Развод с Альфой. Теперь твой соперник зовет меня своей - Майкл Скофилд

— Эдрик.

— Кто приносил на подпись?

Кайден нахмурился, пытаясь восстановить.

— Возможно, Сайр. Или секретарь Совета.

— Вы читали приложение семь?

Пауза.

— Не могу сказать.

Альма записала сама.

— То есть возможно, что нет.

— Да.

Рейд сидел молча.

Вчера на открытом заседании он почти не комментировал Кайдена после признания.

Сегодня тоже.

И я была благодарна.

Не потому, что бывшему мужу требовалась защита от соперника.

Потому что сейчас любое довольство Рейда выглядело бы мерзко.

Альма перешла к третьей стопке.

Восемь закрытых директив.

Самые поздние.

Среди них находились распоряжения, которые возникли уже после официального окончания основной учебной части.

Первую Кайден взял и сразу нахмурился.

— Эту я подписывал в дороге.

— Откуда знаете?

Он показал на угол.

— Дорожная печать моего секретариата. Она использовалась, когда документы догоняли меня вне Вейра.

— Где вы были?

Кайден посмотрел дату.

— В Зеленой Реке. На торговых переговорах.

Я не хотела думать, была ли там Лисса.

И все-таки подумала.

Четыре месяца измены накладывались на эти документы слишком хорошо.

Тот период, когда он одновременно вел кампанию, строил отношения с другой женщиной и считал, что наш брак можно будет аккуратно закончить позже.

Возможно, Кайден действительно читал меньше, чем обычно.

Не оправдание.

Еще одна часть картины.

— Что было в пакете? — спросила Альма.

— Продление закупок для совместной стражи.

— Все?

Он просмотрел.

— Я так считал.

— Здесь есть разрешение на изменение кодов временных учебных площадок без нового утверждения Альфы.

Кайден медленно поднял глаза.

— Покажите.

Она дала.

Он прочитал.

— Этого не помню.

— Подпись ваша?

— Да.

— Печать?

— Да.

— Подделка?

Кайден внимательно рассмотрел.

— Нет оснований так считать.

— Значит, вы подписали.

Он откинулся.

— Да.

Одно слово.

Мне стало больно за него.

Я заметила и не стала с этим бороться.

Сочувствие не было возвращением.

— Почему? — спросила Альма.

Кайден потер ладонью подбородок.

— Наверное, потому что доверял тому, кто подготовил пакет.

— Эдрику.

— Да.

— Этого достаточно?

Он посмотрел.

— Нет.

Вот.

— Тогда почему было достаточно тогда?

Кайден долго молчал.

Не искал красивую версию.

— Потому что у меня было слишком много одновременно.

Эдрик наверняка ненавидел бы этот ответ.

Для Альфы «слишком много дел» никогда не считалось оправданием.

Но Кайден не пытался оправдаться.

— Выборы. Совет. Переговоры. Работа стаи. Программа совместной готовности. Я передал части полномочий людям, которым доверял, а потом начал воспринимать их документы как продолжение собственного решения.

Альма спросила:

— То есть если вы одобрили общий принцип, переставали внимательно проверять каждое последующее приложение?

Кайден сжал челюсть.

— Иногда.

— Насколько часто?

— Не знаю.

— Это важно.

— Понимаю.

Он посмотрел на все восемнадцать распоряжений.

— Тогда проверим каждое.

Так и сделали.

Следующие два часа.

Лист за листом.

Подпись за подписью.

Никакой великой политической трагедии.

Самая неприятная правда оказалась обычной.

Кайден читал не все.

Некоторые приложения просматривал секретарь и отмечал нужные пункты.

Часть поздних директив приходила в дни, когда Кайден находился на встречах.

Он проверял титульный лист, общий лимит, основные изменения.

Не всегда углублялся в технические приложения.

Если сверху стояла отметка Эдрика «в пределах ранее утвержденной программы», Кайден чаще подписывал без дополнительного спора.

Три раза это не имело значения.

Документы касались аренды, питания учебной стражи и ремонта телег.

Два раза привело к расширению полномочий секретариата.

Один раз позволило после окончания основного этапа продолжать материальные перемещения.

Еще один документ оказался хуже.

Альма положила перед ним короткую директиву с красной полосой.

— Узнаете?

Кайден побледнел.

— Да.

Я сразу напряглась.

— Что это? — спросила она.

— Разрешение кампании использовать аналитические отчеты программы совместной готовности при подготовке публичной позиции по безопасности.

Рейд впервые за долгое время пошевелился.

Не сказал ничего.

Но лицо стало жестким.

Альма спросила:

— Что это означает на обычном языке?

Кайден ответил сам:

— Что штаб мог брать отчеты об учениях, патрулях, нападениях и работе резервов для политических материалов.

— Вы считали это нормальным?

— Тогда — да.

— Сейчас?

Он посмотрел на документ.

— Сейчас считаю, что мы смешали слишком много.

— Политический штаб и общую программу безопасности.

— Да.

— Почему разрешили?

— Потому что считал, что программа подтверждает нашу позицию.

— Какую?

Кайден на секунду закрыл глаза.

— Что Северу требуется более сильная координация.

Рейд тихо спросил:

— И когда отчеты начали подтверждать это особенно хорошо, тебя ничего не насторожило?

Альма посмотрела на него.

Он сразу добавил:

— Вопрос как участника общей системы, не как кандидата.

Она подумала.

— Отвечайте, Кайден.

Кайден посмотрел на Рейда.

— Настораживало.

Я почувствовала, как внутри все сжалось.

— Когда?

— После второго большого нападения.

Рейд стал неподвижным.

— И?

— Я спросил Эдрика, почему количество происшествий растет именно на твоих маршрутах.

Вот этого мы раньше не знали.

Альма сразу наклонилась.

— Когда разговор?

Кайден назвал дату.

— Что ответил Эдрик?

— Что Черный Яр годами недофинансирует центральные патрули и теперь последствия стали видны.

Рейд усмехнулся без радости.

— Удобно.

Кайден не стал спорить.

— Да.

— Ты проверил?

Пауза.

— Попросил сводку.

— Которую подготовила группа Эдрика?

— Да.

Рейд отвернулся.

Вот теперь в нем появилось настоящее раздражение.

— И сводка подтвердила мнение человека, у которого ты ее запросил.

Кайден ответил жестче:

— Тогда у меня не было оснований считать ее ложной.

— Были мои отчеты.

— Не все.

Рейд замолчал.

Очень резко.

Я сразу заметила.

Альма тоже.

— Что значит «не все»?

Кайден посмотрел на него.

— Два патрульных приложения Черного Яра не попали в общий архив вовремя. Я запрашивал сверку.

Альма повернулась к Рейду.

— Это правда?

Вот теперь очередь другого Альфы.

Рейд не ответил сразу.

Я почувствовала неприятное предчувствие.

— Да.

— Почему?

— Потому что я задержал их у себя.

Тишина.

Кайден посмотрел почти с удивлением.

Кажется, даже он не ожидал настолько прямого признания.

— Какие именно? — спросила Альма.

Рейд назвал два отчета.

Один был после первого нападения.

Второй после небольшого происшествия, которое в итоге даже не вошло в крупную сводку.

— Что в них было? — спросила я.

Рейд посмотрел на меня.

Я была не комиссией.

Но вопрос уже прозвучал.

— Свидетельские показания и подробные позиции патрулей.

— Почему не передал сразу в центральную систему?

Он