Федор Хромой-боярин и воевода Ивана III - Никита Васильевич Белов

опричные каратели огнем и мечом «зачищали» вотчинные земли Федорова от мнимой измены. По сведениям опричного архива, жертвами кровавых рейдов стали более 200 человек — в основном боевые слуги Ивана Петровича и члены их семей. Наконец, 11 сентября 1568 г., так и не сумев организовать суд над оговоренным боярином, Иван Грозный повелел произвести показательную казнь. По сообщению опричного немца Альберта Шлихтинга, Федоров был приведен в палаты Кремлевского дворца, облачен в царские одежды, посажен на трон и зарезан опричниками [Скрынников 1992, с. 316–320, 329–331, 336–337]. После убийства Ивана Петровича его вдова Мария была насильно пострижена в монастырь [Шлихтинг, с. 23; Курбский, с. 154].

У боярина Федорова не было детей, а потому с его гибелью некогда процветавший, однако вместе с тем всегда малочисленный род Федоровых-Давыдо-вых-Хромых пресекся.

От жизни земной к жизни вечной

Точная дата смерти боярина Федора Давыдовича Хромого неизвестна[42]. Поздний Шереметевский список думных чинов сообщает о преставлении Хромого в 1482/83 г. [Послужной, с. 5]. Однако его сведения нуждаются в дополнительной проверке. Чем же мы можем подтвердить данную версию или, напротив, опровергнуть ее? Последний раз Федор Давыдович фигурирует в разрядах в 1478 г. Содержащий его имя актовый материал оказывается «не моложе» конца 1470-х — первой половины 1480-х гг. Примерно к 1492 г. относится документ, однозначно свидетельствующий о смерти влиятельного боярина: родовыми землями Хромых теперь уже распоряжается его старший сын Григорий [АСЭИ, т. 2, № 284, с. 191–192]. Совершенно очевидно, что Федор Хромой скончался в период с 1482 по 1492 г. Коллективное «молчание» источников о судьбе боярина начиная с первой половины 1480-х гг. убеждает в большей достоверности ранней датировки. Еще один аргумент в пользу правоты Шереметевского списка: в 1483–1484 гг. конфискованные у новгородского боярства земли были распределены между виднейшими представителями московской знати; «начальник» Федора Хромого глава Думы князь И. Ю. Патрикеев, к примеру, стал владельцем нескольких сотен обеж, приобрели земельные приращения и другие думцы [Скрынников 1994, с. 21]. Боярин Хромой в дележе новгородской «добычи» не участвовал. Более того, в первой половине 1480-х гг. в Коломне объявляется новый наместник — боярин Яков Захарьевич Кошкин [Мазуров, с. 124]. Произойти это могло, вероятнее всего, после кончины Хромого. Итак, по нашему мнению, датировка смерти боярина временем 1482/83 г. представляется весьма убедительной.

Говоря о дате кончины Федора Давыдовича, следует сделать одно замечание историографического характера. Согласно разысканиям Т. И. Пашковой, в 1490-х гг. Хромой продолжал оставаться коломенским наместником [Пашкова, с. 142][43]. Основанием для этого заключения исследовательнице послужил текст правой грамоты 1497/98 г., упоминавшей о прежнем суде крестьян деревни Печенкиной с властями Симонова монастыря: «Били есмя челом государю великому князю о тои земле тогды, коли Федор Давыдовичь Коломну держал» [АСЭИ, т. 2, № 414, с. 445]. Вопреки мнению Т. И. Пашковой, это сообщение вовсе не указывает на факт недавнего наместничества Хромого — земельная тяжба могла произойти и в 1470-х, и в начале 1480-х гг. (Ю. Г. Алексеев ранее справедливо отметил, что в указанной грамоте идет речь о «старых временах» [Алексеев 2001, с. 189]). Во всяком случае, никаких оснований для столь радикальной передатировки смерти боярина у нас нет.

По-видимому, перед самой смертью Федор Хромой успел принять иноческий постриг. В пергаменном синодике придворного Успенского собора Московского Кремля он записан с монашеским именем: «Федору Давыдовичу, нареченному в мнишеском чину Феогносту [вечная память]» [ГИМ, Син. 667, л. 72][44]. Начальная часть Успенского синодика датируется концом XV столетия — время ее составления ненамного отстоит от года смерти Федора Хромого. Задолго до своей кончины боярин дал богатый земельный вклад митрополичьему дому — «на поминок своему роду» [АФЗиХ, ч. 1, № 299, с. 252]. Можно полагать, что именно поэтому спустя много лет имена Федора Давыдовича и его сыновей оказались внесены на страницы соборного синодика[45].

Подобное завершение жизненного пути не было характерно для его семейства[46]. В позднейшем родовом помяннике рода Хромых, заведенном в стенах Кириллова монастыря по воле внука боярина Федора, И. П. Федорова-Челяднина, сам Федор Давыдович указан под своим мирским именем [АРГ, № 118, с. 256; Шаблова, с. 146]. Вполне возможно, что он постригся в монахи в последние часы своей жизни, на смертном одре. А потому память об этом в его семье не сохранилась. По-видимому, Хромой до конца своих дней верно служил великому князю, продолжал выполнять ответственные поручения, оставаясь одним из руководителей земельной политики Московского государства.

Итак, Федор Хромой являлся одним из замечательных деятелей времени Ивана III. Твердый, решительный, надежный, обладавший огромным авторитетом при дворе и пользовавшийся безграничным доверием государя — таким вырисовывается образ могущественного боярина в документах той эпохи. С первых лет правления Ивана Васильевича он входил в число управленцев самого высокого уровня. Деятельное участие в покорении Новгорода (на этом поприще Федор Давыдович сделал очень много!) позволило ему занять одно из ведущих мест в Думе. Фактически после ликвидации новгородской независимости в 1478 г. и до своей смерти в 1482/83 г. он принадлежал к тем трем-четырем людям, что стояли у кормила российской государственности, вместе со своими многочисленными сподвижниками и под чутким руководством Ивана III созидали новую, единую и независимую Россию.

Имя Федора Давыдовича Хромого ныне практически забыто. Несколько крохотных словарных статей да пара строчек в обобщающих трудах по истории служилого сословия — вот все, чем располагает пытливый читатель, решивший ознакомиться с биографией государственного мужа. Лишь выход в ноябре 2016 г. на экраны страны 8-серийного телесериала «София» познакомил с именем Хромого широкую публику[47]. Хочется верить, что со временем фигура московского боярина приобретет чуть большую известность в кругах любителей российской истории. И настоящий очерк в какой-то мере может этому поспособствовать.

Память о Федоре Хромом, сподвижнике первого государя всея Руси, постепенно возрождается. Он заслужил ее многолетними трудами во славу Отечества. Заслужил по праву.

Хроника жизни боярина

Федора Давыдовича Хромого

1440-е — возможное начало службы.

1460-е, середина — первое вероятное упоминание в боярском чине.

1467/68, зима-весна — третий воевода на Костроме (предположительно).

1471, июнь-июль — второй воевода в походе на Новгород, под началом кн. Д. Д. Холмского; сражения под Коро-стынью, Русой и на Шелони.

1471/72 (или ранее) — начало наместничества в Коломне.

1472, июль — участие в отражении нападения ордынских татар на Оке.

1472, ноябрь — встреча Зои Палеолог.

1475, осень — «мирный» поход на Новгород, боярин в свите Ивана III.

1477, май — посланник великого князя в Новгороде.

1477/78, осень-зима — воевода Передового полка в походе на Новгород.

1470-1480-е, рубеж — боярин на докладе Ивану III, один из руководителей