Россия и мировые проекты развития. Хроники Большой игры - Владимир Аркадьевич Литвиненко

Следующее, на мой взгляд, важное отличие лежит в духовной сфере. Традиционно языческий пантеон во всем мире формируется богами-родственниками. Верховное божество, Зевс, например, его братья и жена, богиня Гера, дети, дети детей и т. д. Совсем иначе божественный пантеон формировался на Руси. Но в раскрытии этого вопроса есть определенные трудности.

«В отличие от греческой мифологии, которая уже с VII в. до н. э. стала объектом (а может быть, в какой-то степени и жертвой) литературной обработки и творческого обогащения жрецами, поэтами, писателями и специальными мифографами, славянская мифология, как «жизнь богов», осталась неописанной… Русские средневековые писатели — летописцы и церковные проповедники — следовали традициям древнехристианских отцов церкви, которые бичевали и высмеивали античное язычество, но не описывали его, т. к. оно было вокруг, въяве, всем видимо и знакомо. Точно так же поступали и древнерусские авторы. Они обращались к той аудитории, которая была полна языческих помыслов, действий, постоянных колдовских заклинаний, которая избегала церковной службы и охотно участвовала в красочных и хмельных разгульных и всенародных языческих игрищах. Поэтому они тоже не столько описывали, сколько порицали»[513]. Для наших современников это «фоновое знание» предков уже недоступно, и сведения о языческих богах приходится выискивать буквально по крупицам. Но кое-какие отголоски этого, во многом утраченного, древнего знания все-таки сохранились.

Так, по утверждению энциклопедического словаря «Славянская мифология», «вершиной славянского пантеона является Бог Род. В древнерусских поучениях против язычества (11–12 вв.) мифологический персонаж, воплощающий единство Рода, упоминается вслед за главными языческими богами вместе с женскими персонажами — рожаницами»[514]. Согласно древним верованиям, бог Род сотворил не только людей, зверей и все сущее, но и богов. Светлых — из частиц Света, темных — из частиц Хаоса. Каждый из них выполнял свою задачу и поддерживал свою часть мироздания. По выводам исследований академика Бориса Александровича Рыбакова, «Род оказывается всеобъемлющим божеством Вселенной со всеми ее мирами: верхним, небесным, откуда идет дождь и летят молнии, средним миром природы и рождения и нижним с его «огненным родством»[515]; «Род был верховным божеством неба и земли, распоряжавшимся всеми жизненно необходимыми стихиями — солнцем, дождями, грозами, водой. Вера в единого верховного бога явилась основой позднейшего христианского монотеизма»[516].

Одной из характерных особенностей дохристианского мировосприятия было то, что в нем добро и зло не ассоциировалось со Светом и Тьмой. Свет и Тьма — части единого целого. Их задача — не борьба между собой, а поддержание равновесия и порядка.

Наши предки, древние славяне, создали удивительно целостную, гармоничную и, что действительно любопытно и удивительно, гуманистическую картину мира. Казалось бы, какой гуманизм может быть у язычников и варваров с их человеческими жертвоприношениями? Да! Все так. Но есть одно существенное отличие. Древние славяне считали богов не господами, а членами рода. Старшими членами. Они их почитали, но не поклонялись им. Смысл жертвоприношения у славян, в отличие от египтян, эллинов или римлян, заключался не в том, чтобы умилостивить разгневанного властелина, а помочь ослабевшему родственнику. Внешняя форма проявления ритуала одинакова, но глубинный смысл в корне отличается от традиций и Запада, и Востока. В результате русский архетип сознания сложился на таких понятиях, как самопожертвование, взаимовыручка, долг перед родом, племенем, Родиной и т. д.

Разумеется, со временем, как учил бог Коляда[517] (согласно славянской мифологии, давший нашим предкам учение о времени), все меняется. Претерпели изменения и гуманистические традиции древнеславянского общества. И далеко не в лучшую сторону. Образование Древнерусского государства, повлекшее за собой в том числе и социальное расслоение общества, привело к тому, что из фактора объединения и стабилизации древние верования постепенно трансформировались в фактор тормоза развития и грозили стать фактором развала. Человеческие жертвоприношения постепенно стали утрачивать сакральный смысл, становясь чем-то формально обязательным. То есть в жертву стали приносить не лучших представителей рода, способных помочь ослабевшему родственнику, а тех, кто не смог откупиться от жребия, или чужаков, случайно оказавшихся не в то время и не в том месте. Настало время перемен.

Князь Владимир Святославич (по былинам, Владимир Красное Солнышко) попытался упорядочить языческий пантеон, сделав его официальным и всеобщим. Он выбрал шесть богов (Даждьбога, Хорса, Стрибога, Семаргла, Мокоши и Перуна) и поставил им идолы на холме недалеко от собственного терема[518]. Поклонение другим богам каралось. Однако реформа не принесла того результата, на который рассчитывал Владимир. Общество не приняло нововведений в духовной сфере. Ведется поиск новой религии[519].

Согласно летописной версии, Владимир беседовал с миссионерами различных религий и больше всего был поражен рассказами греческого миссионера. По его уходе князь послал десять разумнейших мужей в разные страны для испытания вер на месте. Вернувшись в Киев, они восторженно рассказывали о храме Софии в Константинополе. В Киеве нашлось и другое доказательство в пользу православия — пример великой княгини Ольги.

В выборе веры сказался национальный характер народа. Красота богослужения, конечно, не главное, что определило выбор. Главное в том, что православие отвечало характеру народа и позволяло ему сохранять свои народные традиции, обычаи и идеалы. В отличие от католичества, православие не навязывало русскому народу чуждый язык богослужения (мертвую латынь), не пыталось поставить над Русской землей деспотическую власть римских пап. «Рим никогда не отвечал нашему духу и нашему характеру, — писал великий русский мыслитель и философ Иван Александрович Ильин. — Его самоуверенная, властная и жестокая воля всегда отталкивала русскую совесть и русское сердце. А греческое вероисповедание мы, не искажая, восприняли настолько своеобразно, что о его «греческости» можно говорить лишь в условном, историческом смысле»[520].

Крещение Руси великим князем русским Владимиром Святославичем в 988 г. было не только духовным, сакральным, но и политическим актом. Этим шагом решалось сразу несколько проблем. Во-первых, стабилизировалась внутренняя ситуация в стране, где почитание разных богов различными территориальными образованиями, сложившимися исторически, начали реально угрожать целостности государства. Во-вторых, крайне сложно было эффективно взаимодействовать с окружающим миром, уже по большей части христианским, оставаясь в лоне языческих верований и традиций. Это создавало проблемы не только в политическом плане, но и в области экономики, препятствуя развитию торговли. Приняв христианство, Русь снимала эти противоречия по крайней мере отчасти. Свое право на вхождение в семью христианских народов еще нужно было доказать, в том числе и с оружием в руках, а внутри страны преодолеть сопротивление тех, кто готов был бороться, отстаивая старые верования. Тем не менее христианство на русскую культурную почву легло относительно