Исчезнувшие царства. История полузабытой Европы - Норман Дэвис

по Польше с группой британских студентов, почти все из которых были полностью лишены каких-либо знаний об истории этой страны. Когда их поезд приближался к Варшаве, на горизонте показался высокий контур огромного уродливого здания. Студент-путешественник не знал, что это был ненавистный дворец культуры, который Иосиф Сталин подарил польской столице с десяток лет тому назад. Преодолевая языковой барьер, джентльмен в купе указал в окно, чтобы объяснить, что это за здание. Он пытался на польском, немецком, русском, – все безрезультатно. Но затем нашел одно слово, которое передало его мысль. «Byzancjum! – воскликнул он с радостной широкой улыбкой. – To jest Byzancjum» («Это Византия»).

Каждая крупица знаний неумолимо ведет к тому дню, когда настоящая, историческая Византия прекратила свое существование. «Единственное, что мы думаем, что знаем, это то, что византийцы были обречены». Когда был основан Константинополь, Римская империя простиралась от Атлантики до границ Персии, от стены Адриана до Сахары. Вместе с Китаем и империей Гуптов в Индии это было одно из крупнейших политических образований в мире, и было бы слишком просто считать, что его последующая судьба представляла собой непрерывное устойчивое монотонное падение. Тем не менее весной 1453 года Судный день действительно настал. Турки-османы более века стояли лагерем на азиатском берегу Босфора. Римская империя, когда-то охватывавшая весь «известный мир», сжалась до границ Феодосиевых стен:

«Сажание христианских пленных на кол в виду стен было рассчитано на то, чтобы вызвать панику. 12 апреля морская атака на заграждение провалилась. Огромная пушка, день за днем стрелявшая каждые семь минут от восхода до заката, превращала большие участки внешней стены в щебень. Но ночью бреши заделывались… 20 апреля императорская транспортная флотилия пробилась в гавань…

Но затем султан в мастерском маневре приказал перетащить свою флотилию галер по суше за Перу в Золотой Рог.

Город потерял свою гавань. С того момента у защитников было только три варианта: победа, смерть или обращение в ислам…

Решающий штурм начался около половины второго ночи во вторник 29 мая, на 53-й день осады. Сначала шли нерегулярные войска башибузуков, потом анатолийцы, потом янычары:

„Янычары наступали в ускоренном темпе, но не бросаясь дико… а сохраняя свои ряды в идеальном порядке, не нарушаемые снарядами противника. Военная музыка, которая подстегивала их, была такой громкой, что в промежутке между грохотом орудий звук можно было услышать прямо через Босфор. Мехмед сам довел их до рва и стоял там, выкрикивая подбадривающие слова… Волна за волной эти свежие, могучие и хорошо вооруженные люди устремлялись к частоколу, чтобы растащить бочки с землей, которые его венчали, разрубить балки, которые его поддерживали, приставить к нему свои лестницы… каждая волна методично без паники прокладывала путь следующей…“»

Перед самым восходом солнца Джустиниани получил ранение из кулеврины и отступил весь в крови. Гигантский янычар Хасан был убит после того, как забрался на частокол, но он показал, что это возможно. Керкопорт, небольшой порт для вылазок, был оставлен открытым отступающими греками, и турки ворвались туда. [166-й] император спешился со своей белой арабской кобылы, бросился в драку и исчез.

Константинополь был разграблен. Последовала жестокая резня и грабежи. Собор Святой Софии превратили в мечеть:

«Муэззин поднялся на самую высокую башню и провозгласил ezan – публичное приглашение… Имам проповедовал, а Мухаммед Второй совершил намаз благодарения в большом алтаре, где совсем недавно праздновались христианские таинства перед последним из цезарей. Из Святой Софии он направился в величественный, но заброшенный особняк ста преемников великого Константина… Меланхолическое размышление о превратностях человеческого величия невольно пришло ему на ум, и он повторил изящное двустишие из персидской поэзии. „Паук сплел свою паутину в императорском дворце, и сова спела свою сторожевую песню на башнях Афрасиаба“».

Прошло 1123 года с момента повторного основания города императором Константином и 2211 лет с тех пор, как мегарцы заложили первый камень.

III

Описание или обобщение падения величайшего «исчезнувшего царства» Европы потребовало бы, пожалуй, слишком долгих размышлений. Как и европейская история в целом, эта история слишком длинная, слишком богатая и слишком сложная, и если Орхан Памук – симолическая фигура для своих соотечественников, то среди читателей самых ближайших преемников Византии он фактически забыт. Несмотря на свои с трудом завоеванные достижения, профессиональные историки бьются с чудовищной задачей. Возможно, лучше всего оставить резюмирующие восклицания поэтам, особенно тому, кто когда-то был учеником Дж. Б. Бери:

Отхлынул пестрый сор и гомон дня,

Спит пьяная в казармах солдатня,

Вслед за соборным гулким гонгом стих

И шум гуляк ночных;

Горит луна, поднявшись выше стен,

Над всей тщетой

И яростью людской,

Над жаркой слизью человечьих вен.

Плывет передо мною чья-то тень,

Скорей подобье, чем простая тень,

Ведь может и мертвец распутать свой

Свивальник гробовой;

Ведь может и сухой, сгоревший рот

Прошелестеть в ответ,

Пройдя сквозь тьму и свет, —

Так в смерти жизнь и в жизни смерть живет.

И птица, золотое существо,

Скорее волшебство, чем существо,

Обычным птицам и цветам упрек,

Горласта, как плутонов петушок,

И яркой раздраженная луной,

На золотом суку

Кричит кукареку

Всей лихорадке и тщете земной.

В такую пору языки огня,

Родившись без кресала и кремня,

Горящие без хвороста и дров

Под яростью ветров,

Скользят по мрамору дворцовых плит:

Безумный хоровод,

Агония и взлет,

Огонь, что рукава не опалит.

Вскипает волн серебряный расплав;

Они плывут, дельфинов оседлав,

Чеканщики и златомастера —

За тенью тень! – и ныне, как вчера,

Творят мечты и образы плодят;

И над тщетой людской,

Над горечью морской

Удары гонга рвутся и гудят…[142]

Глава 7

Боруссия

Озерная земля пруссов

1230–1945 гг.

I

Калининград – самый западный город Российской Федерации. Будучи столицей окружающей его области, он был назван в советские времена в честь одного из многочисленных соратников Сталина – Михаила Калинина (1875–1946), бывшего председателя Верховного Совета СССР. Город расположен на реке Преголя в 30 милях от побережья Балтийского моря и бывшей советской военно-морской базы Балтийск. Центр города, который раскинулся на нескольких островах, был сильно разрушен во время Второй мировой войны, и