Сказ о Владе-вороне - Светлана Алексеевна Кузнецова

– А живот не заболит? – едва слышно спросил Влад, прикидывая разницу в размерах и представляя, какое отвратительное нутро у этого человека. Как бы прожорливый котяра не отравился.

Баюн коротко хохотнул:

– Мне чем хуже, тем лучше. Ну? Дозволяешь?..

– Даю свое согласие, – ответил Влад во всеуслышание: и Баюну, и разбойникам.

Как отзвучало слово, сорвался Баюн с места огромной туманно-сизой тучей, лишь ушами острыми и хвостом кота напоминающей, разинул здоровенную пасть и проглотил Ухаря целиком, тот и крикнуть не успел. Остальные разбойники отпрянули, а потом и разбежались в разные стороны, только пятки сверкали.

– Ну наконец-то, – довольно протянул Баюн, приняв мальчишеское обличье и довольно поглаживая пузо. – Брюхо набил, теперь и дальше отправляться можно.

На ночлег остановились на полянке круглой да ровной, будто тарелочка. Темное заповедное море лесное со всех сторон колыхалось. Изредка доносились голоса и вскрики здешних обитателей. Влад, обернувшись птицей, трижды облетел ее, защиту вычертив, а после – уже человеком – наклонился испить водицы к ручью. Синие колокольчики над ним едва слышно позвякивали, услаждая слух и навевая дрему. Поговаривали, услышавшему их на закате человеку не увидеть более рассвета. Может, то и правда была, да только человеком смертным Влад вряд ли мог себя считать и в Нави жил уже порядком давно – у самого Кощея Бессмертного.

– Жрать хочу! – донеслось от костерка, который Баюн смастерил в мгновение ока.

– Опять?! – не поверил Влад.

– Не опять, а снова, – усмехнулся Баюн. – Ладно, не бойся, в лес за лосем не погоню, хоть и неплохо было бы. У меня еще сметанка осталась и сыр. Кстати, показывай, чего там Яга припасла.

В свертке оказался каравай – мягкий и невероятно сытный, Владу одного небольшого кусочка хватило наесться. Баюн же только недоверчиво хмыкнул и от угощения отказался:

– Ты у нас птица, вот и клюй. Коли невмоготу будет, тоже отведаю.

Спорить Влад не стал. Вспомнил он наказы Яги – отпустил Сивку домой, достал из котомки бутыль и берестяные карты, возле дуба широкого положил, а сам улегся у костра, в плащ завернулся, меч рядом на траве пристроил и веки смежил. Тотчас увлек его сон. В нем вновь летел он в вихре, воздушным лунем навеянном, но теперь чувствовал в себе силищу великую. Ни злые ветры, ни змеи крылатые не могли его остановить. Впереди извивался огненной лентой красный лунь, а Влад преследовал его, но никак не мог догнать.

Лунь вправо, и Влад поворачивает. Лунь ввысь, и Влад высоту набирает. Лунь к земле падает, Влад крылья складывает и камнем вниз летит. Лунь в самое око урагана ворвался, а Влад… затормозил в нерешительности. Тотчас померкло все перед глазами, а впереди, половину небо закрывая, возникла оскаленная драконья морда с золотыми глазами и огненной гривой.

– Как ты смеешь преследовать меня? – взревел лунь.

– Как смеешь ты друга моего в своих владениях удерживать?! – закричал Влад.

– Нет в замке моем из Руси пленников, – заявил восточный дракон.

– Врешь! – каркнул Влад. – Освободи Кощея!

– Кощея?.. – неожиданно запнулся на тяжком вздохе лунь. – Кощей гость и находился в чертогах моих по доброй воле.

– Будь так, он давно уже дома был бы!

– А ты проверь, – прищурился лунь и начал истаивать.

– Стой! – Влад рванулся к нему, да только вокруг повис фиолетовый туман безвременья, а внизу внезапно возникло темно-синее море.

Туман стлался под ним и над ним, закрывал ясные звезды. Ворон не столько летел, сколько парил, опасаясь устать раньше, чем доберется куда-либо: в пространстве меж мирами время могло тянуться бесконечно или проноситься единым мигом. Грезы сродни межмирью, в них тоже можно войти и прожить за одну ночь многие лета, а иногда достаточно лишь глаза прикрыть, а уже утро наступит и вставать придется. Но вот к его собственным силам подобное вряд ли имело отношение. Влад боялся не выдержать и упасть в море. Вряд ли он тогда так просто в свое тело, лежащее на лесной поляне, возвратился бы.

Вдруг посерело все, а впереди остров Буян показался. Скалы частоколом стояли вокруг небольшого клочка плодородной земли, а на нем рос вековечный дуб – «отражение дуба мокрецкого», как называл Кощей. Возле него же…

Влад каркнул и стрелой каленой понесся туда, где у корней, склонившись в три погибели, застыл некто в черном плаще. Кощей! Влад узнал бы его и со спины, и ночью безлунной, и как угодно еще.

Влад человеком опустился на мягкую траву, тотчас к дубу кинулся, но не успел – развеялся Кощей черным пеплом, только ветер в лицо ударил.

Влад вскрикнул, дернулся и проснулся. Склонившийся над ним Баюн что-то говорил, но понять его пока не получалось. Пришлось зажмуриться и головой помотать, в себя приходя и сновидение окончательно сбрасывая.

– С добрым утречком, что ли? – донеслось откуда-то справа.

Влад приподнялся на локте и уставился на говорившего.

– Ух ты, ну и вид! – рассмеялся Волк. – Не думал, будто нелюдь Кощеев может выглядеть столь ошарашенно.

– Человечек глупый, – вторил ему Змей Горыныч всеми тремя головами. – Ни дать ни взять – птенец.

Влад пропустил насмешки мимо ушей, глядя во все глаза на своих товарищей. Ведь ясно: не просто так пришли, с ним к луням отправятся. Влад нисколько не возражал против такой компании, к тому же вряд ли он мог даже представить, как Волк и Змей Горыныч станут играть в карты. Такое зрелище многого стоило! Пока две головы и Волк над Владом потешались, правая бессовестно в карты заглядывала и прикуп проверяла.

– Значит, все же пойдешь со мной, Змей Горыныч? – на всякий случай уточнил он.

– Ягу благодари, Ворон, – фыркнула левая голова.

– Такой медовушки, как у нее, днем с огнем не сыщешь, – причмокнула срединная.

Правая промолчала. Она слишком увлеклась, разглядывая карты Волка, и получила от него по лбу, выпустив из ноздрей белый дым.

– Ладно уж, – сказал Змей Горыныч, – помогу тебе, Ворон. Без Кощея так и так нельзя: весь миропорядок к едрене фене порушится. Как к границе подойду, поговорю с лунем. Дракон дракона, чай, всегда поймет, – усмехнулся он и подмигнул Владу правой головой.

– А я проведу, – заверил Волк.

– Жрать хочу! – не к месту заявил Баюн. – Ты, Серый, нигде, случаем, лося не припрятал?

* * *

Долго ли, коротко ли шли они по лесу: Волк впереди дорогу показывал, за ним ступал Влад, а опосля Змей Горыныч с Баюном на спине. С котом общий язык правая голова нашла. Всю дорогу они поочередно байки травили.

На третий день пути поредел лес немного. Вывел Волк их к широкой холмистой равнине и остановился.

– В