Исчезнувшие царства. История полузабытой Европы - Норман Дэвис

и Плоцк. Замок в Добжине принадлежал одноименному рыцарскому ордену. После того как озерная область на севере была очищена от коренных жителей, ее заселили польские колонисты из Мазовии, известные как мазуры, тем самым дав ей название Мазурия (Mazuria/ Masuren). Согласно более позднему фольклору, Помесания сохранила имя Помесо, сына легендарного короля Вудевуто.

Она занимала морской район к востоку от Вислы. Ее главный город Эльбинг (Эльблонг) заменил бывший порт пруссов в Трусо. Вармия (Эмеланд) являлась родиной балтийского племени, происходящего от легендарного вождя Вармо. Она стала резиденцией могущественной линии епископов, принцев-епископов и, в итоге, архиепископов. Первый из епископов так и не вступил в должность, но второй и третий, Ансельм фон Мейссер и Генрих Флеминг, держали престол до рубежа XIV века. Их собор был построен в Фрауенбурге (Фромборк), который в 1310 году стал первым прусским городом, включенным в число городов с принятой в Прибалтике системой Любекского права. В более позднее время Фрауенбург являлся домом каноника-астронома Николая Коперника. Самбия (Самланд) оставалась вне контроля Тевтонского ордена до 1250-х годов. Она состояла в основном из морского полуострова, разделявшего две основные прибрежные лагуны, впоследствии получившие названия Frisches Haff и Kurisches Haff. Город Кёнигсберг был окружен сельской местностью, в которой исконный древнепрусский язык сохранялся долгое время после того, как был вытеснен в других местах.

Самые восточные части Borussia были завоеваны лишь в начале 1280-х годов. Ключевой момент наступил с падением островной крепости на «лососьем озере» Элк. Немецкие поселенцы переименовали крепость в Lyck, а поляки в t^g. Но мотив лосося не был забыт. Почти 700 лет спустя, когда произошло еще одно перемещение населения, древнепрусское название Eik было восстановлено, и лосось снова появился на гербе города.

Несмотря на пренебрежение, с которым когда-то относились к наследию пруссов, сохранилось достаточно элементов их языка, чтобы современным ученым удалось его реконструировать. Он классифицируется как древнепрусский, чтобы отличать его от других германских диалектов, таких как нижнепрусский, который сложился на этой территории впоследствии. Это одна из древнейших известных форм индоевропейского языка, и она наиболее близка к современному латышскому.

С XIII века и далее при написании древнепрусский использовал латинский алфавит. Так называемая Базельская эпиграмма, которая, вероятно, была написана на полях другой рукописи неким образованным пруссом, отправленным на учебу в Прагу, гласит: «Kayle rekyse, thoneaw labonache theywelyse. Eg koyte, poyte, nykoyte, penega doyte». Это было переведено как: «Здравствуйте, господин! Вы больше не добрый дядя, если хотите выпить сами, но не даете ни копейки другим». Так называемый словарь Эльбинга, датируемый примерно 1400 годом, содержит 802 слова в их германской и древнепрусской версиях, а фрагмент XV века содержит первую строку отче наш: «Towe Nüsze kas esse andangensün swyntins». Безусловно, самые полные тексты можно найти в трех катехизисах, напечатанных в Кёнигсберге в 1545–1561 годах в надежде обратить последних выживших пруссов в протестантизм.

Таким образом, германизация завоеванной провинции представляла собой очень длительный процесс. Хотя рыцари и большинство колонистов были германоговорящими, официальным языком церкви и администрации являлась латынь. Более того, как только древнепрусское население приняло крещение, кампания по искоренению их культуры пошла на убыль. Многие древнепрусские топонимы и названия рек (Tawe, Tawelle, Tawelninken) и даже личные имена сохранились, как и небольшие сельские общины носителей языка. После того как все сложилось, Ordensstaat исчез раньше, чем древнепрусский язык.

Едва Ordensstaat был создан, он вступил в открытый конфликт с соседними польскими герцогствами. Рыцари никогда не проявляли особого уважения к своим соседям, и большую часть XIII века, когда раздробленное Королевство Польское не могло постоять за себя, они, вероятно, воображали, что смогут использовать свое военное преимущество без сопротивления. Однако в долгосрочной перспективе пробуждали сильного противника, который в итоге их низверг. Поляки всегда чувствовали себя обманутыми тем, как их тевтонские «гости» «злоупотребили их гостеприимством», но, пока орден ограничивался борьбой с язычниками, они не слишком беспокоились. Однако угроза, которую представлял орден в долине нижнего течения Вислы, контролирующей выход Польши к морю, нельзя было игнорировать. Польско-тевтонское соперничество за эту важную территорию продлилось почти 200 лет.

С тех пор, как в начале первого тысячелетия нашей эры готы отошли от нижней Вислы, эта территория систематически заселялась славянскими племенами. Вместе с портом Гданьск эта территория на протяжении столетий входила в состав Польского королевства и служила горлом, через которое проходили контакты Польши с морем. Теперь она подвергалась двойному давлению: со стороны ползучего роста Бранденбурга вдоль побережья на западе и со стороны Тевтонского государства на востоке.

Следует подчеркнуть, что Бранденбург ранее не имел связи с Пруссией. Основанный на бесплодном и бесперспективном участке территории за рекой Одер, в Nordmark – «Северном марше» империи, он изначально был заселен славянами, которые называли его Бреннибор. Он еще не являлся палатинатом империи, и ему еще предстояло попасть под власть семьи Гогенцоллернов. Им правил дом Асканиев, наследников Альберта Медведя (ок. 1100–1170), первого маркграфа Бранденбурга и основателя Берлина. Спустя столетие после смерти маркграфа Альберта бранденбургцы пересекли Одер и укрепились на его восточном берегу в своем так называемом Neumark – «Новом марше». От ближайших владений Тевтонского ордена их отделяли 200 с лишним миль Польши и контролируемой поляками Померании.

Поляки были либо слишком разобщены, либо слишком медлительны, чтобы предотвратить опасность. Их столица лежала далеко за горизонтом, в Кракове, и их правители перестали обращать внимание на свои интересы на севере. В десятилетие, начавшееся в 1300 году, польский трон временно перешел к чешской династии Пржемысловичей, которая также правила Венгрией и которую не волновали дела Балтии. Ключевой момент наступил в 1308–1309 годах, когда группа магнатов из Восточной Померании, видя пренебрежение со стороны своих номинальных польских сюзеренов, перешла под контроль бранденбуржцев. Затем, повторив фатальную ошибку герцога Мазовии Конрада, сделанную восемьдесят лет назад, пропольская партия в Померании призвала тевтонских рыцарей помочь им удержать Гданьск. Рыцари пришли, но оставили Гданьск себе. Согласно одному докладу, чтобы облегчить приход покорных немецких колонистов, они вырезали все население города. За короткое время они аннексировали всю нижнюю Вислу, и польскому двору пришлось обращаться в папский трибунал. Но тщетно. Рыцари перешли от борьбы с язычниками к борьбе с собратьями-католиками.

В XIV веке территориальные владения Ordensstaat достигли своего максимального размера. Курляндия и Ливония были объединены, последние местные восстания подавлены, сельская экономика расцветала, и несколько городов – Данциг (Гданьск), Мариенбург, Эльбинг и Кёнигсберг – присоединились к международной торговой сети Ганзейского союза. Были построены прекрасные церкви, такие как Мариенкирхе в Данциге или собор во Фрауенбурге. В сельской местности появились монастыри, церковные