Служанка ректора Академии военных драконов 2 - Юлия Удалова

class="p1">Однако вскоре произошел неучтенный момент — Халид начал испытывать чувства к Ангелике. В конце концов, рассказал ей о том, что состоит в организации и понадеялся, что она примкнет к делу всей его жизни.

Девушке это не особо понравилось, он видел, что она сомневается и может проговориться, поэтому избавился от нее, подстроив так, чтобы все указывало на меня.

Как говорится, чувства чувствами — а вера одна.

К Тессе, и соответственно, ко мне, которая оказалась в ее теле, у Халида отношение было особенное — его раздражали все эти слухи по поводу того, что отцом Тесс является химера. Врач признался — именно он украл дневник, когда я в забытье валялась на плацу — на всякий случай, под видом того, чтобы потрогать пульс.

Лика, узнав об этом, пришла в восторг и придумала публиковать по страничке в «Знамени АВД». Позже, приняв решение избавиться от возлюбленной, которая, как он считал, его предала, Халид с его помощью решил выманить в молельную Дракодевы меня.

Он был уверен — презираемую всеми низкокровную признают виновной в убийстве высококровной дракайны и казнят.

Но все вышло по-другому.

Халид не подозревал об особенном уже на тот момент отношении Лейтона ко мне, и не подозревал, что тот вмешается и тем самым перевернет все с ног на голову.

Сговорившись с Терентом, чтоб открыл клетку, попытался избавиться от меня в питомнике, но все снова вышло по-другому. От Терента Халиду пришлось избавиться, так как тот слишком много знал и стал намекать на вознаграждение за молчание.

В его планах было сбежать из Академии, так как он чувствовал, что кольцо вокруг него стало сужаться, а Лейтон что-то подозревает.

Он уже подготавливал себе пути отхода, дабы скрыться так, чтобы не вызвать подозрений, чтобы его не искали.

Но бежать пришлось незапланированно, в спешке.

И эта попытка побега успехом не увенчалась.

Сейчас Халид ждал суда в Закатной Скале — самой охраняемой тюрьме Драковии, в компании еще нескольких Жнецов раскола, своих товарищей по вере, на которых удалось выйти благодаря его показаниям.

Родители Ангелики Гроув требовали для него самой унизительной по меркам драконов смертной казни — когда дракона отдавали на растерзание химерам.

Правда, Лейтон сказал, что для Жнеца раскола такая смерть, наоборот, будет почетной, и ходатайствовал о сожжении заживо.

Блестящее раскрытие убийства Ангелики Гроув, задержание убийцы и еще пяти Жнецов раскола бонусом, еще больше повысило статус Лейтона в глазах высококровных.

Все ждали, что на своем Дне драконьего рождения император наградит майора за верное служение империи, что, очевидно, необыкновенно взбесило Рада, который мечтал, наоборот, ввергнуть его в опалу за разрыв помолвки.

Лейтон сказал — именно это император и собирается сделать.

Одной рукой наградить…

А другой — отнять.

И нужно было быть очень умным, хитрым, сильным и, в общем-то, крутым драконом, чтобы ему противостоять.

Лейтон обладал всеми этими качествами в полной мере, но на душе было тревожно.

Именно так, с неспокойным сердцем, в сопровождении Лейтона я отправилась на пир, посвященный Дню первого оборота Радиона.

Хотя, официально это я его сопровождала.

Я намеренно не стала наряжаться, надевать платье, украшения, делать прическу.

Пошла в привычной серой форме АВД, даже туфли на каблуке не надела, желая подчеркнуть свой нынешний статус.

Радион же вызывал кадетку, вот кадетка и явилась.

Сам Уинфорд так же оделся не в парадную, а в свою обычную повседневную форму.

Лейтон предупредил, чтобы я была готова к чему-то из ряда вон выходящему, но к тому, что увидела, когда мы прибыли в императорский Четырехгранник, жизнь меня явно не готовила…

Глава 76

Празднество происходило на одной из открытых площадок рубиновой пирамиды.

У меня просто глаза на лоб полезли, когда увидела, что площадка эта была оформлена в виде гигантского многоярусного торта «Красный бархат». Не знаю, какие материалы использовались в декорировании, но это безумие действительно смотрелось, как самый настоящий торт.

Словно из сказки Джанни Родари «Торт в небе»…

Я просто не могла поверить, что вижу это наяву!

Основание площадки представляло собой огромный бассейн, заполненный жидким шоколадом с огромным фонтаном и несколькими фонтанчиками поменьше.

Каждый ярус этого чуда был тщательно продуман — на каждом ярусе были свои сладкие чудеса, вписанные в декор. А белоснежные столики на самом верхнем ярусе, напоминали пышные облака крема, украшенные съедобными жемчужинами и засахаренными цветами.

Воздух был наполнен ароматами шоколада, ванили, корицы и экзотических фруктов.

— Знаешь, во сколько миллионов империалов обошлась вся эта безвкусица казне? — поинтересовался Лейтон.

Он смотрел на торт с легкой усмешкой.

— Даже представить страшно, — покачала головой я.

Мы взлетели на самый верхний ярус торта, и только сейчас я заметила установленные здесь торты поменьше — настоящие, съедобные торты из крема и фруктов.

В центре каждого извивалась танцовщица или танцовщик, а кое-где их было двое или даже трое.

Совершенно обнаженные, они размазывали по себе сладкий крем, бисквит и фруктовый сок, терлись друг о друга, имитировали откровенные движения, в природе которых сомневаться не приходилось.

Фоном ко всему этому варварскому безумию выступала торжественная песнь, славящая рубиновую кровь и превозносящая ее над всеми остальными кровями.

Я уловила строчку «Самая краса и основа бытия, рубиновая кровь — царица небес, в которой красота заката, мощь ветров, мудрость веков», и поняла, что дальше слушать — дело гиблое. Настолько цветистые пафосные эпитеты и восхваления мозг воспринимать отказывался.

Ну а вишенкой на этом торте выступала искусно сделанная из красного шоколада статуя Радиона в его драконьем обличье, выполненная в натуральную величину.

Сам виновник торжества восседал неподалеку от статуи — на этот раз Радион ограничился простым и скромным золотым троном с вделанными в набалдашники огромными рубинами.

Одет император был довольно-таки демократично и свободно — в бело-пурпурную тогу, ниспадающую живописными складками.

Главный атрибут власти — рубиновая корона императора сверкала на его блестящих красных кудрях.

Остальные гости были тоже одеты в тоги различных цветов, простота которых компенсировалась надетыми на них драгоценностями. Лишь только бедные танцующие в тортах «светлячки», вынужденные развлекать императора и других высококровных, не имели права скрыть свою наготу.

Неподалеку от трона установили особенный стол, за которым восседали верные советники императора — Фантом, Шторм, Луна и Север. Разумеется, каждый в одеянии соответствующего цвета — фиолетовый, темно-синий, серебристый, белый.

И вся эта помпезная варварская тусовка, разумеется, была бы неполной без всей честной братии из АВД, начиная от Кристы Вадэмон и заканчивая Ченингом Паджетом.

Честно говоря, эти куски ткани смотрелись на них довольно забавно,