Правда и ложь об Иоанне Грозном - Валерий Александрович Мазуров

текста у читателя, верящего Карамзину, будет об Иоанне Васильевиче и его войске одно мнение: изверги, да и только. Карамзин не сообщает, что этот текст он взял у Курбского, использовавшего сочинения Таубе с Крузе, которые не были в Новгороде. Обратим внимание, что лед на реке Волхов становится прочным уже в конце первой декады декабря, а ледоход начинается в конце марта. Зимы в шестидесятые годы были суровыми, о чем свидетельствует голод на Руси в 1569–1571 гг. из-за ранних морозов и поздних заморозков. Да и поляки свою неудачу под Псковом объясняют сильными морозами. В январе — феврале на реках Северо-Запада Руси ездили на дровнях, а не на лодках. Курбский во время новгородских событий жил в Польше и мог пользоваться только слухами, но пишет так, как будто находился рядом с царем и записывал его слова. Вызывает сомнение, что слова «плавали на лодках» — зимой по Волхову — принадлежат Курбскому: он не мог не знать русскую зиму. Кстати, Генрих Штаден, участник новгородских событий, информации которого доверяет Карамзин, пишет, что царь располагался в окрестных монастырях, а из Новгорода получал ежедневные доклады.

По Карамзину, использовавшему данные Курбского и Таубе с Крузе, бывших в то время под Ревелем в Ливонии, в Новгороде были убиты около 15 тыс. человек. К. Валишевский приводит цифру в 70 тыс., Горсей — 700 тыс., Гваньини — 2750. В Псковском летописце, написанном противниками Иоанна Васильевича через 30 лет после его смерти, сообщается о 60 тыс. «мужей и жен и детей», которых царь «в великую реку Волхов вмета, яко и река запрудилася». Причем само описание новгородских событий настолько близко к сочиненному Курбским, что возникает впечатление об использовании его текста авторами или переписчиками летописца.

Новгородские летописи сообщают о погромах, устроенных опричниками в домах участников заговора, и уводе их из Новгорода. Также говорится о том, что из их домов были вывезены все ценные вещи, а остальные выбрасывались в Волхов. То есть выбрасывались в реку вещи, а не люди. Новгородцы, имевшие оружие в каждом доме, не оказали поддержки своим боярам — более того, под видом опричников и сами грабили своих зажиточных сограждан. После ухода царя в центре Новгорода, около дома архиепископа, был построен дом для Иоанна Васильевича, в котором он останавливался уже летом 1571 г. и в последующие годы. Отсюда царь руководил своими войсками в Ливонии и в войне со шведами.

Советский и российский историк Р. Г. Скрынников, на основании длительного исследования в разных монастырях списков с синодика, разосланного царем по монастырям для поминовения своих жертв, смог его восстановить. В отношении Новгородского похода он пришел к цифре числа погибших — 1503 человека. Причем в это число входят не только новгородские сторонники перехода в Литовское Великое княжество и унии с католической церковью, но и их сторонники в Москве, Твери, Клину и Торжке.

Сопоставим с численностью населения Новгорода в те годы цифры потерь новгородских, указанные недругами царя. Согласно переписи, проведенной четырьмя годами ранее, в Новгороде проживали около 26 тыс. человек. Встречаются также сообщения о численности населения Новгорода и 29 тыс. О численности населения Новгорода имел представление и итальянец Александр Гваньини (1538–1614), участвовавший в войнах Литвы и Польши с Россией и более 10 лет бывший комендантом Витебска, поэтому он и указывает потери новгородцев, более близкие к истинным. Но в своих «Записках о Московии», изданных в Кракове в 1578 г., А. Гваньини, при описании правления Грозного, повторяет пропагандистские вымыслы Шлихтинга об изуверских формах казни, применявшихся в те времена в Европе и никогда не использовавшихся на Руси.

В Новгород через три месяца после ухода войск Иоанна Васильевича пришла чума: согласно летописям, от нее вымерла треть населения. В конце лета — начале осени тела всех умерших перезахоронили в общей могиле, и над ними были отслужены панихиды. В летописях приводится цифра умерших в Новгороде от чумы — около 10 тыс. человек. Таким образом, если треть составляет 10 тыс., то целое число — численность населения Новгорода — к весне 1570 г., то есть после ухода царя, составляла около 30 тыс. человек. А это означает, что существенных изменений в численности населения Новгорода в результате антисепаратистской операции царя не произошло. И, следовательно, цифры потерь Новгорода, приводимые в зарубежных материалах и у Карамзина, являются вымыслом.

Рассмотрим причины похода Иоанна Васильевича в Новгород. Царь получил информацию о планах новгородской старшины и части церковных властей перейти в состав Великого княжества Литовского и присоединиться к унии с католической церковью. Убедившись в достоверности сведений, он с небольшим войском пошел в Новгород с целью не допустить выполнения таких замыслов.

Достоверно восстановить события, происходившие в Новгороде в то время, невозможно. В начале XIX в. в архиве Министерства иностранных дел еще хранилось «новгородское дело». Оно было доступно Карамзину. Впоследствии эти документы исчезли. Почему Карамзин не использовал эти материалы, неизвестно. Екатерина II, знакомая с ними, сочла действия Ивана Грозного необходимыми, хотя и излишне жестокими.

Известно, что Иван Грозный вывез из Новгорода в Москву 300 человек, подозреваемых в измене и в распространении «жидовствующей ереси». Все остальные цифры потерь новгородцев, приводимые иностранными авторами, от 2750 до 700 тыс. человек, как показано выше, являются их вымыслом. Напомним, что все население Руси того времени составляло около 7 млн. человек. Заметим, что опричники, осуществлявшие задержание лиц, подозреваемых в измене, были воинами, регулярно воевавшими с Литвой, и новгородские изменники воспринимались ими как враги. Цифры потерь новгородцев, полученные Скрынниковым, — около 1500 человек, включая и казненных, близки к истине, но возможно, что в их число вошли и опричники, погибшие при их задержании. Новгородские бояре были вооружены и имели вооруженных слуг, которые оказали вооруженное сопротивление при аресте, и часть их погибла. Обратим внимание на то, что население Новгорода, а все мужское население Новгорода было вооружено, не оказало сопротивление царю, хотя он ввел в Новгород всего лишь 500 опричников (по информации Генриха Штадена, участвовавшего в этом походе).

На Руси «жидовствующей ересью» называли течение в православии, близкое к протестантизму. Оно отрицало некоторые христианские догмы, в частности — божественность Христа, как и в иудаизме, отсюда и его название. Центр «жидовствующей ереси» находился в Новгороде и Пскове, но сторонники его проникли и в другие районы, в том числе в Москву. Поддерживающие «жидовствующую ересь» являлись сторонниками унии с католической церковью.

После расследования над обвиняемыми состоялся суд. Они были признаны виновными в измене и приговорены Боярской думой к смертной казни. Царь Иван Васильевич помиловал и освободил раскаявшихся — 184 человека. 126 человек были казнены.

Таким образом, описание Карамзиным Новгородского похода Грозного, основанного на