Микеланджело. Беспокойная жизнь - Антонио Форчеллино

чтобы не нарушить равновесие мрамора, и еще больше углубился в заднюю часть мраморной глыбы в поисках новой фигуры. Малое количество пространства заставило его сделать Христа тоньше, пока тот не превратился в подобие страждущей души. Необходимость повторной обработки привела на сей раз к шедевру, последнему в его жизни: тело Христа, освободившись от всех ненужных деталей, превращается наконец в чистое чувство, заставляющее отступить даже анатомию.

В октябре этого же, 1563 года, Микеланджело появился однажды утром, верхом на вороном коне, перед церковью Санта-Мария сопра Минерва в сопровождении двух ассистентов, не оставлявших его никогда, — Антонио дель Франчезе и Пьер Луиджи да Гаэты. Старость утомляла его[202], но разум оставался еще ясен, хотя это и была та меланхолическая ясность, заставляющая стариков, стоящих на пороге смерти, вспоминать самую отдаленную часть своей жизни. Микеланджело еще помнил страшные дни заговора Пацци, преступления и насилие, которые запечатлелись в памяти трехлетнего ребенка. Флоренция, которую он собирался унести с собой в последний путь, была еще трагической и великой Флоренцией времен политической борьбы за власть, Флоренцией сверкающего золота и поджидающей в засаде крови.

Спустя несколько месяцев после того октября, в холодный и дождливый февральский день, он ушел из Рима, которому он служил полвека и который сделал еще более великим, хотя так по-настоящему и не полюбил. Это был старик, ковылявший в одиночестве под ледяным дождем, в изношенной одежде, старательно сохраняемой им в шкафу. Сложно представить себе что-либо более далекое от тех властей, которым он послужил своей скульптурой и своей живописью. Четырьмя днями позже, ободренный чтением Евангелия и рассказом о Страстях Христовых, которые ему читал самый любящий из его учеников, он умер в высшей степени скромном доме в квартале Мачелло деи Корви. Настроение его последних дней лучше всего передается инвентарем его имущества, составленным 19 февраля 1564 года нотариусом Роберто Убальдини: одежды немного, она «изношенная», «железная кровать с тремя тюфяками, двумя одеялами из белой шерсти и одним из белых кож ягненка», белье, присланное племянниками из Флоренции, сохранившееся как новое, никакой ценной мебели, ни картин, ни ценных предметов, зато множество погнутой медной посуды, выщербленной керамики, связанных узлом платков и изношенных мешочков. Все они были полны маленьких кладов, золотых монет, собранных и спрятанных в этом доме. Гардероб даже отдаленно не напоминал то, как одевались люди, находившиеся в положении Микеланджело. Нотариус обошел весь дом, погруженный в окончательную тишину смерти, в поисках ценных предметов домашнего обихода, зеркал, столового серебра, позолоты, камчатых тканей и восточных шелков. Но не нашел ничего из вышеперечисленного, ничего такого, что нашлось бы в любом доме состоятельного римлянина. Обнаруженные предметы, казалось, напоминали то, что восемьдесят лет назад оставил его отец в своем обнищалом жилище. Собранные богатства касались других, но не его самого.

Даже искусства он себя лишил. В доме нашлось лишь несколько рисунков и три мраморных эскиза, в том числе «Пьета Ронданини», над которой он продолжал работать резцом, несмотря на жар. За несколько дней до этого он сжег все свои рисунки, кроме двух или трех простых эскизов и одного сложного, который он заканчивал для кардинала Джованни Мороне, единственного оставшегося у него друга из группы «спиритуалов», единственного, до которого дотянулся Павел IV, заточив его в замок Сант-Анджело.

Эскизы и рисунки, избежавшие огня, конфисковали. Имущество Микеланджело и его произведения вызывали всеобщий интерес, как нам показывает сама эта конфискация. Его тело было отнесено в соседнюю церковь Санти-Апостоли, а затем тайно переправлено во Флоренцию. Прибытие останков художника в город, остававшееся тайной в течение всего нескольких часов, вызвало всеобщее волнение как среди художников, так и среди обычных горожан. Игнорируя церемониальные правила, плачущая толпа народа, с факелами в руках, чтобы светить ночью, повела процессию, чтобы поклониться телу гения, завернутому в простые покрывала. А после этой ночи все, что оставалось от Микеланджело, — тело, память и искусство — стало принадлежать власти, как принадлежала власти его собственная несчастная жизнь.

Иллюстрации

Илл. 1. Святое семейство (Тондо Дони). Уффици. Флоренция

Илл. 2. Сикстинская капелла, общий вид (до реставрации). Ватикан

Илл. 3. Сикстинская капелла, свод (до реставрации). Ватикан

Илл. 4. Первородный грех. Сикстинская капелла (после реставрации). Ватикан

Илл. 5. Сотворение Адама (деталь). Сикстинская капелла (до реставрации). Ватикан

Илл. 6. Страшный Суд. Сикстинская капелла (до реставрации). Ватикан

Илл. 7. Обращение святого Павла. Капелла Паолина (до реставрации). Ватикан

Илл. 8. Распятие святого Петра. Капелла Паолина (до реставрации). Ватикан

Илл. 9. Пьета. Собор Св. Петра. Ватикан

Илл. 10. Давид. Академия. Флоренция

Илл. 11. Давид (деталь)

Илл. 12. Умирающий раб. Лувр. Париж

Илл. 13. Восставший раб. Лувр. Париж

Илл. 14. Гробница Лоренцо Медичи. Церковь Сан-Лоренцо. Флоренция

Илл. 15. Гробница Джулиано Медичи. Церковь Сан-Лоренцо. Флоренция

Илл. 16. Гробница папы Юлия II. Церковь Сан-Пьетро ин Винколи. Рим

Илл. 17. Моисей. Гробница папы Юлия II. Церковь Сан-Пьетро ин Винколи. Рим

Илл. 18. Пьета Бандини. Музей Опера-дель-Дуомо. Флоренция

Илл. 19. Собор св. Петра. Фото: Валерий Торопов

Указатель имен

Адриан VI (Адриан Флоренс из Утрехта), папа римский 82, 151, 159, 160, 161

Александр VI (Родриго Борджа), папа римский 55, 63, 82

Альберти Леон Баттиста 29

Альбертини Франческо 114

Альдрованди Франческо 48, 49

Амманати Бартоломео 279

Антонио дель Франчезе 9, 296

Арка Никколо дель 48

Бальдуччи, семейство 56, 86

Бальони Малатеста 174

Бандинелли Баччо (наст. имя Бартоломео Брандини) 218

Бандини Франческо 14, 263, 267,