44 ступени к ядерной войне - Герман Кан

представляется более вероятным, что при широком распространении оружия мир будет жить в более или менее неспокойном или стабильном равновесии «страха» (в кавычках, потому что большинство людей вскоре привыкнет к такой ситуации — да по правде сказать, уже привыкло). Однако можно также легко представить, что страны могут нарушить этот баланс. Они могут попытаться прибегнуть к интенсивному шантажу, пойти на ограниченные ядерные действия или даже нанести огромные разрушения, возможно, почти полное уничтожение, другим странам. Если разрушение было взаимным, то можно представить, что после такого события выжившие страны попытаются устроить все так, чтобы подобное не повторилось. Это один из путей к международной реформе, хотя и трудный. Можно также утверждать, что «случайные» и «изолированные» ядерные войны могут привести к меньшим чистым разрушениям, чем в более масштабных, но менее интенсивных обычных войнах, которые ядерная система в противном случае могла бы предотвратить.

Конечно, если разрушения в этих войнах не были взаимными и агрессивная нация вышла вперед, может возникнуть вопрос о сдерживании этой агрессивной нации. Это может означать новые попытки соглашения о коллективной безопасности, новые обращения к внешнему и внутреннему общественному мнению против агрессора, ответные действия, мобилизацию, увеличение гонки вооружений, новые союзы и тому подобное. Но как подверженные агрессии, так и «нейтральные» страны могут склониться к крайней осторожности и осмотрительности, чтобы избежать больших рисков: агрессор может быть поощрен к повышению своих требований и совершенствованию тактики «наступательного сдерживания».

Таким образом, распространение ядерного оружия можно интерпретировать как создание условий как для повышения стабильности в мире (за счет повышения осторожности обычно благоразумных глав государств), так и для беспрецедентных возможностей для «ядерных Гитлеров». Мой собственный вывод заключается в том, что аргумент Галлуа правдоподобен, но неубедителен и слишком рискован для проверки. Я считаю, что распространению ядерного оружия следует противостоять.

Возможности, которые могут возникнуть в результате экстремального распространения:

1. Большие возможности для шантажа, мести, терроризма и других злодеяний.

2. Более широкое распространение возможностей для «местных» Мюнхенов, Перл-Харборов и блицкригов.

3. Давление на упреждение из-за первых двух пунктов.

4. Тенденция пренебрежения обычными военными возможностями.

5. Большая опасность непреднамеренной войны.

6. Внутренние политические проблемы (гражданская война, государственный переворот, безответственность и т. д.) и внешние факторы (гонка вооружений, страх перед страхом и т. д.).

7. Расползание ядерного оружия в безответственные частные организации.

8. Более сложны будущие проблемы контроля.

9. Усиление проблемы подстрекательства.

10. Каталитическая и анонимная война.

Но главное, что я хочу здесь сказать, — правы ли Галлуа и Теллер (а в настоящее время мало кто верит в то, что они правы), — опасения, испытываемые правительствами во всем мире, кажутся достаточным основанием для двух из этих правительств, Соединенных Штатов и Советского Союза, проводить политику, направленную на попытку замедлить распространение ядерного оружия, хотя ни одно из этих правительств не может утверждать, что оно уделяло этому вопросу столько внимания, сколько он заслуживает.

Ядерный консенсус — пример системного торга

В настоящее время существует и, вероятно, будет существовать то, что можно назвать «ядерным консенсусом», то есть совокупность взглядов на то, кто должен или не должен иметь ядерное оружие, и насколько полезным оно может быть. Я склонен утверждать, что США, европейские страны и СССР должны предпочесть, чтобы этот ядерный консенсус придерживался мнения, что ядерное оружие, по большому счету, не является полезным, за исключением сдерживания или ответа на другое ядерное оружие, и что это оружие необходимо только очень крупным державам.

Я не верю, что такой консенсус будет полностью точным и объективным изложением фактов, но я готов утверждать, что в той мере, в какой США и другие страны могут сделать его точным и объективным, они должны это сделать. Таким образом, в качестве своего вклада в «системный торг» по этому вопросу США должны быть готовы принять концепцию, согласно которой единственной целью ядерного оружия является отрицание ядерного оружия, и сделать своей национальной политикой неприменение ядерного оружия первыми, а только в качестве возмездия за его применение какой-либо другой страной. Кроме того, не следует пытаться получить какие-либо «положительные» выгоды от своего ядерного оружия, а довольствоваться использованием этого оружия только для ядерного сдерживания, не пытаясь использовать его для устранения различий в обычном потенциале или преимуществ, которые противник может иметь в живой силе, географии, морали, безрассудстве и т. д.

В конечном итоге это может привести к тому, что Соединенные Штаты и, возможно, другие страны должны будут четко заявить о своих «переговорах», сделав заявление о неприменении ядерного оружия первыми. Прежде чем это можно будет безопасно сделать, возможно, придется немного усилить конвенциональный потенциал НАТО в Европе и, быть может, увеличить развернутый или доступный конвенциональный потенциал в Азии, но не похоже, что придется делать очень много. Это верно отчасти потому, что никто не может полностью доверять тому, что Соединенные Штаты — или любая другая страна — будут придерживаться своей декларации и откажутся прибегать к ядерным средствам, если им будет брошен жизненно важный вызов. Таким образом, даже если бы Советы считали, что они могут мобилизовать 100 дивизий и вторгнуться в Европу, они вряд ли сделали бы это на основании заявления Соединенных Штатов о неприменении ядерного оружия первыми. Конечно, они могут посчитать, что при определенных условиях безопаснее совершить пробные действия с меньшими силами. Однако такие зонды предположительно могут быть встречены нынешними обычными силами НАТО. Даже в нынешних условиях, без декларации о неприменении ядерного оружия первыми, я думаю, что Соединенным Штатам было бы невыгодно первыми нарушать ядерный порог, за исключением, возможно, следующих обстоятельств.

Для сдерживания или остановки:

(1) продолжающегося вторжения в Европу, которое не может быть остановлено обычными силами или угрозами (так называемая стратегия «паузы»);

(2) китайского или советского нападения на Японию;

(3) китайского или советского нападения на Индию, которое выглядит так, как будто оно будет успешным;

(4) особенно вопиющего акта агрессии со стороны Китая или Советского Союза, который явно «нарушает существующие конвенции», предполагая, что проблема может быть решена с помощью ядерного оружия и что она не может быть решена, даже временно, с помощью обычных вооружений.