История центральной Европы. Срединные королевства - Мартин Рейди

благодарность за поддержку в войне с турками разрешил православным сербам беспрепятственно исповедовать свою религию, и наследники Леопольда не нарушали его обещания. Вместе с десятками тысяч сербов патриарх Сербской православной церкви в Пече (сейчас находится в Косово) перебрался на юг Венгрии, перемещая епархию в Сремски-Карловци. Тот же принцип толерантности распространялся на Банат. В отличие от протестантов, сербские православные прихожане едва ли сталкивались с препятствиями в Банате.

Тем не менее правители Баната культивировали нарочитое католическое благочестие, которое процветало по всей габсбургской Центральной Европе, с придорожными молельнями, шествиями бичующихся, гипсовыми статуями Пресвятой Девы и обилием торжеств. Граф де Мерси добавил еще одну дату: он объявил, что его именины должны быть государственным праздником, а также культивировал святого Яна Непомуцкого (погиб в 1393 году) в качестве покровителя Баната. Утопленный после пыток в пражской реке Влтаве, святой Ян стал покровителем наводнений, и его заступничество, как надеялся де Мерси, ускорит работу по осушению болот. Из более практичного – он заказал сооружение более 50 новых церквей в сельской местности и в Тимишоаре. Банат задумывался не только как защита от турок, но и, по словам одного современника, как «оплот христианства против иноверцев». Чтобы показать духовное превосходство христианской веры, архитекторы планировали монументальные церкви с симметричными фасадами, луковичными куполами и богато украшенными интерьерами с золотыми образами, лепниной и высокими алтарями [18].

Банат стал местом архитектурной конкуренции, где различные религиозные ордена и конфессии соперничали, чья церковь больше. Среди них самым грандиозным был новый кафедральный собор в Тимишоаре, построенный в 1740-х годах по зарисовкам из Зальцбурга, огромное святилище для паломников и базилика Марии Радны. Но православные сербы не отставали: они построили свой собор в Тимишоаре в том же десятилетии (хотя строительство башен заняло еще дополнительные 50 лет). Православный собор Тимишоары был не первой православной церковью в Центральной Европе в стиле барокко (эти лавры принадлежат собору Святых Кирилла и Мефодия в Праге), но он однозначно считается одним из первых, а территориально – одним из самых неожиданных [19].

Барочный стиль с его куполами и башенками, симметричными фасадами и монументальной архитектурой был помпезным и грандиозным. Он отлично подходил триумфализму католической церкви, которая задавила рост протестантизма в значительной части Центральной Европы. Но барокко был также излюбленным стилем императоров, королей и магнатов – с его помощью они демонстрировали богатство и власть. В Банате не было престола монарха, который передавался по наследству. Вместо этого были чиновники, но как «аристократы по таланту» они демонстрировали свою власть примерно такими же способами: строили роскошные правительственные здания, администрации и канцелярии с великолепными парадными вестибюлями, элегантными лестницами и дверными рамами с изящной резьбой. То же самое происходило и в сельской местности – школы, административные здания и почтовые отделения копировали стиль провинциального дворянства. Банат с его секулярной архитектурой наглядно демонстрировал бюрократическую идеологию камерализма.

Во второй половине XVIII века Банат утратил свою исключительность. В результате давления турок Олтения и Белград были заброшены в конце 1730-х годов. Из соображений военной эффективности императрица Мария-Терезия включила южную часть Баната в «военную границу» (систему оборонительных укреплений). Оставшееся она в 1779 году передала Венгрии, разделив остаток на графства и распродав королевские земли венгерским дворянам и купцам. И все же значением истории Баната, пусть и недолгой, не стоит пренебрегать. Это был управленческий эксперимент «сверху» на основе идей камерализма и убеждения, что людьми можно управлять и делать их эффективными производителями. Но за созданием Баната лежала опасная идея, что покладистое, упорядоченное и контролируемое общество может быть рождено, а дальше – управляемо продуктивным аппаратом контроля.

Глава 20. Бюрократы, сарматы и маленькие пейзажи

Один норвежский экономист и его жена опубликовали список бестселлеров в сфере экономики до 1750 года. На первом месте – «Экономика» Аристотеля. Этот труд, сочиненный в IV веке до н. э., продается и сейчас, в мягкой обложке. «О торговле и ростовщичестве» Мартина Лютера (1524) расположено на третьем месте. Но вместе с ними в первой десятке есть и незнакомое имя – Фейт Людвиг Зекендорф (1626–1692), чиновник герцогства Саксен-Готы в Тюрингии. Работа Зекендорфа «Немецкое княжеское государство» (Teutscher Fürsten-Staat, 1656) – труд в тысячу страниц, прошедший 13 переизданий и регулярно печатавшийся на протяжении века. Хотя он не был переведен на другие языки и существовал только на немецком, но оказал влияние на всю Центральную Европу, формируя политику от Баната до Балкан [1].

Труд «Немецкое княжеское государство» соединял предписания камерализма с завышенным значением полновластия и ответственности правительства. Он предназначался в первую очередь для чиновников, которым следовало, как объяснял Зекендорф, позаботиться о том, чтобы простолюдины полноценно питались, жили в хорошо проветриваемых домах, скромно и опрятно одевались, избегали табака и крепкого алкоголя. Эти предписания распространялись и на правителя. Зекендорф настаивал, что он должен быть все время занят делом – изучать сельскую местность во время конных прогулок или охоты, не отказываться от приглашений отобедать, а также нанять армию бухгалтеров для предотвращения лишних затрат. Прислушавшись к рекомендациям Зекендорфа, его работодатель, герцог Эрнст Саксен-Готский (годы правления 1640–1675), поспешно заморозил его зарплату.

Особенностью «Немецкого княжеского государства» был новый вокабулярий Зекендорфа и его новые идеи. Многое написанное им идет из римского права, и не в последнюю очередь его заключение, что правитель наделен почти неограниченным правом повелевать. Но в названии труда Зекендорф представил незнакомое слово, «государство» (нем. Staat) – и связал его в тексте с не менее новым термином, «территориальный суверенитет», или Landesobrigkeit. Если его предшественники видели власть как нечто принадлежавшее исключительно правителю или правящей династии, то Зекендорф считал, что она «прикреплена» к территории, что связывало и весь народ, проживающий в пределах границы, и делало возможным правление. Для Зекендорфа власть в первую очередь принадлежала земле, а правителю она лишь «одалживалась», и его задачей было координировать народ, проживающий на этой территории, и ее ресурсы для всеобщего блага.

Зекендорф едва ли выражается четко и последовательно, но посредством соединения суверенитета и территории он представил Центральной Европе идею современного государства – единообразно управляемая зона, с фиксированными границами, которой руководит ее собственное правительство с собственными законами. Зекендорф признавал социальную иерархию и, развивая метафору, описывал государство как «мистическое тело», а его члены – конечности и внутренности. Но его предпочитаемый термин, «подданные», или Unterthanen, указывает на равную субординацию всех. Слово, которое он использовал для описания правителя, также о многом говорит. Не отходя от заголовка, Зекендорф использует титул «князь», но меняет его с помощью немецкого слова Regent, намекая на делегированную, административную роль.