Глазами ополченца. Фронтовой дневник. 1941-1945 - Георгий Иванович Лебедев

13 августа началось форсирование Вислы, чтобы создать плацдарм на её западном берегу. В форсировании принял участие один из корпусов нашей 2-й танковой, приданный для усиления другой армии. По шоссе Гарволин – Висла завязалось напряженное сражение. С обеих сторон в бой введено много техники, авиации, пехоты. Форсирование Вислы окончилось нашей победой. Занят плацдарм шириной по фронту 15–20 км, в глубину – до 15 км.

Сегодня я стригся у одного пана парикмахера, на стуле, во дворе. Моё внимание привлёк телёнок, бродивший по двору. У телёнка на ухе болталась какая-то бирка. В чём дело?

Оказывается, это работа фашистов. В период фашистской оккупации был заведён такой порядок. Как только отелится корова, теленку тотчас прикалывали бирку, с № и записывали в какую-то книгу. В дальнейшем оккупанты проверяли: не убит ли такой-то телёнок, значащийся за № таким-то. Если убит без разрешения – кара.

На фронте много фрицев молодого пополнения. Они рассказывают о большом внутреннем кризисе Германии. Гитлеру удалось подавить движение генералов, готовивших покушение на жизнь фюрера. По словам пленных, Гитлер вначале изгнал из армии четырёх генералов и четырёх офицеров – участников заговора, затем предал их специальному суду. По вынесении приговора через два часа повесили осужденных, а затем казнили их жён и детей…

О стремительном наступлении Красной Армии свидетельствует такой факт. Из Германии на наш фронт прибыл батальон. Расположился в селе, ещё вчера далёком от фронта, и по обыкновению немцев, солдаты завалились на ночь спать. Но в эту же первую ночь Красная Армия захватила село и в бою перебила почти весь батальон. В живых остались 19 человек, сложивших оружие.

Взаимоотношения с местным населением у нас понемногу налаживаются. Не могу сказать, чтобы встретили нас любезно. Когда, например, я искал, где мне расположить «Летучку», меня отсылали от дома к дому, доказывая, что где-то в конце Стодзева есть очень хороший удобный, «наилепший» двор. Побродив некоторое время от дома к дому, я решительно остановился в одном дворе, без занятия жилья, и сразу же установил наикорректнейшие взаимоотношения с хозяевами. Мы заняли кладовку под жильё, а спали в машинах. Как и всюду, мы охотно помогали населению медикаментами, врачебной помощью, вели пропаганду, дружеские беседы с жителями, с ребятками, иногда с трудом понимая друг друга. Результаты быстро сказались.

Утром 17 августа мы были поражены тем, что произошло ночью. В районе Стодзева Красная Армия понесла большой урон. В 12 братских могилах покоились наши герои. Ещё вчера одинокими стояли могильные курганы. За сегодняшнюю ночь все могилы приведены в образцовый порядок. Могилы и дорожки оправлены. Посыпаны свежим жёлтым песком. На мемориальные доски у могил повешены большие красные венки из пихты с астрами, георгинами, флоксами, золотистой рудбекией. Поляки своё намерение хранили от нас в тайне.

Местное польское население очень религиозно, можно даже сказать, рабски религиозно. По дорогам Польши мы видели много деревянных крестов вдоль дорог и на перекрёстках. На деревьях часто встречаются киоты с иконами, со скульптурным изображением Христа. На крестах надписи с рабской мольбой: «Иесус Кристус, смилуйся над нами». Или вот в палисаднике одного дома, в густой заросли сирени стоит деревянный крест. На кресте в середине, на перекладинке киотка, в киотке скульптура скорбящей Богоматери. Под киотом на доске надпись: Solotke Serce Jesusa I Mariji smiluise nad nami – Нежное (чуткое) сердце Иисуса и Марии, смилуйся над нами. Население Стодзева в беседах с нами очень остро ставило вопрос о крестах на могилах.

– Почему, – спрашивали нас, – вы не ставите крестов на могилах? Разве все у вас безбожники? – допытывались у нас поляки.

– Как же, – отвечали мы, – можем ставить кресты на братской могиле, когда у нас в Красной Армии и христиане, и мусульмане, и иудеи, и атеисты?!

– Тогда, – парируя ответ, говорили нам поляки, – хороните отдельно христиан от магометан и христианам ставьте кресты, раз у вас свобода религии. Как же можно оставить без креста могилу христианина?!

Дискуссию о крестах мы вели с населением на протяжении двух недель. И тут случилось, наконец, неожиданное. 28 августа на одной из братских могил, по-видимому, в виде пробы, ночью, был поставлен большой деревянный крест, очень тщательно сделанный мастером-столяром. Кем поставлен крест – неизвестно. Знакомые поляки отвечали неведением. И мы тут допустили грубейшую ошибку. По приказанию начальника Эвакоприёмника № 164 майора Федулова И. Г., старшина части собственноручно снял крест. Поляки с пристрастием нас спрашивали:

– Если у вас действительно свобода религии, то как же вы могли снять крест с братской могилы?!

Так во взаимоотношениях с польским населением образовалась трещинка, не заросшая до конца нашего пребывания в Стодзеве.

Военные обстоятельства на фронте говорят о том, что фашисты дёшево не отдадут Вислинский рубеж, на котором они серьёзно укрепились. Гитлеровцы вводят в бои много техники, авиации. Контратакуют 10–20–30 раз. Нашим частям приходится выдерживать большой натиск врага. Было и такое. Части нашей армии 13–14 августа ворвались в Варшаву, но пехота не подоспела из-за стремительного наступления наших танков и механизированных частей. Успеха закрепить не удалось, и мы отступили.

У гитлеровцев появились термитные снаряды.

В Стодзеве расклеены яркие красочные антифашистские плакаты и манифест Польского правительства Народовой Рады о призыве польской молодёжи в армию.

Радуют вести из Румынии. Под сокрушительными ударами Красной Армии гитлеровская коалиция дала первую чувствительную трещину. 23 августа в Румынии создано новое правительство, которое объявило, что оно прекращает войну против Объединенных наций, 25 августа Бухарестское радио передало, что Румыния считает себя в состоянии войны с Германией. А 31 августа войска 2-го Украинского фронта разгромили группировку немецких войск в районе Плоешти и вступили в Бухарест, очистив его от фашистской нечисти.

В результате государственного переворота в Румынии, Антонеску бежал в Германию, а правительство возглавил генерал Сэнэтеску[235]. Король Михай[236] обратился к населению и союзникам с воззванием о выходе Румынии из войны на стороне Германии и вступлении Румынии в войну с Германией, на стороне союзников.

Сокрушительные удары Красной Армии заставили задуматься и правительство Финляндии. 5 сентября мы читали Правительственное сообщение о том, что военные действия против Финляндии прекращены ввиду того, что финское правительство заявило о принятии им выдвинутых советским правительством предварительных условий о разрыве отношений с Германией и о выводе германских войск из Финляндии.

А ещё через несколько дней, а именно 9 сентября (1944 г.), прекращены военные действия в Болгарии, вследствие того, что образованное в результате государственного переворота новое правительство Болгарии порвало отношения с Германией, объявило вчерашнему своему безумному союзнику и