Трудные дороги космоса - Владимир Александрович Шаталов

Поскольку в настоящее время проводятся полеты разной продолжительности, то и программы специальной подготовки бывают разные — одни более широкие, требующие длительного времени, другие несколько короче.

Каждый экипаж находится в разной степени готовности — одни завершили подготовку и отправляются на космодром. Другие уже работают в космосе, третьи принимают участие в обслуживании полета — работают на связи со станцией, помогают решать те или иные проблемы, возникающие на борту в ходе полета. Четвертые — те, что только что завершили полет, подводят его итоги, составляют отчеты и отправляются на отдых…

Обычно экипажи формируются за год, полтора или два года до начала выполнения полета. Опыт показал, что целесообразно в экипаж обязательно включать одного «ветерана», уже поработавшего на орбите, а второго новичка, отправляющегося в свой первый космический полет и прошедшего через все ступени подготовки, в том числе и через дублерство.

Таким образом, «поле» для выбора нового экипажа у нас не такое уж большое — только из числа тех, кто прошел подготовку, но еще не задействован ни по одной программе, и число их не так уж велико. Положение осложняется еще и тем, что некоторая часть космонавтов работает в различных организациях вне Центра подготовки и необходимо учитывать также и их занятость, их участие в тех или иных работах своего предприятия, планировать участие их в космическом полете на период после завершения этих работ.

И все же возможности для выбора у нас имеются, и тут при отборе вступает в силу новый фактор, о котором мы и говорим «психологическая совместимость».

Поскольку отряд наш небольшой, все космонавты друг друга хорошо знают. Многие вместе проходили отбор, занимались в группе общей подготовки, некоторые вместе летали или готовились к полету в роли дублера. Многие дружат семьями, ходят друг к другу в гости, отмечают праздники и семейные торжества, вместе проводят отпуска. Вместе в свободные дни ездят на рыбалку или охоту, встречаются на спортивных площадках или за шахматными столиками в Доме культуры Звездного городка. Многих объединяют общие интересы — автолюбительство или коллекционирование, художественное творчество или театр. В Центре и сами космонавты, и их руководители отлично знают, кто с кем дружит, кого связывают взаимные симпатии.

Кроме того, при отборе обязательно учитывается мнение врачей, психологов, инструкторов, методистов — всех тех, кто непосредственно общается с космонавтами, готовит их к предстоящим стартам.

Перед принятием окончательного решения о составе будущего экипажа с каждым из его потенциальных членов проводятся индивидуальные беседы, в ходе которых обычно задаются вопросы об отношении его к своему возможному напарнику: как он оценивает подготовку товарища, что может сказать о его достоинствах и недостатках.

Ответы мы получаем самые разные, но чаще всего звучат нотки восхищения. С большим подъемом говорят космонавты друг о друге. И об отменном трудолюбии товарища, и о его неуемной любознательности, большой работоспособности, преданности избранному делу, отличной профессиональной подготовке, честности, порядочности, скромности. Особенно ценится у космонавтов чувство юмора, доброжелательность к людям и… терпеливость.

Об этом последнем качестве стоит сказать особо. Пока космические полеты проводятся не так уж часто, а составы экипажей минимальные — два-три человека, проходят порою годы и годы, пока космонавт дождется своего первого старта. Я, например, полетел на шестой год после зачисления в отряд космонавтов, некоторые ждали меньше, но большинство — больше, и восемь, и десять лет, и даже двенадцать. И это совсем не зависело от уровня их личной готовности — так уж складывались обстоятельства…

А как это трудно ждать, постоянно поддерживая свою форму. Как трудно быть в постоянной готовности, годы и годы целенаправленно и напряженно работать, многим жертвовать во имя достижения своей мечты…

Не все выдерживают испытания временем. Примерно треть из числа отобранных кандидатов покинула отряд, так и не дождавшись своего старта. Остались в отряде самые крепкие, те, кто до конца был предан своей мечте.

И думаю, что нет ничего удивительного в том, что все сочетания в составе экипажей позволяли космонавтам успешно выдерживать испытания, предъявляемые космическим полетом.

И тем не менее, я повторяю, проблема психологической совместимости существует. Мы на практике убеждались в этом не один раз. Уже в первые два-три месяца интенсивных тренировок в некоторых экипажах начинаются, мягко говоря, небольшие трения, порой перерастающие в серьезные конфликты. Хорошие друзья вдруг перестают понимать друг друга и никак не могут найти общего языка…

Чаще всего дело кончается миром. Когда люди уж очень хотят чего-то добиться и это «что-то» зависит от них обоих, то всегда найдется взаимоприемлемое решение, без «перегрузок» и взаимных обид. Порою даже такие «сложные» экипажи потом оказывались наиболее крепкими и работоспособными… Справедливости ради нужно сказать, что иногда бывало и иначе. «Общего языка» не находилось, и такие экипажи приходилось «разводить» и подключать новых товарищей. Были случаи, когда приходилось прибегать и к крайней мере — отстранять кандидатов от подготовки к полету. Но на моей памяти такое было всего лишь один раз…

Дальнейшее увеличение продолжительности полета и создание нормального психологического климата на борту станции находятся в прямой зависимости от дальнейшего совершенствования режима жизни и работы экипажа во время полета. Ведь увеличивается продолжительность космического полета не ради установления новых рекордов. А прежде всего для определения оптимальной продолжительности работы персонала будущих долговременных орбитальных станций. С одной стороны, чтобы работа на станции велась с наивысшим коэффициентом полезного действия, с наибольшей отдачей, а с другой — чтобы между членами экипажа за все время полета сохранились хорошие отношения, у каждого поддерживалось отличное настроение, чувство радости, удовлетворения выполняемой работой, и главное, доброе здоровье — и во время работы на борту станции, и после возвращения экипажа на Землю.

Как-то раз в «Литературной газете» я прочитал довольно печальную историю о том, как на одной из горных комплексных научных станций, коллектив которой надолго бывает отрезанным от ближайших населенных пунктов, вспыхнул конфликт между начальником и одним из его заместителей, завершившийся полным развалом работы… Удивительнее всего было то обстоятельство, что и по анкетным данным, и по объективным и субъективным оценкам и тот и другой были весьма и весьма интересными людьми: умными, образованными, с общительными характерами, оба считались «заводными ребятами». А вот после долгого периода совместной и довольно плодотворной работы эти два товарища не поладили между собой, втянули в конфликт своих товарищей, перессорили их друг с другом, и дело приняло весьма серьезный оборот. Во избежание несчастных случаев коллектив этой станции пришлось расформировать и при первой же возможности эвакуировать с места расположения станции.

Конечно, и с космической орбитальной станции теперь в случае