Трактат по истории религий - Мирча Элиаде

интерпретация найдет подтверждение в других традициях, к которым мы вскоре обратимся. Но искушение змея могло иметь еще одну причину: он хотел обрести бессмертие для себя (как он его действительно обрел в мифах других народов), и ему нужно было отыскать Древо Жизни, скрытое среди множества деревьев райского сада, чтобы первому вкусить его плодов; вот почему он подстрекает Адама «познать добро и зло»: благодаря своему знанию Адам смог бы ему затем открыть местонахождение Древа Жизни.

107. Стражи Древа Жизни. — Мифологический комплекс «первочеловек (или герой), стремящийся найти бессмертие — Древо Жизни — змей или чудовище, которое охраняет это дерево (или хитростью своей не позволяет человеку отведать его плодов)» встречается и в других традициях. Смысл этого сочетания (человек — дерево — змей) вполне очевиден: достигнуть бессмертия нелегко; бессмертие заключено в Древе Жизни (или Источнике Жизни), которое находится в каком-то труднодоступном месте (на краю земли, на дне морском, в стране мрака, на вершине необыкновенно высокой горы или в «центре»); дерево охраняет чудовище (или змей); человек, который ценой огромных усилий смог приблизиться к дереву, должен сражаться с чудовищем и победить его, чтобы завладеть плодами бессмертия.

Несомненно, поединок с чудовищем означает инициацию, посвящение: чтобы получить право на бессмертие, человек должен выдержать испытания, стать героем. Тот, кто не в силах одолеть дракона или змея, не получит доступа к Древу Жизни, т. е. не сможет обрести бессмертие. Борьба героя с чудовищем не всегда имеет «физическую» природу. Адам был побежден змеем, хотя не вступал с ним в поединок «героического» типа (в отличие, например, от Геракла): его одолела хитрость змея, который внушил Адаму желание уподобиться Богу, побудил его нарушить божью заповедь и тем самым обрек на смерть. Разумеется, в самом библейском тексте змей не играет роль «защитника» Древа Жизни, но, исходя из следствий искушения, мы вправе приписать ему подобную функцию.

Гильгамешу, герою вавилонского эпоса, повезло не больше, чем Адаму. Он также возжелал обрести бессмертие; в самом деле, удрученный гибелью своего друга Энкиду, Гильгамеш сетует: «Неужели и мне суждено однажды уснуть, как уснул Энкиду, чтобы никогда уже не проснуться?» (фрагмент, цит. у Virolleaud, Le voyage de Gilgamesh au Paradis, р. 204). Гильгамеш знает, что помочь ему может только один человек на свете — уцелевший после потопа мудрец Ут-напиштим, которому боги даровали бессмертие. К его жилищу, которое находится где-то «у впадения рек», и направляется Гильгамеш. Путь этот долог, труден, усеян многочисленными препятствиями; он подобен всякой дороге к «центру», к «раю», к источнику вечной жизни. Ут-напиштим живет на острове, окруженном водами смерти, но наш герой, в конце концов, преодолевает эту преграду. Правда, перед лицом испытаний, коим подверг его Ут-напиштим, Гильгамеш обнаруживает свое бессилие; ему, например, не удается выдержать шесть дней и шесть ночей без сна. Судьба его предрешена заранее: он не обретет вечную жизнь и не сможет уподобиться богам, ибо не имеет ни одного присущего богам качества.

Тем не менее Ут-напиштим по просьбе своей жены открывает Гильгамешу тайну: на дне моря существует «полное шипов» (т. е. труднодоступное) растение, которое, если не дарует бессмертия, то, по крайней мере, до бесконечности удлиняет жизнь того, кто ег отведает. Привязав к ногам камни, Гильгамеш опускается за ним на дно моря. Обнаружив растение, он обрывает одну ветвь, отвязывает камни и поднимается на поверхность. По дороге в Урук он останавливается у источника, чтобы напиться; в это время привлеченная запахом цветка змея приближается к нему, проглатывает его и таким образом становится бессмертной. Гильгамеш, как и Адам, утратил бессмертие из-за коварства змеи и собственной глупости. Он не сумел выйти победителем из испытаний, которым подверг его Ут-напиштим; точно так же Гильгамешу не удалось сохранить то, что приобрел он благодаря огромной доброжелательности других (вспомним, что Гильгамешу во время его странствий помогали богиня Сабиту, Урнашаби, лодочник Утнапиштима, сам Утнапиштим и его супруга). Таким образом, главным противником человеческого бессмертия является чудовище, змея. Задолго до Гильгамеша Этана, легендарный царь Киша, просил Солнце и бога Ану дать ему «траву жизни», чтобы жена его могла родить наследника; он был вознесен на небеса орлом, которого змея с помощью хитрой уловки сбросила в яму. Борьба змеи с орлом является, как мы видели (п. 101), одним из лейтмотивов евроазиатской мифологии.

108. Чудовища и грифоны. — Древо Жизни и возрождения, которое растет на земле, равно как и его небесный прообраз, известны нам и по иранской мифологии. Земная хаома (желтый хом), которая, подобно соме ведийских текстов, воспринималась то как растение, то как источник, произрастает в горах (Ясна, X, 3–4); в начале времен ее посадил на горе Хараити Ахурамазда (ibid., X, 10). Прообраз ее пребывает на небе: это небесная хаома, или гаскерена (белый хом), дарующая бессмертие тем, кто ее отведает; находится она у источника всемирных вод Ардвисура на одном из островов озера Вуракаша среди тысяч других целебных растений (Видевдат, XX, 4; Бундахишн, XXVII, 4). Этот белый хом был создан для того, чтобы победить старость. Именно он совершит возрождение Вселенной, за которым последует бессмертие. Хом — царь растений (Бундахишн, I, 1, 5). «Тот, кто его отведает, становится бессмертным» (ibid., XXVII, 5). На это создание Ахурамазды Ариман ответил тем, что сотворил в водах Вукараша ящерицу, которая должна вредить чудесному дереву Гаскерена (Бунд., XVIII, 2; ср. со змеей Мидхегг, грызущей корень Иггдрасиля). Йима, первочеловек иранской мифологической традиции, был бессмертен (Ясна, IX, 3–5), но, подобно Адаму, утратил бессмертие из-за греха: «он солгал и предался лживым и противным истине помышлениям» (Яшт, XIX, 33–34). Люди смертны и несчастны вследствие грехопадения Йимы (ср. A. Christensen, Le premier homme, II, р. 13 sq.).

Змей соседствует с Древом Жизни и в других традициях, испытавших, очевидно, влияние иранских мифологических представлений. Салмыки рассказывают о драконе, который живет в море рядом с деревом Замбу, поджидая, когда с дерева упадет лист, который он мог бы проглотить. Бурятам известен змей Абрига, обитающий рядом с деревом в «молочном озере». Согласно некоторым легендам Центральной Азии, Абрига обвивается непосредственно вокруг ствола этого дерева (Holmberg, Finno-Ugric Mythology, р. 356 sq.).

Грифоны или чудовища всегда охраняют пути к спасению, иначе говоря, несут стражу вокруг Древа Жизни или одного из его символов. Чтобы завладеть золотыми яблоками из сада Гесперид, Геракл должен усыпить или убить охранявшего их дракона. Совершил ли это сам герой или, может быть, Атлант (пока Геракл поддерживал вместо него небесный свод), в данном случае несущественно. Важно то, что Геракл, в