «гона мяча» к практически разговорной интонации. Он не выпадает из матча, очень концентрирован. Но важнейшее качество – думаю, это от огромного репортерского опыта – у Журавеля есть то, что я