Стратег из ниоткуда. Книга 4 - Михаил Александрович Атаманов

— Ну… за успешно прошедшие переговоры и возможное начало большой дружбы! — предложил я, и мы со звоном чокнулись бокалами.

Ух ё… Выдержанное грибное пиво оказалось ещё более «убойным», чем то свежесваренное, что я пробовал весной. Мои глаза стали слезиться, а запах во рту появился такой, будто я весь день ел только самый вонючий и испорченный из всех возможных сыров. Рядом пытались отдышаться Диасса и Брандуил, оба красные и с выпученными глазами. Я срочно закусил куском мяса и обильно запил лёгким эльфийским мёдом. Вроде отпустило. И даже лёгкость приятная появилась в теле вместе с едва сдерживаемым желанием отправиться на подвиги — ну там оседлать лошадей и поехать на ночь глядя в горы поискать ещё каких-нибудь великанов, чтобы сразиться с ними, а может даже найти драконов.

Судя по всему, у других ощущения были примерно такими же. Альфа предлагала принести музыкальную шкатулку, которую она обнаружила где-то в запасниках старого дома, и потанцевать — мол, раньше, когда у неё имелся собственный замок на берегу залива Внутреннего моря, она именно так и делала. Диасса обеими руками схватила меня за ворот рубахи и корила за то, что тороплюсь, и титул князя она мне и так подарит после возвращения территорий, так что нет никакой необходимости мне жениться на проклятой княжне. Брандуил же неожиданно признался всем с глупым смехом, что старый князь Налоэль Забияка его давно разочаровал, а потому он уже начал расчищать дорогу к трону, чтобы сменить старика.

С каждой секундой мысли в голове ворочались со всё большим трудом, так что я успел разве что притянуть Диассу и поцеловать девушку — почему-то я считал очень важным сделать это до того, как окончательно отрублюсь. После чего наступила темнота…

Глава двадцать четвертая

Подарок Мелисенты

Чудился мне всякий бред, в основном про огонь и сгорающих в нём людей и нелюдей. Безжалостные драконы, прорвавшиеся за непробиваемые ворота Туранского Горного царства и преследующие разбегающихся в панике людей и дварфов по залам с высоченными потолками и бесконечными рядами мраморных колонн. Пылающие костры инквизиции и приговорённая к мучительной смерти очередная группа еретиков. Среди них почему-то преподобная мать Ванда, до самой последней секунды не издавшая ни звука и с улыбкой на разбитых в кровь губах встретившая смерть, с чувством превосходства сквозь языки пламени поглядывая на своих палачей в рясах высших жрецов церкви. Тёмные эльфы-дроу, уже проигравшие в тысячелетней войне своим светлым сородичам и вынужденные отступить, но перед уходом на юг спалившие дотла Вечный Лес вместе с тысячами и тысячами обитателей. Крики, стоны, смерть… Краешком сознания я понимал, что это всего лишь сон и ненастоящее, вот только вынырнуть из этого кошмара и проснуться почему-то не мог, и одни жуткие видения лишь сменялись другими.

Когда же кошмарная ночь наконец-то закончилась, и я начал уже более-менее осознавать реальность, стало только хуже. Как же раскалывалась моя бедная голова! В ней одновременно звенел набат, визжали бензопилы, стоял рёв гоночных моторов и крики воюющих армий. Уж лучше бы я умер, тогда бы хоть возродился в нормальном состоянии, а не всё это… Пробуждение выходило крайне тяжёлым, и мне хотелось лишь одного — лежать и дальше с закрытыми глазами, просто выжидая в осторожной надежде, что когда-нибудь всё это закончится, и станет полегче. Но в какой-то момент кто-то заботливый приподнял моё тело, усадил на кровати и поднёс к моим губам стакан, я же машинально отпил небольшой глоток холодной и солоновато-кислой жидкости. Вскоре действительно стало легче, а звонкие смеющиеся девичьи голоса совсем рядом заставили меня всё же разлепить веки и окончательно вернуться в реальность.

Обнаружил я себя в своей собственной спальне на измятой кровати, почему-то вообще без одежды. Рядом на краешке постели сидела, прикрывая голые груди руками, совершенно нагая Бетта. Неровные шрамы на её купированных ушах с такого ракурса были отчётливо видны, так что у меня мелькнула мысль заказать эльфийской девушке золотые серёжки-накладки на уши, чтобы скрыть её уродство. Обсуждали же меня, совершенно не стесняясь в выражениях и звонко смеясь, темнокожая Мурена, почему-то уже проснувшаяся после поглощения демонических ядер и даже принарядившаяся, и целительница Луана в мокром от дождя походном плаще. По-хорошему, стоило выпроводить обеих нахалок из моей спальни — тут всё-таки была моя личная территория, куда посторонним без спроса заходить запрещалось, но сил ругаться вообще не было, да и благодарен я был целительнице за то, что так быстро и эффективно привела меня в чувство.

— Ну как, Альвар, приходишь в себя? А то заставил ты меня понервничать — сознание отсутствует, жар сильнейший, пульс настолько частый, что казалось твоё сердце не выдержит, да и нёс ты откровенный бред про горящих людей и дварфов. А ещё эта дура, — Луана недовольно зыркнула на эльфийку-дроу Бетту, не понимающую ни слова, но всё же догадывающуюся, что именно её сейчас ругают, — решила воспользоваться моментом и стала домогаться к хозяину, которому и без того было плохо. А вообще, Альвар, это ж надо было додуматься пить настойку из мухоморов! Кстати, я сразу выкинула тот кувшин в мусорку от греха подальше.

— Так я против был, гости уговорили попробовать, — попытался оправдаться я и поразился своему хриплому сухому голосу.

Целительница тоже моментально обратила на это внимание.

— Нужно будет тебе горячую ванну сделать с морской солью и травами, а то действительно заболеешь.

— Гости-то как? В порядке? — задал я самый важный из вопросов, очень живо представив последствия отравления двух эльфийских князей у меня дома.

— Да, твои гости в порядке. Диасса сидит в обеденном зале с мокрыми волосами и в банном халате, лечит похмелье народными средствами, за ней ухаживают Кирена и Гамма. А тот белобрысый князёк убежал сразу же, как я его разбудила, при этом на ходу одеваясь и жутко краснея от стыда. Я даже не успела задать вопрос, что он забыл ночью без одежды в комнате Альфы.

Даже так⁈ То ли ненависть к дроу была у Брандуила Презревшего Смерть не столь сильна, как младший князь пытался это показать, то ли старшая из трёх служанок сумела найти подход к сердцу молодого мужчины. Я хотел узнать детали, но тут Мурене надоело стоять молчаливым столбом, и она тоже вступила в беседу. Похвалилась, что успешно прошла геройское усиление и на этот раз даже повидала Богиню Смерти, а также побывала в её чертогах, чего раньше с ней никогда не было.

— Встреча происходила