Следователь Верховного трибунала - Даниил Маркович Руднев

— Что ж, возьму этот труд на себя. Членом юридической комиссии был Засимук, правая рука Лисаневича... Вы, оказывается, любитель свежей налимьей печенки!

Щастный молчал. Опровергать встречу с Засимуком было бесполезно. Но откуда следователь узнал, что Засимук приходил на квартиру к нему, Щастному, под видом рыбака, предлагающего свежую налимью печенку?! Кингисепп догадался, о чем думает Щастный и улыбнулся в усы: с бывшего наморси давно не сводили глаз чекисты...

Кингисепп отложил папку в сторону, давая понять, что следствие закончено.

6. ЩАСТНЫЙ ПЕРЕД ТРИБУНАЛОМ

Кингисепп приступил к составлению доклада Президиуму Всероссийского ЦИК. Сначала он набросал план доклада:

1. Субъект деяния.

2. Объект деяния.

3. Деяния, как таковые (средства).

4. Цель.

5. Последующие действия.

Далее следует расшифровка каждого пункта:

1. а) Наморси, назначенный центральной властью; б) Права и обязанности этого субъекта; доверие, коим облечен субъект.

2. Государственная власть — объект деяний для всех контрреволюционеров.

3. Оглашение приказа о взрыве судов. Неувольнение Лисаневича и Засимука. Тезисы и выступление в совете съезда.

4. Цель: произвести восстание во флоте и Петрограде и переворот.

5. Волнения, усиление контрреволюционной агитации.

В архиве сохранился черновик доклада Кингисеппа на имя Президиума ВЦИК:

Постановлением Президиума от 28 мая 1918 года на меня было возложено расследование дела бывшего начальника морских сил А. М. Щастного и представление в Президиум заключения по этому делу.

Во исполнение этого я, получив необходимые информационные сведения и некоторые документы по делу Щастного... ознакомившись со стенограммой заседания Морской коллегии от 27 мая с. г., допросив члена Морской коллегии т. Ф. Раскольникова и самого обвиняемого, установил:

что А. М. Щастный в качестве начальника морских сил явно попустительствовал контрреволюционной агитации в Балтийском флоте, имевшей целью низвержение Совета Комиссаров Петроградской Трудовой Коммуны и установление военной диктатуры...

что А. М. Щастный, оглашая в Совете комиссаров Балтийского флота приказания чрезвычайной секретности, чисто оперативного характера о взрыве судов во избежание захвата их германцами, сознательно давал этим пищу контрреволюционерам, способствуя, таким образом, попыткам, направленным к уничтожению Советской власти...

что все деяния А. М. Щастного были направлены на усиление контрреволюционного движения во флоте и низвержение через посредство этого Советской власти.

9 июня 1918 года Кингисепп от имени Следственной комиссии сделал Президиуму Всероссийского ЦИК доклад по делу Щастного. В протоколе № 30 имеется постановление Президиума ВЦИК:

«Ввиду того, что инкриминируемые А. М. Щастному деяния совершены им в качестве назначаемого центральной властью начальника морских сил, — решено: признать дело А. М. Щастного подсудным Революционному трибуналу при Всероссийском Центральном Исполнительном Комитете».

Весь следственный материал Кингисепп 13 июня передал Обвинительной коллегии Трибунала, сообщив, что он «считает следствие в достаточной мере полным, состав преступления доказанным». Дело предварительного следствия насчитывало более 360 страниц.

Обвинительная коллегия, рассмотрев следственный материал, приняла решение о предании А. М. Щастного суду Революционного трибунала ВЦИК «по обвинению в преступлениях по должности, в подготовке контрреволюционного переворота и в государственной измене по отношению к Советской власти».

В установленный законом срок материалы следствия и заключение Обвинительной коллегии были вручены Щастному для ознакомления. По просьбе Щастного, его защитником был назначен видный московский адвокат Владимир Анатольевич Жданов. Таким образом, строго соблюдались все процессуальные нормы.

20 июня 1918 года в Кремле в здании Судебных установлений открылось заседание Революционного трибунала при ВЦИК для рассмотрения дела А. М. Щастного. Это было вообще первое заседание вновь созданного высшего судебного органа РСФСР. Председательствовал Медведев, членами суда были Карклин, Жуков, Бруно, Петерсон, Галкин и Веселовский. Обвинял Щастного Николай Васильевич Крыленко, защищал В. А. Жданов.

Щастный, как гласит протокол заседания, «инкриминируемых ему обвинений не признал и вину, ему приписываемую, отверг». Он отрицал злонамеренный характер оглашения секретных документов и свою причастность к волнениям в минной дивизии. Крыленко с документами в руках изобличил бывшего наморси. В частности, обвинитель привел доказательства связи Щастного с Лисаневичем и Засимуком.

21 июня заседание Трибунала продолжалось. С обвинительной речью выступил Н. В. Крыленко.

— Я утверждаю, что наморси Щастный поставил себе целью свергнуть Советскую власть. Это логически вытекает из сопоставления поступков Щастного с записками, найденными в его портфеле. Рисуя флоту положение безвыходным, Щастный в своих записках намечает этот выход — создание реальной силы. Резолюция минной дивизии требует «диктатуры Балтийского флота», т. е. той же реальной силы. Это совпадение не случайно. Несомненно, Щастный использовал свою власть для агитации против Правительства в целях создания морской диктатуры.

Далее Крыленко сопоставил «бывшие в минной дивизии волнения с фактами задержки этой дивизии на Неве». Во всех действиях Щастного, заявил обвинитель, видна определенная, глубоко политическая линия. В заключение Крыленко сказал, что судебное следствие подтвердило данные Следственной комиссии и он поддерживает обвинение в полной мере.

Защитник В. А. Жданов стремился обелить Щастного, отрицал его причастность к волнениям в минной дивизии. Огласка секретной телеграммы о взрыве судов и наградах за это произошла, по утверждению адвоката, помимо воли Щастного.

В тот же день Трибунал вынес приговор. «Щастный, — говорилось в нем, — сознательно и явно подготовлял условия для контрреволюционного государственного переворота... под различными предлогами на случай намеченного им, Щастным, переворота задерживал минную дивизию в Петрограде... Принимая во внимание, что вся эта деятельность Щастного проявлялась им в то время, когда он занимал высший военный пост и располагал широкими правами во флоте Республики, Трибунал постановил, считая его виновным во всем изложенном, расстрелять.

Приговор привести в исполнение в течение 24 часов».

Защитник Щастного немедленно обжаловал приговор в Президиум ВЦИК. В состав Президиума тогда входили еще левые эсеры, которые выступили в защиту контрреволюционера. Левые эсеры готовили мятеж против Советской власти — они подняли его через две недели — и рассчитывали на таких людей, как Щастный.

Заседание Президиума ВЦИК для рассмотрения апелляции защитника и требования левых эсеров отменить приговор было созвано в два часа ночи 22 июня 1918 года под председательством Я. М. Свердлова. Протекало оно очень бурно. Левые эсеры во что бы то ни стало хотели спасти Щастного. Это им не удалось. Большинством голосов Президиум ВЦИК принял постановление:

«Заявление об отмене приговора Революционного трибунала при Всероссийском ЦИК по делу бывшего начальника морских сил Балтийского флота Щастного — отклонить».

На рассвете Щастный был расстрелян.

Приговор был одобрен всеми революционными матросами Балтийского флота, всем пролетариатом Петрограда. Высокую оценку приговору Щастному дал Я. М. Свердлов, заявивший на V Всероссийском съезде Советов, что «Революционный