Мастер на все руки - Онор Рэй

С помощью маны владелец карты может создавать облачка радужных пузырей. При достаточном количестве вложенной маны пузыри вызывают ощущение жжения при попадании на кожу и в глаза.

Артур вытаращился на карту.

– Я нашел кое-что похуже, чем навык уборки.

На ярлычке с обратной стороны от руки было выведено: «7 серебряников».

В улье цены ниже, но вряд ли настолько. Похоже, даже интендант счел карту бесполезной.

Впрочем, жгучие пузыри могут пригодиться. Дуэль с ними не выиграешь, зато в решающий момент облачко радужных пузырей вполне может отвлечь противника.

Либо рассмешить насмерть.

Из этой карты выйдет отличный подарок для девочки, обожающей красивые ленточки и пони. Артуру сразу пришла на ум пара подходящих воспитанниц приюта.

…И пара детей в его родной деревне. Для них даже карта обычного ранга – настоящее богатство. С ней можно не бояться моровой пыли.

Артур скривился. Ему карта не подходит, но это не значит, что она бесполезна для всех остальных.

Теперь нужно придумать, как ее продать. Вариант с Кензи исключается. Она обещала помочь с обменом осколков, но эту карту улей будет искать.

Оставалось прибегнуть к… другим способам.

– Шеф, можем поговорить? – спросил Артур на следующий день.

Барлоу глянул на него, и на мгновение его лицо омрачилось. Артур почти ждал нагоняй за то, что отвлек его от работы. Шеф был занят – готовился вместе с остальными поварами к вечернему наплыву гостей. Не время любезничать с подмастерьями.

Однако Барлоу указал подбородком на темный закуток.

– Пойдем ко мне в кабинет. – И зашагал прочь, прежде чем Артур успел вставить хоть слово.

Кабинет оказался тесным, на единственном столе громоздились бумаги. Ни стула, ни кресла. Шеф прислонился к столу, скрестив руки на массивной груди.

– Что ж, давай разбираться, – сказал он, когда Артур закрыл дверь. – Сколько они тебе платят?

– Прошу прощения?

Ему повезло: во многом благодаря влиянию Фрейи с губ сорвался вежливый вопрос вместо туповатого «чего?».

– Улей, – раздраженно проворчал Барлоу. – Поговаривают, вчера тебя унес дракон. Честно говоря, я удивлен, что тебя отпустили. Если у человека есть более-менее стоящая карта, оглянуться не успеешь, как его по-быстрому связывают с драконом, пока он не передумал. Им достаются все таланты. Но тебя, как вижу, отпустили. Так сколько они тебе обещают? – Теперь в его голосе слышалась смиренная обреченность.

До него наконец дошло: шеф опасается, что он хочет уволиться.

Помешкав, Артур мысленно перестроил свой план.

– Я бы хотел работать у вас и дальше, – осторожно ответил он. – Но, наверное, не полный день. Как вы и сказали, в улье хорошо платят, но я… еще не решил, как поступить.

Шеф прищурился.

– Я не смогу платить по расценкам улья.

– Нет, дело не в этом. Просто… Вы платите осколками, вот я и подумал, может, у вас или у кого-то из ваших знакомых есть… доверенный человек.

Барлоу молча уставился на него.

Артур вздохнул поглубже и достал карту «Пузыри куда ни глянь».

– Мне нужно ее продать. И повыгоднее, чем магазинах.

А еще, чтобы след не вел к нему. В караване он насмотрелся, как проворачивают такие дела – легкими намеками и без лишних слов. Оставалось надеяться, что шеф умеет читать между строк.

Барлоу снова прищурился, мельком глянул на кисет с карточным якорем и понимающе кивнул. Похоже, он не слишком удивился его просьбе. Как-никак Артура утащил дракон.

– В магазине тебя облапошат на раз-два, – сказал он. – Скажут, что это хлам. Но мы-то знаем, что хлам хламу рознь.

Артур кивнул. Это он понимал.

– С другой стороны, – продолжил шеф, – сделка по моим каналам займет время. Ты выручишь неплохие деньги, но придется подождать.

Артур прикусил губу.

– Лучше разобраться с этим поскорее.

– Так я и думал.

Барлоу со вздохом сунул руку внутрь фартука. Там, у сердца, хранился его собственный кисет с карточным якорем – из пурпурного бархата, богато расшитый и гораздо больше, чем у Артура. А еще туго набитый, как мешок зерна, хотя фартук не топорщился.

– Я помогу сбыть карту, – сказал Барлоу. – Не по самой высокой цене, но тебя она вполне устроит.

Порывшись в кисете, он вытащил два карточных осколка. По металлическому блеску Артур опознал необычный ранг.

А еще они были скругленными с одной стороны. Угловые.

Навык торга тут же напомнил о себе. Артур изобразил недоумение.

– Два осколка за одну карту?

– Два необычных угловых осколка за одну обычную карту, от которой ты хочешь побыстрее избавиться, – парировал Барлоу. – И обещание, что если кто-то решит затащить тебя на свою кухню, первым делом поговоришь со мной.

Неужели Артур настолько ценный подмастерье? Наверное, это можно обернуть себе на пользу, но как?

– Эти два угловых, плюс три обычных неугловых – я знаю, что курс три к одному, но это все-таки целая карта, – и в свободное время вы позволите мне заглядывать в книгу рецептов.

Книга рецептов передавалась в семье Барлоу по наследству, и он никого к ней не подпускал. Когда он хотел научить Артура чему-нибудь новому, то переписывал рецепт вручную.

Артур мечтал о классе «Кулинария» и нутром чуял, что ключ к нему в рецептах.

Шеф сделал вид, что раздумывает.

– Если работаешь как следует, свободного времени у тебя быть не должно, – заметил он. – Но можешь заглядывать в книгу рецептов до или после смены. И только здесь, в кабинете. А то еще сожжешь ее или заляпаешь.

– Договорились. – Артур протянул ладонь.

Они с Барлоу пожали руки, и он вдруг понял, что впервые заключил сделку на равных.

И ему понравилось.

Глава 39

Прошел месяц, а Артур так и не получил класс «Кулинария». Он никак не мог понять, в чем загвоздка.

Его навыки обращения с ножом и приготовления пищи застопорились на восемнадцатом и девятнадцатом уровнях. Навык разделки мяса поднялся до девятого уровня. Ни один клиент не жаловался на его блюда.

Напротив, шеф только нагружал его все больше. Артур научился нарезать овощи не хуже поваров, которые работали в ресторане по несколько лет. Освоил все приемы от шинковки до мелкой соломки. Шеф даже поручал ему вырезать украшения – цветочки из редиса и фигурки