История виноторговли в России - Александр Владимирович Ставцев

В нем поручалось «срочно принять необходимые меры по поддержанию и развитию трудовых виноградно-винодельческих хозяйств». Кроме того, был запрещен раздел «нетрудовых» виноградников (в первую очередь, крупнейших в стране – царских Уделов), поступавших в подчинение земельному наркомату. На фоне действовавшего сухого закона решено было: «Разрешить переработку винограда на виноградное вино для лечебных нужд Наркомздрава, а также на продукты, заменяющие сахар (изюм, бекмес и др.). Размер потребностей в виноградном вине определяется Наркомздравом по соглашению с Наркомземом».

Разобраться с критериями разделения виноградников на «трудовые» и «нетрудовые» властям на местах удалось далеко не сразу, и работа в национализированных винодельческих хозяйствах шла с разным успехом. В систему она начала приходить в первой половине 1920-х годов, когда было сделано исключение из антиалкогольных запретов – разрешена продажа виноградного вина. Примерно в это же время начинает вестись статистика площадей виноградников в разных регионах страны, и в 1922 году подводятся некоторые итоги потерь отрасли за время Гражданской войны. В Астраханской губернии из 1000 десятин виноградников, насчитывавшихся в 1916 году, через шесть лет осталось только 300. В Донской области виноградарство сократилось втрое – с 12 000 десятин до 4000. В Крыму из 9000 гектаров осталось 4400. Лучше других регионов Гражданскую войну перенесли Закавказье и Туркестан, потеряв до 20 % от своих значительных площадей, а самыми большими были потери Приазовья, Херсонской губернии и Бессарабии, где в общей сложности из 32 000 десятин осталось только 4000.

Чтобы восстановить виноградники, нужно наладить не только производство вина, но и его сбыт. Для этого в эпоху НЭПа последовательно создается несколько разных структур. 5 января 1922 года было образовано Правление государственного виноградарства и виноделия (Винделправление), которое подчинялось Наркомату земледелия РСФСР. Правление получило в свое распоряжение огромные ресурсы: все принадлежавшие государству винодельческие советские хозяйства с виноградниками, винодельнями, оборудованием, оросительными системами, государственные подвалы, все коньячные заводы, кредиты и денежные средства.

Задачи у новой структуры были масштабные: «восстановление разрушенных виноградников, их улучшение, расширение плантаций, производства и выдержки вина, хранение его и организация сбыта, скупка сусла и сырого вина у трудового населения, выдержка и переработка вина в государственных подвалах».

В Правление входили представители Госплана, Госбанка, комитета по земельным делам, а также представители союзных республик. Были у этого органа и региональные представительства – местные правления, которые решали задачи на местах. Решить проблемы сбыта вина Правлению самостоятельно не удалось. Чтобы организовать продажу и поступление значительных средств, необходимых виноградарским хозяйствам, пытались привлекать частные организации. Некоторые из историй такого государственно-частного партнерства могли бы стать сюжетом для произведений о Великом комбинаторе Остапе Бендере.

Плакат «Лучшие вина вам доставляет "Винсиндикат"». Нижполиграф, 1925 год

В 1922 году советским судом рассматривалось дело «Крымского Христофоровского товарищества виноделия». Эта организация обязалась: «В течение двух месяцев открыть не менее 10 магазинов, вести правильную отчетность, не реже одного раза в месяц представлять Винделправлению сведения о ходе операций и т. д., и т. д.». Расходы на открытие магазинов и оптовых складов предстояли большие, и товарищество запросило аванс, который обязалось вернуть за три недели. Как писали газеты: «По душевной простоте и доброте руководителей Винделравления, “Крымское товарищество” получило 2.000.000.000 р. на организационные расходы, не оплатило вина, отпущенного ему Винторгправлением, и не возвратило отпущенного аванса». Вернуть удалось не всю сумму. Как говорилось в решении суда: «1.124.874 руб. 05 коп. дензнаками 1922 г. так и остались числиться до сих пор за “Крымским товариществом”».

Не добившись серьезных успехов, Правление государственного виноградарства и виноделия просуществовало всего год и 27 июля 1922 года было преобразовано в «Общефедеративный виноградо-винодельческий синдикат», который самостоятельно занялся не только производством, но и оптово-розничной продажей вина.

«…Главнейшую задачу – организацию сбыта виноградных вин»

Синдикат, в духе НЭПа, был организован на правах акционерного общества, паи которого были распределены между Наркомземом РСФСР, республиками союзного значения и Крымом. Уставной капитал, на момент его образования, составил 1 миллион 425 тысяч золотых рублей. Планы у организации были грандиозные: «Специфическая особенность винодельческой отрасли сельхоз. промышленности; ее исключительно высокая товарность (в данном случае сроки хранения, пригодность к длительной транспортировке и востребованность виноградного вина покупателями. – Прим. автора) ставит пред Винсиндикатом главнейшую задачу – организацию сбыта виноградных вин».

Первым делом Винсиндикат объединяет все бывшие удельные и крупные бывшие частные хозяйства северного и восточного Черноморья, «продукция которых завоевала мировую известность»: Абрау-Дюрсо, Ливадия, Массандра, Ай-Даниль в Крыму, Темпельгоф в Ставрополье, винодельню Трубецкого в Херсонской губернии. Кроме того, Винсиндикат выкупил за наличные запасы вина из бывших удельных подвалов Грузии. Это была элита российского виноделия – самые известные и популярные марки, но кроме них в каждом южном регионе продолжали работать свои винтресты и сельхозкооперативы, производившие вино очень разного качества.

Система продаж вина Винсиндиката воспроизводила ту, которая была построена Удельным ведомством за 25 лет до этого. В отчетах синдиката говорилось: «Организацию торгового аппарата Винсиндикату пришлось строить заново, так как старый виноторговый аппарат, особенно в провинции, был совершенно разрушен. Практика показала, что наиболее устойчивыми, хотя и наиболее дорого стоящими явились свои фирменные отделения и представительства. Винсиндикатом организованы Отделения: в Москве, Самаре, Петрограде, Ярославле и Минске. Представительства – в Вятке и Владимире. Предпринят ряд попыток к установлению постоянных связей с Сибирью и другими районами».

Всего в подвалах Винсиндиката по всей стране, на момент основания, насчитывалось около 120 тысяч ведер вина (примерно 1,5 миллиона литров). План на 1924 год предусматривал увеличение оборота вчетверо – до 600 тысяч ведер. Увеличить объем планировалось за счет закупок вина у местных винтрестов и сельхозкооперативов, которые с продажами готового вина сами не справлялись, не имея ни опытных виноделов, ни нужных комплектующих – стеклянной тары, в первую очередь. Именно такой закупочной работой, объезжая небольшие винодельни в Закавказье и на Северном Кавказе, дегустируя молодые вина и отбирая их для погребов Винсиндиката, в 1923–1925 годах занимался герой пролога этой главы, выдающийся русский винодел Александр Егоров.

За время Гражданской войны страна потеряла около 75 тысяч гектаров из имевшихся 210 тысяч гектаров, сбор винограда также снизился втрое – с 900 до 300 тысяч тонн, но и этот виноград не доходил до виноделия. Общий объем вина, производимого в южных регионах, Винсиндикат в 1923 году оценивал в 5–6 миллионов ведер, из которых на продажу «вне районов виноделия» попадало меньше пятой части – 1 миллион ведер (12 миллионов литров). На 1924 год Винсиндикату был поставлен план продаж вин на 7 миллионов рублей. Вырученные средства должны были поступить, в первую очередь, на поддержание виноградников и средства их защиты от болезней. Примерно 200 тысяч ведер из всех закупленных вин планировалось оставить на длительной выдержке в бочках. Для этих целей в распоряжение Винсиндиката был передан главный московский подвал Удельного ведомства, расположенный в центре Москвы – в Трубниковском переулке.

Для повышения продаж была развернута рекламная кампания. Печатались полноцветные прейскуранты