Среди Трусеров. Путешествие по растущему американскому конспирологическому подполью. - Jonathan Kay

чтобы они соответствовали окончательным результатам подсчета голосов. Я доказал, что цифры были подтасованы, и опубликовали [свой анализ] в интернете. Статья набрала четырнадцать тысяч просмотров за неделю. В ней я, по сути, утверждал, что выборы 2004 года были украдены».

Продолжая исследовать выборы 2004 года, Кифер находил все новые взаимосвязи — в том числе то, что он называет доказательством того, что решающие результаты по штату Огайо были отправлены в офис Майкла Коннелла, доверенного лица Карла Роува, еще до того, как их официально заверил секретарь штата Огайо. «Коннелл погиб в авиакатастрофе в декабре [2008 года], — сухо отмечает Кифер. — Вполне возможно, это было связано с выборными махинациями».

На основании этих расследований Кифер все больше убеждался, что все, о чем заявляет правительство США, — совсем не то, чем кажется, включая «официальную» версию терактов 11 сентября 2001 года.

В годы после 11 сентября Кифер, ранее не выходивший за рамки научных журналов и заседаний кафедры, начал изучать просторы интернета, налаживая контакты с другими левыми авторами и теоретиками. Особое влияние на него оказали работы Мишеля Чосудовского, радикального критика США и глобализации.

Какова же теория Кифера относительно 11 сентября? «Я пришел к выводу, что высокопоставленная группа внутри правительства США хотела подтолкнуть американскую общественность к поддержке радикальной программы перекройки карты Ближнего Востока и Центральной Азии. И я думаю, они понимали, что единственный способ получить поддержку этой геополитической программы — нанести мощный удар по психике американцев. Эти люди — кем бы они ни были — организовали как бездействие американской ПВО, так и разрушение башен Всемирного торгового центра».

По ходу нашего долгого интервью Кифер начал подробно излагать свою теорию — словно приводя сноски в одной из своих тщательно проработанных научных статей по философии эпохи Возрождения: время проведения военных учений NORAD, подозрительные клубы дыма, валившие из Северной башни, странности в поведении угонщика 11 сентября Мухаммеда Атты (Кифер называет его «предполагаемым угонщиком»). Все это он излагает спокойно, методично, авторитетно — словно его слова не были не то что радикальными, но даже спорными.

Затем внезапно разговор повернул в другое русло, и мы снова заговорили о Фаусте, Декарте и дрязгах университетской политики. Через несколько минут я уже почти забыл, что этот блестящий ученый, сидящий напротив меня за чашкой кофе, считает правительство США виновным в массовом убийстве трех тысяч ни в чем не повинных людей солнечным утром 2001 года.

Расстались мы с дружеским рукопожатием и улыбкой: как и большинство Трусеров, которых я встречал, он не держал на меня обиды за то, что я не разделяю его взглядов. Ему было приятно, что я нашел время его выслушать, и он надеялся, что со временем я тоже приду к Истине с большой буквы.

Кифер и Зизакович — лишь двое из многих конспирологов, с которыми я встречался. Я решил включить их в первую главу, потому что они наглядно показывают, как конспирология проникает в среду хорошо образованного среднего класса. Зизакович — уважаемый и успешный банкир, принимающий решения по многомиллионным инвестициям. Кифер — выдающийся писатель и университетский профессор, которому доверено обучение сотен молодых умов. Ни один из них не вписывается в стереотип о нелюдимом конспирологе, строчащем свои туманные тезисы в убогой студенческой квартирке.

Они похожи и в другом: для Кифера и Зизаковича, как и для большинства Трусеров, 11 сентября — лишь верхушка айсберга, симптом гораздо более масштабного метазаговора, организованного тайными мировыми элитами.

В каждом новом интервью разговор об 11 сентября неизбежно возвращался к одной и той же группе, казалось бы, никак не связанных между собой людей и корпораций — Генри Киссинджеру, группе «Карлайл», Дэвиду Рокфеллеру, Ротшильдам, Джорджу Соросу (которого Гленн Бек и другие в современном конспирологическом фольклоре считают кем-то вроде почетного Ротшильда), Unocal, Halliburton, Бильдербергской группе, Федеральной резервной системе США, Совету по международным отношениям, Международному валютному фонду, Дику Чейни, ЦРУ, Моссаду, пакистанской ISI, Аднану Хашогги, Э. Говарду Ханту, Збигневу Бжезинскому — а также к теориям, связывающим их самыми сложными и интригующими способами. В сознании убежденного конспиролога подобные теории разрастаются до тех пор, пока не охватят буквально все аспекты человеческой жизни: от воды, которую мы пьем (насыщенной фторидами — «смертоносным нейротоксином», разработанным нацистами для «усмирения узников концентрационных лагерей»), до воздуха, которым мы дышим (отравленного созданными правительством «химтрейлами», которые распыляют двигатели пролетающих над головой реактивных самолетов), и крови, пульсирующей в наших венах (отравленной обязательными правительственными вакцинами).

Кифер, например, подозревает, что 11 сентября — лишь одна из глав в непрерывной саге об операциях «под чужим флагом», вынашиваемых структурами внутри правительства США или союзными ему силами, включая взрыв на вокзале в Болонье в 1980 году. Он также считает, что существуют доказательства того, что «оккупация Афганистана связана с участием правительства США в мировой торговле наркотиками» — отголосок обвинений эпохи 1980-х годов в том, что ЦРУ занималось контрабандой кокаина в Центральной Америке в рамках своей кампании против сандинистского режима в Никарагуа.

Разговаривая с конспирологом, никогда нельзя знать наперед, куда заведет беседа. Один из самых первых Трусеров, которых я встретил — обаятельный нью-йоркский бывший газетный колумнист по имени Даллас Хансен, потерявший работу из-за своих спорных взглядов на теракты во Всемирном торговом центре, — связывал 11 сентября с целым рядом поистине ошеломляющих теорий: от убийства Кеннеди до вероятной цели следующего теракта «под чужим флагом».

«Мой прадед владел автобусной линией в Голландии и прятал евреев в своем загородном доме, — рассказывает он мне. — Мой дед был еще подростком, когда участвовал в засадах на нацистские грузовики со снабжением... Я не первый, кто сравнивает 11 сентября с поджогом Рейхстага и замечает появление своего рода «мягкого фашизма». Новости изобилуют историями о тирании полицейского государства: от людей, скончавшихся от ударов электрошокером... до полицейских, насильно берущих кровь у "подозреваемых в нетрезвом вождении"».

Больше всего мне запомнилось его предположение, что Джордж Буш-младший уедет на пенсию в Парагвай, чтобы наслаждаться там защитой и братством бывших нацистов. «С какой стати ему это делать?» — спросил я. Он ответил, что судьба семьи Буш давно переплетена с судьбой нацистов, и принялся описывать финансовые связи между предками Джорджа Буша и гитлеровским режимом.

(К моему изумлению, позже я обнаружил, что в истории Хансена была доля правды: в статье британской газеты Guardian за 2004 год сообщалось, что «дед Джорджа Буша, покойный сенатор США Прескотт Буш, был директором и акционером компаний, получавших прибыль от сотрудничества с финансовыми покровителями нацистской Германии». Это был