Дед в режиме мастера - Евгений Валерьевич Решетов

— Пари, — повторил я и затаил дыхание, вслушиваясь в звуки.

Крылья шелестели уже совсем рядом. Их хозяева добрались до нашего «этажа» и принялись летать между домиками.

— Как их много, — еле слышно пробормотал Филимон, пытаясь сдержать чудовищное волнение, проскальзывающее в каждом вздохе.

— Молчи, дурак, а то услышат, — прошипел князь и едва не вскрикнул, когда раздался громкий хруст повалившегося где-то по соседству шалаша.

Монстры летали все быстрее и быстрее. В воздухе появился свист, похожий на взмахи хлыстом. По ушам ударил агрессивный клёкот и раздались щелчки, похожие на удар кости об кость.

Рухнул ещё один шалаш, а затем по «этажу» прокатился треск ломающихся досок.

— Они вскрывают дома, словно ищут кого-то, — прошептал я, чувствуя, как вдоль спины пробежал могильный холодок. — И мы все знаем, кого они ищут. Чужая воля ведёт их. Какой-то монстр высокого ранга взял мверзей под контроль.

— Зверев, никакие это не мверзи, — процедил князь. — И не надо умничать, все ваши выводы высосаны из пальца. Просто стая на охоте.

Я открыл было рот для достойного ответа, но в этот миг доски над нами жалобно захрустели, посыпались щепки и пахнуло чем-то сладко-гнилым, словно смесью мёда и тухлой человеческой плоти.

— Нашли! — заорал Филимон и принялся палить из револьверов по теням, мечущимся над домиком, лишившимся крыши.

— Ар-р-р! — взревел выпрямившийся князь и активировал «факел».

Кисть его руки снова окутал огонь, чей свет упал на ближайшего монстра. Он был размером с крупную собаку, но казался больше из-за кожистых, как у летучей мыши, крыльев с красными прожилками. Тёмно-красное тело оказалось сегментировано на три части, как у шершня, и блестело, будто лакированное кровью. Из брюшка торчало истекающее ядом жало в локоть размером. Голова была вытянутой, слепой, а на конце дрожал хоботок с присоской, снабжённой мелкими загнутыми костяными крючьями.

— Мверзи! — почти радостно выдохнул я, заметив краем глаза жгучую досаду, исказившую холеное лицо князя.

Глава 4

Мверзи закружились чёрной воронкой над приютившим нас домом-кабриолетом. Они яростно клекотали, вытягивая хоботки, а их тела отражали свет огня, горящего вокруг кисти князя.

Филимон же вовсю палил из пистолетов. Несколько пуль нашли своих жертв. На настил упала пара монстров, принявшихся судорожно сжиматься и колоть ядовитым жалом воздух. Желтоватая кровь заливала побитые гниением брёвна…

— Они нападут следом за самым смелым! — выпалил я и швырнул «клинки» в тварь, вроде как вознамерившуюся спикировать на нас.

Магия разорвала мверзя на пять частей, шлёпнувшихся на ближайший шалаш с чавкающим звуком. Сладко-гнилостный запах усилился, вызывая тошноту даже у меня, дважды женатого.

— Сейчас я им покажу! — прорычал князь и пинком открыл дверь.

Он выбежал из домика и швырнул в стаю атрибут «феникс», открывающийся на шестидесятом уровне.

Мверзи ринулись во все стороны, но парочка не успела и столкнулась с подобием огненной птицы. Монстры загорелись как просмолённая ветошь, превратившись в крылатые шары огня. Их пронзительные вопли ударили по барабанным перепонкам, а от страшного жара затрещал хитин, покрывающий сегментированные тела.

Горящие чудовища рухнули на настил, и тот занялся огнём, распугивающим мрак.

— Красота⁈ — посмотрел в мою сторону князь мерцающими глазами и кинул в стаю второго «феникса».

— Неплохо, — проговорил я, подбежав к Корчинскому.

Около него было безопаснее всего, да и светлее.

— Какая мощь, какая мощь! — потрясённо выдохнул рядом со мной Филимон, хлопая зенками.

В его глазах отражались «фениксы» и «огненные шары», с гулом проносящиеся в нагревающемся воздухе. От жара липкий пот покрывал кожу.

Корчинский словно вошёл в боевой раж, глядя на дело рук своих, как чокнутый пироман. Улыбался и порой поглядывал на меня, следя за моей реакцией. Кажется, в нём взыграло самолюбие, уязвлённое проигрышем в пари.

Князь из кожи лез вон, показывая, насколько крут, что я рядом с ним — всего лишь хрен, которому повезло угадать вид монстров.

Более того, Корчинский вдруг крикнул, бросив покровительственный взгляд:

— Я спасу вас, Зверев!

У меня от такого заявления брови поползли к потрескивающим волосам. Спасёт он, ага… Мне и самому вполне удастся спастись, если припечёт.

А то, что я сейчас украдкой с помощью «капкана» просто ловлю души и не использую боевую магию, говорит лишь о том, что мне нет никакого смысла ввязываться в сражение. Лучше поберечь выносливость. Корчинский и так прекрасно кошмарит мверзей.

Однако потом князь скажет, что вытащил меня. Кажется, он боится, что я начну хвастаться победой в пари, потому прямо сейчас делает любое хвастовство глупым и даже мерзким. Ведь общество будет считать, что героический Корчинский спас Зверева.

Видимо, я открыл для себя новую грань характера князя. Он ненавидел проигрывать, даже в мелком пари, и теперь всех собак будет на меня спускать! Хм, надо как-то разобраться с этим.

Пока же мверзи внезапно преодолели страх и всем скопом спикировали на нас, пронзительно вереща. Их жала приготовились вколоть яд, способный растворить плоть так, что она будет отходить от костей, как хорошо проваренное мясо.

Филимон заорал благим матом, пытаясь увернуться от тварей. Я выставил перед ним «воздушный щит», а сам активировал защитный артефакт. Жало одной твари ударило меня в плечо, но не пробило молочно-белую магическую плёнку. Жало другой гадины чиркнуло по спине, за что она получила «шаровой молнией» в слепую рожу и сдохла в жутких корчах.

— А-а-а! — заорал упавший на спину простолюдин, выставив руки в сторону летящей к нему мверзи, изогнувшейся так, чтобы всадить жало прямо в грудь человеку.

Ежели шофер погибнет, князь наверняка скажет, что, вообще-то, защита Филимона была на мне, пока он, Корчинский, спасал наши жопы.

— В яблочко! — радостно выдохнул я, сбив «каскадом молний» тварь, едва не убившую Филимона.

— Спа… спасибо, — заикаясь выдал он и метнул взгляд на князя.

А тот не только укрылся «пламенным щитом», но ещё и врубил артефакт, образовавший на его коже серую плотную плёнку, способную остановить пулю.

В это время остатки стаи мверзей зашли на новую атаку.

— Держите! — оскалился Корчинский.

Из его рук вылетело подобие широких пламенных крыльев с чем-то вроде овального тела между ними — это был «дракон», атрибут, открывающийся на восьмидесятом уровне.

Магия князя подожгла с десяток монстров, заставив остальных с клёкотом броситься прочь.

— Очередная победа, — торжественно усмехнулся Корчинский,