Исламская история крестовых походов. Религиозные войны в восприятии средневековых мусульман - Пол Кобб

с Востока вообще. Почти каждый год он устраивал кампании во франкскую Сирию. Их стратегия была совершенно ясной. Как писал один хронист, «одна часть армии разрушала замки и крепости франков, а другая восстанавливала то, что монголы уничтожили на Востоке»[384]. С одной стороны, Бейбарс имел целью захватить сухопутные крепости и поместить там свои гарнизоны. Таким образом, он получал базы для последующих кампаний и укреплял границы. Но пока связи франков с Европой оставались крепкими, они всегда могли вернуться большими силами. Султан был достаточно разумен и понимал, что мусульманские флоты не могут конкурировать с франкским, господствовавшим в Средиземноморье. А значит, необходимо ликвидировать их плацдармы на суше. Так что, с другой стороны, его целью был захват прибрежных городов и их разрушение, чтобы франки, когда их наконец изгонят с Востока, не смогли вернуться. Мелкие города и деревни, снабжавшие франков, подвергались разграблению.

В 1265 г. Бейбарс приготовился возглавить армию и повести ее к Евфрату, чтобы защитить Аль-Биру, которой угрожали монголы. Но когда до него дошло сообщение, что местный гарнизон и без него отбил атаку монголов, Бейбарс решил направить войска против франков, которые действовали в районе Аскалона. Он с легкостью справился с южным побережьем. Кесария пала в конце февраля. Конные войска несли с собой осадные лестницы – такое было только в кавалерии кипчаков. Фортификационные сооружения были уничтожены, и город сожжен. Через несколько дней была захвачена и разрушена Хайфа, но соседнюю крепость Атлит взять не удалось. Тогда Бейбарс вернулся к тому, что осталось от Кесарии, и осадил мощный замок госпитальеров в Арсуфе. Когда мамлюки пробились в нижний город, гарнизон замка сдался при условии, что ему позволят свободно уйти. Султан согласился, после чего хладнокровно нарушил свое слово и захватил франков в плен. По его мнению, эти люди были слишком опасны, чтобы их отпустить[385].

Представляется, что Бейбарс не желал покидать Сирию. В 1266 г., вероятно в ответ на франкское нападение на Хомс, он отправил в Сирию крупные силы. Пока войска стояли лагерем возле Акры, он отправил отряды к Триполи, чтобы запугать гарнизоны крепостей региона, и к Тиру, чтобы разграбить земли и прервать торговлю. Именно в это время он захватил крепость тамплиеров Сафат, что на северо-востоке Галилеи, причем здесь он повел себя не так, как в других захваченных им крепостях. Если верить одному из его эмиров, Бейбарс был охвачен жаждой мести за убитого сподвижника и решил убить пленных, а не требовать, как обычно, за них выкуп. Прибыв на место казни, франкские аристократы поняли, что их ждет, и велели своей домашней челяди отойти в сторону, чтобы им не пришлось встретить смерть среди слуг. До самого конца они придерживались правила pas devant les domestiques (не перед слугами). Крепость была сохранена, отремонтирована, в ней появился новый гарнизон, и город впоследствии стал одним из главных в мамлюкской (а позже османской) Палестине[386].

В 1268 г. были уничтожены оборонительные сооружения Яффы – возможно, это была реакция на новость, что Людовик IX Французский готовит новый крестовый поход[387]. Гарнизону было позволено уйти в Акру. Бейбарс позволил своим людям взять свою долю добычи, и потому большая часть населения была убита или уведена в плен. Под угрозой нового крестового похода Бейбарс даже хотел уничтожить фортификацию Аскалона, города, занятого мусульманами. В общем, он готов был пойти на что угодно, чтобы отпугнуть непрошеных гостей – франков. Но в глубине территории крепость тамплиеров Бофор (Шакиф-Арнун) была отремонтирована и снабжена новым гарнизоном, поскольку контролировала важный путь, соединявший Иерусалимское королевство и Антиохию-Триполи. Гарнизон тамплиеров был продан в рабство, но лицам, не участвовавшим в боевых действиях, было позволено уйти в соседний Тир. Бейбарс снова подошел к Акре, но на этот раз оставил войсковое подразделение, чтобы следить за городом. Столица франков еще не была готова пасть.

Бейбарс стремился лишить франкские государства возможности выбора. Именно в этом контексте следует рассматривать его экспедицию 1266 г. в Киликийскую Армению – давнюю союзницу франков[388]. Ее царь – Хетум I, тесть Боэмунда VI, правителя Антиохии и Триполи, тоже был союзником монголов при Айн-Джалуте. Бейбарс отправил совместную египетско-сирийскую армию во главе с правителем Хамы из Айюбидов, чтобы отомстить. Она рассеяла армянскую армию, разграбила царство, взяла в плен принца и наследника, убила его брата. Хетум в это время пребывал в относительной безопасности монгольского двора. Бейбарс разграбил все главные города Киликии – Тарс, Адану и Айяс (Аяс), а также столицу – Сис. Там был сожжен собор и разрушен царский дворец. Утверждают, что результатом этой кампании стали десятки тысяч пленных.

Бейбарс сохранил свой piиce de rйsistance (гвоздь программы) до 1268 г. Весной он двинулся на север после разрушения Яффы, остановившись, чтобы принять капитуляцию крепости Шакиф-Арнун. Он перешел через горы и начал совершать набеги, призванные опустошить земли Триполи и окружающих гор. 14 мая он разбил лагерь у стен Антиохии – своей основной цели. Один отряд своей армии он направил в порт Сен-Симеон, а другой – на север, чтобы не допустить помощи от армян или монголов. Антиохия оказалась в ловушке[389].

Боэмунд мало что мог сделать для обороны. Массивные фортификационные сооружения, устоявшие перед атаками первых крестоносцев, не были серьезным препятствием для осадных машин мамлюков. Недоукомплектованный гарнизон не мог противостоять многократно превосходящей его армии Бейбарса. 18 мая армия мамлюков начала штурм одновременно со всех сторон. У горы Силпиус в стене была пробита брешь, и армия вошла в город. Городские ворота были закрыты, и Бейбарс позволил своим людям сполна отомстить франкам, сражавшимся бок о бок с монголами при Айн-Джалуте, франкам, бывшим источником неприятностей для исламского мира уже больше полутора веков. Только гарнизону цитадели были позволено уйти. Остальные были убиты, город разграблен, и добыча разделена между мамлюками. Сам Бейбарс использовал свою долю добычи для начала строительства мечети в Каире. Боэмунд, в то время находившийся в Триполи, был избавлен от созерцания гибели города. Но в письме Бейбарс уведомил его о том, что он пропустил:

«Если бы ты видел твоих рыцарей, попранных ногами лошадей, жен твоих подданных, выставленных на открытый торг; если бы ты видел перевернутые кресты, разорванные и брошенные по ветру листы из Евангелия, оскверненные гробницы твоих святых; если бы ты видел врагов твоих, попирающих священные для тебя места, монахов, священников и диаконов, одним словом, если бы ты видел твои дворцы, съеденные огнем этого мира, полностью уничтоженные церкви Святого Павла и Святого Петра, ты бы воззвал: „Молю, о Небеса,