Мастер на все руки - Онор Рэй

Горацио в итоге покинул ресторан Барлоу. Теперь он работал в элитной кондитерской, где изготавливали праздничные торты для знати. И хотя от его мрачной физиономии вполне могло скиснуть молоко, его изящные цветочные украшения пользовались большим спросом.

Артуру это казалось довольно забавным.

Горацио окинул взглядом его наряд. А затем выдал драматический вздох.

– Редкий променад сегодня?

– Кензи вломилась к нам специально, чтобы об этом сообщить, – подтвердил Артур, кивнув на окно. – Надо не забывать его запирать.

– А ей пора бы уже научиться понимать, когда ее не ждут, – пробормотал Горацио.

Артур пожал плечами. Кензи казалась ему одинокой. Он никогда не видел ее в компании других драконьих наездников и подозревал, что редкий для необычного дракона талант Мартин вызывает у остальных зависть. Или же Кензи бездумно вламывается в чужие квартиры, чем изрядно надоела их хозяевам.

Горацио прошел в свою «комнату», которая, как и у Артура, представляла собой занавешенный простынями угол.

– Это яйцо – та еще заноза в заднице, – добавил Горацио. – Фиолетовые с голубыми весь день доставляют знатных детишек.

– Говорят, вылупится мерцающий дракон высокого класса, – согласился Артур.

Редкие драконы сами по себе привлекали внимание амбициозной знати, но мерцание лишь усиливало их притягательность и загадочность.

Артур помолчал.

– Ты собираешься участвовать в отборе?

Говоря это, он как бы между строк интересовался: собираешься ли ты оставить карту «Вторые порции»?

Горацио ответил не сразу. Он откинул простыни и вышел уже прилично одетым в чистые брюки и новую кремовую рубашку. Подойдя к столу, он взял шнурок и стянул темные длинные волосы на затылке.

– Пока не знаю, – проворчал он. – Хочу сначала взглянуть на это яйцо.

Артур удивился. Горацио твердил только о партнерстве с Сэмсом и ни с кем иным. С другой стороны, в умелых руках карта «Вторые порции» способна на многое. Не исключено, что у Горацио есть и свои тайные планы.

Как только драконица вверила кладку работникам улья, редкое яйцо перенесли в отдельное помещение. И начался настоящий цирк.

После входа в улей Артуру с Горацио пришлось как минимум трижды предъявить рекрутские жетоны на пропускных пунктах.

На их глазах вышвырнули целое знатное семейство. Первый пропускной пункт тем удалось преодолеть, не то запугав, не то подкупив стражников, но дальше их не пустили.

Увидеть редкое яйцо разрешалось только тем, кто отвечал условиям отбора и получил разрешение от серебристых драконов.

Зал был украшен знаменами в цветах улья – серебристом, песочном и белом. Горело столько факелов и свечей, что было светло, как днем. Работники улья с ветряными и очистительными картами незаметно отгоняли дым.

Яйцо водрузили на специально изваянный каменный пьедестал в глубине зала, где на него могли поглазеть все желающие. По бокам стояли бдительные стражники в цветах улья.

Очередь вилась по периметру зала, медленно двигалась мимо яйца и возвращалась на второй круг. Еще несколько стражников следили за тем, чтобы никто не задерживался дольше положенного.

Войдя внутрь, Артур добросовестно встал в конец очереди. На променаде он бывал уже дважды. Другие редкие яйца тоже привлекали знать, но в этот раз все было совершенно иначе. Променад только начался, а очередь уже растянулась на весь зал.

По обычным меркам наряд Артура смотрелся прилично, но терялся на фоне изящного шелка и строгих костюмов остальных юношей. В свою очередь, их затмевали платья и затейливые прически знатных девушек, на которые явно ушел не один час.

Казалось, они собрались на бал во дворце, а не на скромный променад.

Артур обменялся взглядом с Горацио. Тот закатил глаза.

Ну, хорошо хоть его друг не стушевался.

«Во мне тоже течет благородная кровь», – молча напомнил себе Артур.

Эта мысль придала уверенности. Он расправил плечи и устремил взгляд вперед, будто всерьез нацелился на приз.

Несмотря на все усилия стражников, чем ближе к яйцу, тем медленнее двигалась очередь. Вскоре Артур смог рассмотреть его как следует. Понятно, почему оно вызвало такой ажиотаж.

Яйцо отличалось необычайно крупным размером и доходило Артуру до пояса. Каждый дюйм скорлупы мерцал отраженным светом факелов и свечей. Казалось, яйцо инкрустировано бриллиантами, а кое-где и другими драгоценными камнями: небесно-голубыми сапфирами, алыми рубинами и розовыми опалами.

Все это лишь иллюзия. Сама по себе скорлупа драконьего яйца мало чем отличается от куриного. Но Артур не мог отделаться от мысли, что яйцо сияет от силы еще не родившегося дракончика.

«Какая карта будет у детеныша? – думал он. – Что-нибудь связанное со стихией земли? Или искатель сокровищ?»

Как его способность поможет в борьбе с моровиками?

Оглядевшись, Артур подумал, что мало кто из разряженных аристократов мечтает сражаться плечом к плечу с драконом. Нет, для них яйцо олицетворяет власть и престиж.

С приближением к яйцу все разговоры затихали. На лицах появлялись гримасы сосредоточенности. Некоторые и вовсе выглядели так, будто страдают запором.

От птичьих драконьи яйца отличаются тем, что детеныши сами решают, когда родиться. Уже не раз они вдруг разбивали скорлупу и бросались к человеку с идеально подходящей картой.

Большинство считали нелишним сосредоточиться на собственной карте – вдруг это подтолкнет детеныша. Драконов окружало множество тайн. Не исключено, что карта растущего детеныша еще формируется. А значит, на нее можно повлиять.

Артур прекрасно понимал, что у него нет шансов. Поэтому просто осматривался, запоминая лица и фиксируя реакции претендентов.

Некоторые стояли со скучающими лицами, будто им нет дела до отбора. Девушка за ним, наоборот, была готова расплакаться из-за долгого ожидания. Горацио прожигал скорлупу взглядом.

Интересно, он ведет себя как обычно или тоже пытается достучаться до дракончика?

Очередь продвигалась, и когда они миновали пьедестал, напряженные выражения почти исчезли с лиц.

Променад будет продолжаться вечер за вечером. К счастью, Артуру необязательно появляться здесь каждый раз, как аристократам. Его ждет работа.

И это лишь первый этап. Если дракон не вылупится в течение тридцати дней, претендентам разрешат подняться на сцену, прикоснуться к яйцу и провести с ним время, чтобы заставить детеныша выбраться наружу и поприветствовать будущего напарника.

Если же детеныш вылупится сам, претендентам разрешат по очереди поприветствовать новорожденного.

За право первым прикоснуться к яйцу или поприветствовать дракончика редкого ранга велась ожесточенная борьба. В конце недели улей огласит официальный список претендентов в порядке старшинства титулов, а затем начнет проверять потенциальных наездников.

Очередность в списке менялась: одни вызывали соперников на дуэли, другие предлагали взятки за выход из соревнования.

Только чудом очередь может дойти до простолюдина вроде Артура. Обычно даже Горацио