Приключения в Империи - Ольга Корлан

Странное беспокойство.

Не физическое, не то, которое возникает, когда болит рана или когда мышцы ноют от перенапряжения. Другое. Глубинное. Оно поднималось изнутри, откуда-то из самой сердцевины, и расползалось по телу, как холодная вода по песку.

Ами открыла глаза. Посмотрела на пульт.

Сканеры показывали чистый сектор. Ни кораблей, ни аномалий, ни даже обломков. Спокойно. Пусто. Безопасно.

«Слишком легко, — подумала она. — Слишком быстро мы нашли базу. Слишком просто оттуда ушли».

Она вспомнила, как они шли по тоннелям — и не встретили ни одного патруля до самого выхода. Как нашли лабораторию — будто её специально оставили открытой. Как скачали данные — без помех, без блокировки, без погони.

Словно их ждали.

Словно им позволили взять то, за чем они пришли.

«Не нравится мне это», — подумала Ами. — «Слишком хорошо, чтобы быть правдой».

Она потянулась к пульту, чтобы проверить сканеры ещё раз, но в этот момент «Цветок Лотоса» вздрогнул — мягко, предупреждающе. Система оповещения замигала жёлтым светом.

— Выход из подпространства через три минуты, — сообщил автоматический голос. — Приготовьтесь к манёвру.

Ами выпрямилась в кресле, взялась за штурвал. Сердце забилось быстрее — не от страха, от предчувствия. Оно не обманывало её никогда.

Три минуты. Сто восемьдесят секунд. Она смотрела на таймер, и каждый миг тянулся бесконечно.

Сто пятьдесят.

Сто двадцать.

Девяносто.

«Всё будет хорошо, — сказала она себе. — Ты просто устала. Просто перенервничала. Никто тебя не ждёт. Никто не знает, что ты здесь».

Шестьдесят.

Тридцать.

Десять.

Пять.

— Выход, — сказал голос.

«Цветок Лотоса» вынырнул из серой мглы, и реальность обрушилась на Ами всей своей тяжестью.

Звёзды за бортом зажглись — яркие, холодные, красивые. Ами успела подумать, что они похожи на те, что были над Эллери в день её выпуска. Такие же живые. Такие же манящие.

А потом заорали сканеры.

Красный свет залил рубку. Сигнал тревоги — резкий, прерывистый — врезался в уши, заставляя сжать зубы. Ами перевела взгляд на экран.

Точки.

Много точек.

Она попыталась сосчитать их, но сбилась на восьмой. Десять? Двенадцать? Они заполняли экран, как стая хищных рыб, окруживших добычу.

Корабли салергинов.

Они не патрулировали. Они не летели по своим делам. Они стояли на месте — неподвижно, ровным строем, перекрывая все пути к отступлению.

Они ждали.

Ами вцепилась в штурвал. Пальцы побелели, свело судорогой.

«Засада».

Она не успела испугаться. Не успела ужаснуться. Время сжалось, превратилось в точку, и в этой точке было только одно — действие.

— Уходим в подпространство! — она ударила по панели, активируя двигатели.

Система ответила красным миганием. Блокировка. Кто-то — или что-то — создавал поле, которое не позволяло кораблю нырнуть обратно в серую мглу.

— Чёрт! — прошипела Ами.

Она переключилась на связь. Набрала код Эльвана — тот самый, который они настроили перед расставанием. Тишина. Помехи. Только шипение и треск, в котором невозможно было разобрать ни слова.

— Лив! — крикнула она. — Лив, ты меня слышишь?

Ничего.

Она попробовала другой канал. Третий. Четвёртый.

Бесполезно.

«Они глушат связь. Глушат подпространство. Глушат всё».

Ами подняла глаза на экран.

Корабли салергинов начали движение. Медленно. Плавно. Как хищники, которые не торопятся, потому что знают — добыча никуда не денется.

— Ну уж нет, — сказала она, сжимая штурвал. — Так просто я не сдамся.

«Цветок Лотоса» рванул вперёд.

Она уходила вниз, под строй кораблей, надеясь проскочить между ними. Первый снаряд прошёл мимо — взорвался где-то позади, осветив корму оранжевой вспышкой. Второй — задел крыло, «Цветок» тряхнуло, замигала красная лампочка на панели.

— Держись, — прошептала Ами, хотя держаться было некому.

Она влетела в узкий коридор между двумя кораблями салергинов. Те попытались сомкнуться, но она проскочила — в последний момент, когда, казалось, уже всё потеряно.

— Есть! — выдохнула она.

Но радость была недолгой.

Впереди показались новые корабли. И сзади — тоже. Они окружили её плотным кольцом, и в этом кольце не было ни одного просвета.

Ами смотрела на экран, и холод полз по позвоночнику, сжимал сердце, перехватывал дыхание.

«Их слишком много, — поняла она. — Я не выдержу».

Но она не собиралась сдаваться.

Она взяла штурвал крепче. Выдохнула. И пошла вперёд — прямо на врага, туда, где звёзды горели ярче всего, и где, возможно, её ждала смерть.

Или спасение.

Она не знала. Но знала одно — она будет биться до конца.

Потому что она — Воин.

Потому что она — Аммелина Корлан.

Потому что за её спиной был Эллери. И Эльван.

И она должна была вернуться.

Глава 50.6

Бой начался и не кончался.

Ами потеряла счёт времени. Секунды растягивались в часы, часы сжимались в удары сердца, а удары сердца — в выстрелы, в манёвры, в звон падающих щитов и шипение перегруженных систем. Рубашка прилипла к спине — мокрая, холодная, не то от пота, не то от страха, который она запрещала себе чувствовать. Губы пересохли, во рту появился привкус металла. Кровь? Или просто усталость? Она не знала.

«Цветок Лотоса» танцевал в чёрной пустоте, как безумный, как одержимый, как тот, кто знает, что от этого танца зависит жизнь. Каждый манёвр отдавался в теле — резкий рывок влево, уход вниз, переворот через крыло. Ами чувствовала корабль каждой клеткой, как продолжение себя, как часть своего тела, которое болит и истекает кровью, но продолжает сражаться.

Она сбила первый корабль на третьей минуте.

Снаряд попал в двигатель салергинского истребителя, и тот взорвался огненным цветком — красиво, страшно, неестественно для этого холодного, безмолвного места. Алая вспышка на мгновение осветила рубку, отразилась в экранах, в стекле шлема, в её расширенных зрачках. Ами не смотрела на взрыв. Она уже уходила вниз, пропуская над собой очередь, которая прошила бы рубку, если бы она замешкалась на секунду. Снаряды пронеслись в сантиметре от корпуса, оставив на броне чёрные полосы — шрамы, которые будут напоминать об этом дне, если она выживет.

Второй корабль она подбила, когда тот заходил слева. Удачный выстрел — в крыло, в сочленение, туда, где броня тоньше, туда, где даже их живые, дышащие корабли не могли защитить себя. Корабль закружился на месте, теряя управление, его корпус разваливался на части, как старый, прогнивший фрукт. Он врезался в своего же товарища, и два взрыва слились в один — оглушительный, ослепительный. Ами стиснула зубы и не позволила себе порадоваться. Радость убивает быстрее, чем пуля. Она расслабляет. Она заставляет думать, что победа уже близка. А победа была ещё очень далеко.

Третий ушёл в сторону. Повреждённый,