Мифы о ёкаях. От водяных гоблинов и снежной женщины до ямамба и тануки - Майкл Энтони Фостер

The Metropolitan Museum of Art

Как ни странно, мокумокурэн оказывается особенно актуальным изображением для современного общества глобальной слежки. Представление о глазах, встроенных в сёдзи дома, также можно рассматривать как визуализацию глаз общества — глаз всех тех людей, которые нас окружают, наблюдая и оценивая наше поведение. Действительно, есть японская пословица «Кабэ ва мими ари, сёдзи ва мэ ари», которая означает «У стен есть уши, а у сёдзи — глаза». Таким образом, в некотором смысле само общество — это ёкай, который всегда смотрит за нами, даже когда мы думаем, что одни.

Аканамэ. Слизыватель грязи

Этот ёкай впервые появляется в «Гадзу хякки ягё» Сэкиэна, где он изображен как маленькое антропоморфное существо, которое чешет голову и высовывает язык, подозрительно крадясь мимо бани. Как и у большинства других статей в этом конкретном кодексе, к нему нет абсолютно никаких пояснений. Из его соседства в каталоге с такими распространенными ёкаями, как тануки и тэнгу, мы можем заключить, что аканамэ, возможно, тоже был хорошо известен в то время, хотя конкретные легенды и народные верования сейчас утрачены.

Слово «ака» обозначает грязь, копоть и пот, а также слой пены, который скапливается на стенках ванны. Некоторые ученые полагают, что аканамэ Сэкиэна похож или основан на аканэбури из «Кокон хяку моногатари хёбан» (1686), где объясняются ёкаи и другие таинственные явления. Там аканэбури описывается как существо, созданное из скопления пыли и грязи и живущее в бане или полуразрушенном доме[505].

Мидзуки Сигэру создает собственную иллюстрацию на основе иллюстрации Сэкиэна, но показывает на ней, как он уже облизывает старую деревянную ванну. Он также подписывает, что этот ёкай известен только тем, что вылизывает ака из ванны, но, когда такое существо приходит ночью в ваш дом, это, безусловно, жутко — и это хорошая причина убедиться в чистоте вашей ванны. Мидзуки предполагает, что таким образом аканамэ можно считать ёкаем, который преподает урок чистоты[506].

Аканамэ и тэндзёнамэ. Оригинальная иллюстрация Синономэ Кидзин.

Original illustration by Shinonome Kijin

Интересно, что слово, произносимое как «ака», но написанное другими кандзи, происходит из санскрита (аргхья) и обозначает священную воду, используемую как подношение Будде. Заманчиво вообразить, что аканамэ также мог быть ёкаем, который украдкой лакал воду для религиозных обрядов. К сожалению, доказательств связи нет, но подобная игра слов-омонимов — это как раз то, чем славился Сэкиэн.

Тэндзёнамэ. Потолочный лизун

Тэндзёнамэ (букв. «потолочный лизун») — это высокое костлявое существо с копной волос и необычайно длинным языком. Первое письменное упоминание о тэндзёнамэ, как и о многих других ёкаях, найдено в «Хякки цурэдзурэ букуро» Ториямы Сэкиэна 1784 года, где он изображен как бы подвешенным в воздухе и лижущим деревянный потолок.

В названии самого каталога Сэкиэна содержится слово «цурэдзурэ», а запись «тэндзёнамэ», соответственно, отсылает к известному сборнику эссе «Цурэдзурэ-гуса» («Записки от скуки», 1333), написанному монахом Ёсидой Кэнко (ок. 1283–1350). В пятьдесят пятой записи Кэнко пишет, что «в комнате с высоким потолком зимой холодно и темно при свете лампы»[507]. Сэкиэн отталкивается от этого утверждения: «Говорят, что, если потолок высокий, [в комнате] будет темно, а зимой в ней будет холодно; но это не из-за того, как сделан дом. Все это происходит из-за махинаций этого ёкая [кая]. От одной мысли об этом мурашки по коже»[508]. Другими словами, холодным и мрачным его делает не архитектура, а тэндзёнамэ.

Вполне возможно, что этот ёкай существовал в фольклоре до того, как был изображен Сэкиэном, но доказательств этому нет, и многие ученые полагают, что он его просто сочинил[509]. Однако тэндзёнамэ появился много лет спустя в каталогах Мидзуки, проиллюстрированный удивительно похожим образом. Но описание Мидзуки совсем другое:

Существует ёкай под названием «тэндзёнамэ». Можно подумать, что он послужит отличным помощником, раз может аккуратно вылизать потолок, который обычно не моют, но это не так. Этот «лизун потолка» свое дело делает хорошо, но пока он лижет, то, наоборот, ставит новые грязные пятна, когда цепляется за потолок. Когда в старом доме, храме или святилище никого нет, он вылезает и облизывает их своим длинным языком… Кажется, в старые времена, когда люди находили пятна на потолке, они считали, что это дело рук тэндзёнамэ.

Потом Мидзуки объясняет, как он впервые узнал об этом существе. «Когда я был ребенком, — пишет он, — по соседству жила пожилая женщина, которая много знала о ёкаях. Иногда у нас в гостях она смотрела на пятна на потолке и говорила: “Смотрите! Ночью выбирается тэндзёнамэ и оставляет эти пятна”»[510].

Если тэндзёнамэ действительно создал Сэкиэн, было ли его изобретение позже включено в устную традицию и деревенский фольклор, чтобы более чем столетие спустя объяснить появление пятен на потолке? Или эта часть была просто придумана Мидзуки, по сути превращая индивидуальное художественное творение в продукт коллективного народного воображения? На самом деле существует несколько других записей о тэндзёнамэ. Например, в сборнике материалов, связанных с ёкаями, опубликованном в 1929 году, фольклорист Фудзисава Морихико отметил, что «в старых домах и старинных залах пятна на потолке являются результатом активности этого ёкая». А писатель и фольклорист Ямада Норио (1922–2012) рассказывает легенду о тэндзёнамэ, пойманном в доме слуги клана Татэбаяси, который привез его в замок Татэбаяси и заставил слизывать паутину. Ни Фудзисава, ни Ямада не приводят никаких источников этих материалов, поэтому его происхождение остается неясным[511]. Как бы то ни было, работы Сэкиэна и Мидзуки, а также фольклористов и других писателей демонстрируют динамичную и нелинейную взаимосвязь между устным и письменным (и визуальным), а также живое взаимодействие традиций и индивидуального творчества при создании монстров.

Баку. Тапир, или пожиратель снов

Баку — это, как правило, доброжелательный ёкай, наделенный способностью поглощать ночные кошмары. Сведения об этом существе пришли из Китая еще в 834 году из сборника стихов поэта Бо Цзюйи (772–846) эпохи Тан. Там говорится, что его нос как у слона, глаза как у носорога, хвост как у быка и лапы как у тигра. Далее поясняется: «Если вы будете расстилать шкуру во время сна, то сможете избежать эпидемий, а нарисовав изображение баку, избежите неудач. Люди, страдающие хроническими головными болями, могут защитить голову, когда ложатся спать, накрывшись рисунком баку»[512]. Эта ассоциация со сном и предотвращением несчастий укоренилась в Японии, и к периоду Эдо баку стал полноправным пожирателем ночных кошмаров, существом-хранителем, на которого возложена обязанность защищать уязвимого спящего, когда