Хродир Две Секиры - Егор Большаков

– Это на самом деле мудро, – сказал Наний, – неизвестно, сколько времени мне придется провести в Таветике, а вернуться мне надо еще молодым, а не сорокалетним стариком.

Теперь рассмеялись Востен, Рудо, Хальнар и Хадмир.

– Сорокалетним.. стариком, – хохотал Хадмир, – ну, я тогда не старик даже, а Древний Обитатель Могил, вот…

Новый взрыв смеха сотряс возрастных участников пира.

– А что смешного? – не понял ферран.

– Кхм, – сказал Востен, первым унявший смех, – я понимаю, юноша, что для тебя сорок лет – это старческий возраст. Но факт в том, что сорок – это не то, чтобы молодость, но во всяком случае не старость. Скорее зрелость.

Наний смущенно покраснел.

– А зачем это вашему Императору? – спросил Хродир, – ваш толстопуз, в смысле уважаемый ландарикс Кес Серпул Унула, друг народа под моим рикстратом, говорил про какой-то «научный интерес», – эти слова рикс поизнес по-феррански, – это правда?

– Ну, он верно говорил, – пожал плечами юноша, – только это интерес самого Императора. Он большой любитель всего нового, его любознательность и ум делают ему честь даже среди мудрецов…

– А у вас что, нет нормальных знаний о Таветенланде? – спросил вдруг Хадмир, – зачем новых путешественников посылать, да еще и рисковать столь юными… э… квесторами?

Наний улыбнулся:

– Кто-нибудь из вас знает о мудреце по имени Йеродул? – спросил он.

Востен и Ремул покивали – мол, мы знаем.

Молодой квестор удивленно глянул на Востена. Относительно знаний явного феррана, хоть и одетого и бородатого по-таветски – то есть Ремула, у Нания сомнений не было, а вот старик-тавет с необычным цветом глаз – кто это вообще?

Видимо, этот вопрос слишком явно читался на лице Нания, поэтому Хродир, перехватив его взгляд, сказал:

– Вот что, Наний, – Хродир наклонил голову и рыгнул, – тебе с нами, видимо, довольно долго жить придется, Таветенланд-то немаленький. Поэтому давай-ка я тебя со всеми тут познакомлю, чтоб ты понимал, как и к кому обращаться.

Хродир встал.

– Это Ремул, – сказал рикс, указывая на названного брата, – Квент Ремул Ареог, мой названный брат и муж моей сестры, ландарикс Марегенбурга, великий хейрцог, то есть по-феррански dux legionis, полководец.

Челюсть Нания поползла вниз – он, несомненно, слышал о патриции-перебежчике, но представлял таветский статус Ремула, видимо, по-иному.

– Это моя сестра, Хелена дочь Хельвика, она же Хелена Ремия Ареог, – рикс указал на Хелену, – как ты, вероятно, понял по ее ферранскому имени, жена Ремула. Это – Хадмир, главный мистур всех народов под моим риксратом, то есть по-вашему, видимо, проконсул, и его жена – Хагильда дочь Унрота. Это Рудо Бычья Шея, главный мистур, то есть народный трибун, народа сарпесков, и его сын – Гуннар, тоже трибун. Это Хальнар сын Лаго, главный мистур народа рафаров. Это – Востен, великий мудрец и путешественник, многомудрый, могучий жрец и крофтман, по-вашему – не знаю, но предполагаю, что пропонтифик. Это – Ильстан, мой младший кровный брат. Это – Гронтар, хундрарикс, то есть центурион, из дружины сарпесков, мой доверенный офицер. Это – Уртан, хундрарикс из дружины вопернов, мой доверенный офицер, и его заместитель – хундрарикс Скатир.

Хродир сел на место.

– Да, – сказал Востен, – мы знаем, кто такой Йеродул. И знаем, что он писал о наших землях – практически ничего. Мол, лес до самой тундры, ограниченный с запада Аре, с востока Тараром, и разделенный пополам с севера на юг рекой Ундир. А что там за лесом – мол, неведомо: не то океан, не то Вечная Ледяная Пропасть.

– И по стрррашому лесу бродят стрррашные таветы, – подхватил Хродир, – в звериных шкурах и шлемах из зубриных черепов. Ремул мне речи вашего Йеродула пересказывал.

– Ну, во времена Йеродула так примерно и было, – смущенно сказал Наний, – он же лет триста назад писал…

– Триста семьдесят, – уточнил Востен, – и сам он, естественно, в Таветике никогда не был.

– В принципе, понятно, – поморщился Хродир, – жажда ненужных знаний вашего Императора забросила тебя, юного квестора, на край мира.

Присутствующие хохотнули.

– Ты мне вот что поясни, квестор, – сказал Ремул, – я сам бывший гвардейский центурион, и я слышал, что такое Коллегия Путешественников. Но у меня есть один вопрос.

– Какой же? – поднял брови Наний.

– Почему член Особой когорты Претория носит гражданское, а не военное звание? – Ремул распрямил спину, – или ты еще и преторианец, и не просто квестор, а квестор Претория?

Наний снова смущенно опустил взгляд.

– Я не член Коллегии, – сказал он, – я на оплачиваемой службе Коллегии. У меня нет воинского звания. А как ты знаешь, любой гражданин на службе Претория автоматически приобретает звание квестора, но гражданского квестора, а не квестора Претория.

– Понятно, – усмехнулся Ремул, – что, неужели никого, кроме тебя, не нашли для такого путешествия? Мы же стрррашные таветы, варвары-дикари-людоеды, к нам же лучше бывалого воина, а не вчерашнего схоляра посылать надо, нет? Или тебя просто не жалко – потому и послали? – Ремул широко улыбнулся.

– Я ж сказал уже, – вздохнул юноша, – отправили меня, потому что непонятно, сколько лет мне понадобится изучать Таветику. Она ж огромная, и мне предстоит пройти ее всю.

– Всю? – Хродир снова сыто отрыгнул, – тогда ты вообще будешь первым человеком после первоотца Грано, которому это удалось. Это невозможно за одну жизнь, Наний.

– А я попробую, – гордо поднял подбородок ферран.

Снова все хохотнули.

– Эх, молодость, – покачал головой Рудо, – попробует он.

– Ну, попробуй, – улыбнулся Хродир, – я так понимаю, ты же по Таво мой гость, да? То есть я за твою безопасность отвечаю, а ты в некоторм роде под моим риксратом на время, пока гостишь у нас?

Наний согласно кивнул.

– Тогда я тебе… не то, чтобы указываю, но на правах твоего временного рикса советую, – произнес Хродир, – не покидать пока тех земель, что под моим риксратом. Если захочешь покинуть мои земли – сходи к тарутенам, это наши друзья, но больше ни к кому не суйся – там я тебя вряд ли выручу. Лучше всего тебе до следующего лета вообще не покидать моего дома, а еще лучше – мою свиту, за исключением тех случаев, когда я