Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований. Книга XV - Алексей Ракитин

девочка была вынуждена самостоятельно звонить в «службу спасения». Эшли была чрезвычайно напугана случившимся с отцом… Когда в больнице узнали, что тремя неделями ранее Майкл обращался к врачу и тот предположил наличие болезни сердца, было решено не проводить вскрытие.

Всё это выглядело, конечно, весьма подозрительно. А потому полицейские не очень удивились, когда в октябре 2005 г. было обнародовано завещание Дэвида Кастора, согласно которому его компания полностью переходила второй жене, то бишь уже вдове, Стейси. А вот сын — Дэвид Кастор-младший — был чрезвычайно поражён тем, что любящий отец ничего ему не оставил, сын просто не мог поверить в такое предательство…

Изучение вещей, изъятых из дома Дэвида Кастора, позволило сделать любопытные открытия. На стакане с антифризом были обнаружены три отпечатка пальцев — все они принадлежали Стейси. Никаких биологически следов по краю стакана найти не удалось — сие означало, что никто из него не пил, стакан вообще оказался чистым, словно бы его с полки сняли…

Стейси Кастор похоронила двух бывший мужей рядом. На надгробном камне, установленном на могиле Майкла Уоллеса, выбито имя и самой Стейси, предполагалось, видимо, что она в дальнейшем будет также похоронена рядышком. Удивительная предусмотрительность, правда, как станет ясно из дальнейшего, совершенно излишняя, поскольку судьба распорядилась иначе.

На канистре, лежавшей у кровати, остался чёткий отпечаток ладони Дэвида Кастора, более никаких следов не имелось. Канистра тоже казалась странно чистой, её как будто хорошенько отмыли перед тем, как прижать ладонь… Но самое интересное открытие принесла спринцовка — внутри неё оказались капли антифриза, а вот снаружи — ДНК Дэвида Кастора. Это наводило на мысль, что её вводили в рот находившемуся в бессознательном состоянии человеку.

Полицейские попытались допросить Стейси, но разговор не заладился с самого начала. Женщина, почуяв, что дело клонится к неким подозрениям в её адрес, потребовала либо пригласить адвоката, либо отпустить её. Поскольку полиция оказалсь не готова выдвигать формальные обвинения, было решено позволить женщине уйти. Однако, во время допроса произошёл любопытный казус, показавший детективам, что они идут по верному следу. Рассказывая о том, как она подавала мужу клюквенный морс, Стейси оговорилась, сказав: «я налила в стакан антифриз…» Это было как раз то, что принято называть «оговоркой по Фрейду». После этой фразы Стейси оборвала себя, закатила истерику и обвинила полицейских в том, что они её путают.

Все данные, собранные полицией, в начале 2006 г. были представлены окружному прокурору, который санкционировал прослушку всех телефонных переговоров Стейси Кастор и её дочерей. Кроме того, было установлено круглосуточное видеонаблюдение за домом Стейси и могилами её бывших мужей. Последнее было проделано с целью понаблюдать, посещает ли вдова кладбище и как там себя ведёт?

Сразу скажем, что видеонаблюдение никакого явного результата не принесло. На протяжении почти двух лет непрерывной слежки горюющая вдовица так и не смогла найти времени, чтобы появиться на кладбище. И то сказать, зачем? Всё, что смогли, эти мужчины ей уже отдали…

Майкл Уоллес, родившийся 16 сентября 1961 г., странным образом скончался 11 января 2000 г.

Почти два года следствие топталось на месте, пока, наконец, в августе 2007 г. не было решено активизировать процесс добычи улик. Суд санкционировал проведение эксгумации тела Майкла Уоллеса, первого мужа Стейси, с целью установления точной причины его смерти. Кроме того, эксгумация преследовала и иную цель — она должна была заставить Стейси нервничать и как следствие — допустить какую-то серьёзную ошибку.

Эксгумация была проведена 5 сентября 2007 г. Тело прекрасно сохранилось благодаря бальзамированию.

Изучение тела Майкла Уоллеса судмедэкспертами однозначно показало, что мужчина не умирал от болезни сердца. Последовавшие анализы фрагментов тканей и внутренних органов позволили безошибочно назвать подлинную причину его скоропостижной смерти — некроз почек в силу их поражения оксалатами, продуктами распада этиленгликоля. Т. е. Майкл Уоллес перед смертью также, как и Дэвид Кастор, получил смертельную дозу антифриза.

Получив 13 сентября эти результаты, детективы отправились для беседы с Эшли Уоллес в колледж, в котором училась последняя. Напомним, что Майкл впал в кому в присутствии Эшли, которой тогда шёл 12-й год. Сама же Стейси в тот момент находилась на работе.

Из разговора с детективами девушка поняла, что правоохранительные органы подозревают отравление её отца. Потрясенная этим, она позвонила матери — прослушка записала их резкий, на грани истерики, разговор. Далее последовали события, неожиданные для всех, причастных к расследованию.

Эксгумация тела Майкла Уоллеса 5 сентября 2007 г.

Около 11 часов утра 14 сентября 2007 г. Бри Уоллес, младшая сестра Эшли, вызвала «скорую помощь». По её словам, она нашла бесчувственную сестру в кровати, рядом с которой находились три пустых упаковки из-под снотворных таблеток. Прибывшим медикам Стейси, мать девушки, сунула в руки лист бумаги, с отпечатанным на принтере текстом — это была записка, якобы найденная возле кровати Эшли. В «записке» от имени Эшли в 27 предложениях 14 раз упоминалась смерть Майкла Уоллеса и выражалось раскаяние в том, что она его отравила.

Инсценировка казалась довольно очевидной. Но она стала практически несомненной после того, как Эшли пришла в сознание в палате интенсивной терапии. Она рассказала, как мать уговорила её выпить стакан водки за компанию с нею. Это была необычная просьба, ранее такого распития спиртных напитков не происходило. Хотя в водку был был добавлен апельсиновый сок и «спрайт», она оказалась очень горькой, девушка не хотела её пить, но мать настояла. Эшли выпила и потеряла сознание. В бесчувственном состоянии она провела приблизительно 17 часов. По оценкам врачей, если бы младшая сестра, встревоженная тем, что Эшли не выходит из комнаты, не подняла переполох, та скорее всего девушка умерла бы. Как нетрудно догадаться, Эшли отрицала какую-либо причастность к записке, якобы найденной возле её кровати.

Эксгумация тела Майкла Уоллеса 5 сентября 2007 г.

Расчёт мамаши-отравительницы представлялся довольно очевидным. Она хотела «повесить» на старшую дочь вину за убийство обоих мужей, а чтобы дочь не смогла оправдаться — отравить и её саму. Эшли в мамином замысле отводилась роль «живого щита», призванного принять в себя стрелы всяческих подозрений и унести тайну преступлений в могилу. Мамаша поступила в точности по русской пословице: узелок заплела, да и концы схоронила… точнее, попыталась схоронить!

Поскольку мать-отравительница представляла непосредственную угрозу для окружающих, полиция произвела арест Стейси Кастор в тот же самый вечер 14 сентября.

Стейси Кастор в момент ареста в сентябре 2007 г. и в суде в январе 2009 г.

Судебный процесс над Стейси Кастор готовился очень тщательно. Был расследован подлог завещания, составленного от имени Дэвида Кастора. «Свидетели» — супруги Линн и Пол Пуласки, якобы, присутствовавшие при его составлении — признались, что на самом деле документ был подготовлен в середине сентября 2005 г., спустя примерно месяц со времени смерти Дэвида.

На судебном процессе, открывшемся 13 января 2009 г., Стейси Кастор обвинялась в убийстве своего второго мужа — Дэвида — и попытке убийства дочери Эшли Уоллес. Также отдельным пунктом обвинения проходило мошенничество с завещанием.

Стейси вины не признавала и давала показания в защиту самой себя. В ходе суда её несколько раз просили объяснить инцидент с отравлением Эшли и каждый раз мамаша высказывалась примерно так: «мы с ней знаем, что именно случилось, но я не стану разоблачать дочь, пусть она скажет сама». Такую аргументацию, прямо скажем, следует признать довольно неловкой и неудачной, лучше уж вообще ничего не говорить, чем такое… 5 февраля присяжные заседатели признали Стейси виновной, а через месяц — 5 марта 2009 г. — судья приговорил её к тюремному сроку, продолжительностью не менее 51 года (по 25 лет за убийство и покушение на убийство и от 1 года 4 месяцев до 4 лет