Ночь гнева - Андрей Александрович Васильев

— Хороший план, — одобрила услышанное Марина, — мне нравится. Одно непонятно: а чего так рано приехали? Можно было бы еще полчасика поспать.

— Как по мне, так даже поздно, — заявил Пал Егорыч. — Мы вот в засаду за сутки садились. Чтобы мышь без нашего ведома не проскользнула, чтобы перышко не пролетело!

— А страну все равно просрали, — подытожила Марина, после чего Олег окончательно понял, что Светка в части точности формулировок реально пошла в мать.

Народ начал расходиться из клуба где-то с половины шестого. Ну как расходиться? В основном разъезжаться, причем на очень недешевых машинах, при этом немолодых джентльменов, как правило, сопровождали весьма юные дамы.

— Пятиминутная готовность, — глянув на часы, произнесла Павла Никитична. — Все помнят, что там обычные люди могли остаться? Но отличить их от наших клиентов очень просто — первые будут орать и пугаться, вторые попробуют вас убить.

— Мне почему-то не очень жалко тех, кто в такие места ходит, — отозвался крепко сбитый мужчина в клетчатой рубашке. — Если что — спишем на сопутствующие потери.

— Лучше не надо, — качнула головой Веретенникова. — Хотя в чем-то я с тобой согласна. Пошли уже. Минутой раньше, минутой позже… Да и наверняка уже Славка с Васькой гостей Рашида на бастурму нарезают. Так, ты и ты — двигайте к служебному входу. Помните, где он? Вот и хорошо. Кладите всех, кто попробует сбежать, там людей не будет.

Двое мужчин быстрым шагом проследовали вглубь двора, который был проходным с двух сторон, остальной же отряд двинулся следом за уборщицей, в руке которой невесть откуда взялся клинок, чем-то неуловимо похожий на тот, который был спрятан в рукояти зонта, только с лезвием пошире и подлиннее. Правда, он словно являлся продолжением ее руки, скорее всего потому, что под рукавом старенького кожаного плаща к ней и крепился.

— Вы здесь, — отдала приказ Пал Егорычу и его приятелю приблизительно того же возраста Павла Никитична. — И, как было сказано, — чтобы мышь из клуба не проскользнула.

— Есть, — неохотно ответил ветеран, которому явно хотелось оказаться в гуще событий. Но спорить не стал, как видно, осознав, что смысла в том ноль.

И вот здесь случилось то, чего Олег точно не ожидал. В тот момент, когда Веретенникова собралась открыть дверь, та сама распахнулась, чуть не заехав уборщице в лоб, и на крыльцо выпорхнули совсем еще юные девицы, которые были отлично известны Ровнину. Перед ним стояли Наташа и Мила, две ведьмы, принадлежащие к ковену Марфы, те самые, с которыми он недавно вещи в машину грузил.

— Ой! — застыли они, удивленно глядя на Олега и компанию вооруженных людей, стоящих за его спиной. — А вы тут чего?

— Эй, красавица, ты плащ забыла, — вышел следом за девушками бородатый здоровяк в костюме и увидел ту же картину, что и ведьмы.

Вот только он, похоже, был куда сообразительнее оторопевших девиц, поскольку тут же попробовал вернуться в здание с тем, чтобы заблокировать двери. И не хватило ему на реализацию этого плана пары секунд. Серебристый клинок Павлы Никитичны вошел в затылок бородача, уже шагнувшего за порог, легко, словно раскаленный нож в кусок масла, после чего тот, успев негромко вскрикнуть, осыпался пеплом на порог.

— Ой! — теперь уже не удивленно, а испуганно вскрикнула Наташа и отчего-то схватилась за локоть Ровнина.

— Цыц! — отцепил ведьму от себя Олег, щелкнул кнопкой, вделанной в зонт, а после протянул ей часть с куполом: — Держи, храни. Если вернусь, не увижу вас обоих и не получу свое имущество обратно — буду очень зол. Пал Егорыч, стереги их. Словам не верь, обещания не слушай, лучше всего поставь на колени лицами к стене. И, если что, — стреляй в затылок. Они тоже не очень-то люди.

Пока Ровнин, крайне обрадованный тем, что эта парочка красоток оказалась здесь, отдавал распоряжения, большая часть отряда уже проследовала внутрь, потому он поспешил за коллегами.

Как и следовало ожидать, клуб Ростогцева был сделан по принципу «дорого-богато». На небольшую в целом по метражу территорию он втиснул немыслимое количество позолоты, красного дерева и копий картин старых мастеров. И большая часть всего этого пошла, естественно, на главный зал, в котором, скажем честно, в настоящий момент творилось подлинное непотребство.

Если подробнее, то люди, ворвавшиеся туда, увидели вурдалаков, которые решили плотно перекусить перед дневным сном, причем со всем мыслимым комфортом. Полностью раздетые красивые девушки лежали на шести мраморных столах, а два с половиной десятка кровопийц в дорогих костюмах перемещались между ними, пробуя кровь то одной, то другой жертвы и обмениваясь комментариями по этому поводу.

— Вот же блин! — сказал кто-то из бойцов, нарушая идиллическую картину раннего завтрака.

Вурдалаки на мгновение застыли, глядя на нежданных гостей, совершив тем самым фатальную ошибку, потому что через секунду заговорили пистолеты визитеров, не оставляя большинству посетителей клуба ни малейшего шанса.

Парочка из тех, кто сразу не стал пеплом, под визг девиц, которые, даже будучи порядком обескровленными, смогли-таки переместиться со столов на пол, попыталась скрыться в подсобных помещениях, и пули мигом раздробили их затылки. Еще несколько бросились на людей, но это тоже была попытка с негодными средствами. Двух скосили выстрелы, а третьего Павла Никитична буквально поймала на клинок, но так, чтобы он умер не сразу.

— Ростогцев где? — прорычала она, наклоняясь к верещащему от боли и страха вурдалаку. — Говори!

— Так он еще вчера в Лондон улетел! — взвыл тот. — Оставил вместо себя распорядителем Георга, тот мне про это и рассказал. А Георг… Вы его уже убили. За что вы нас так? Что мы вам сделали?

Веретенникова очень заковыристо выругалась, после чего плавным движением сначала скинула кровососа с клинка, а после ткнула ему острием в горло.

— Чистим внутренние помещения, — скомандовала она мгновением позже и первой двинулась к коридору в дальнем конце зала, тому, куда не добежала невезучая парочка. — Гоним их к служебному выходу! Там с десяток этих сволочей остался, не больше. Клуб невелик, откуда тут большому количеству персонала быть? Ну и все помещения проверяем, вплоть до сортиров!

Олег было рванул за ними, но тут услышал, как в коридоре, что