Деньги- господа - Лев Фёдорович Стржижовский

авангардную роль и вместе с ней и позиции в среде университетской молодежи. Однако еще некоторое время ему удавалось сохранять влияние в федеральном руководстве Объединенных немецких студенческих организаций (ОНСО). Здесь эсдеэсовцы пытались проводить свою прежнюю линию. Под лозунгом «Долой буржуазные аппараты!» они хотели ликвидировать заодно и другие студенческие организации. Против подобной политики решительно и принципиально выступили студенты-марксисты, создавшие в 1969 году союз «Спартак», а также организации прогрессивных студентов социал-демократов.

Это был поворотный пункт в развитии студенческого движения Западной Германии. Весной 1970 года социалистический союз немецких студентов объявил о своем самороспуске и, лишившись своих идеологов, ультралевое движение резко пошло на спад. Правда, прежние идеи союза еще бытуют кое-где. Время от времени они дают о себе знать всплесками экстремизма и провокационных демонстраций вроде той, что прошла летом. 1970 года в Гейдельберге. Демонстрация была организована против власти и всесилия монополий, а закончилась спровоцированным экстремистами трехчасовым столкновением с полицией. Многие демонстранты были ранены.

История доказала, что избранный активистами ССНС путь объективно неверен. Подавляющее большинство студентов осуждают методы и средства, к которым он прибегал.

ПОД ЗВУК ОЛИМПИЙСКИХ ФАНФАР

он Таддена я не слышал, хотя он и приезжал в Мюнстер. В Афиши с извещением о митинге не успели просохнуть, как были сорваны ребятами из социалистического союза студентов. Они же устроили демонстрацию и настояли на своем: ректор отказался предоставить обещанный было университетский зал. Тряхнув мошной, местные неофашисты срочно сняли помещение в одном из отелей. Деньги пропали зря. Те же парни, предварительно не пустив в зал никого посторонних, деловито и вполне профессионально устроили такой концерт, что фон Тадден не смог и рта открыть. Стоя напротив, я видел, как он, перейдя тротуар, с ожесточением хлопнул дверцей машины и отвалился на заднее сидение.

«НДП в Мюнстере не пройдет!» — ликовали студенты. Но через несколько месяцев все убедились в обратном.

...Откуда он взялся?

Похоже, что не только я задаю себе этот вопрос. Л. Шре-тер, президент студенческого самоуправления, разглядывает нового депутата с недоумением. Впрочем, в зале так шумно, накурено и, мягко говоря, непринужденно, что не сразу понимаешь, о чем идет речь. Левые шумно празднуют свою внушительную победу. На выборах в 11-й студенческий парламент университета «демократические левые» (блок прогрессивных студенческих организаций) вместе с «левыми независимыми» получили 18 мест из 27. Парламент — АСТА — сегодня принадлежит левым, которые и будут заниматься студенческими делами целый год.

Прежде это были лишь хозяйственные проблемы: каникулярные путешествия, заботы о студенческих детях, жизнь в общежитиях, спорт. Но сегодня АСТА впервые в послевоенной истории немецких университетов вмешивается в политическую жизнь страны.

АСТА не скрывает своих симпатий. «Мы не будем нейтральными, ибо представляем левых», — заявил Шретер. Уже принята резолюция в поддержку Вьетнама. Собраны деньги для родственников убитого в Мюнхене студента. Проведен «тич-ин» и митинг, от которых мюнстерские обыватели долго не могли прийти в себя. Об этом доложил сегодня Шретер. По давней традиции заседание АСТА является открытым, и на нем могут присутствовать все желающие. Сегодня в зале набралось человек двести. В центре стол, за ним члены парламента. Рядом стол поменьше, с референтами. Их только что представил присутствующим председатель. И вдруг неожиданно страдальческий крик:

— Я не могу сидеть за одним столом с НДП!

Тишина... Принадлежность к неофашистской партии для большинства студентов — тяжкое обвинение. Однако человек, к которому оно относится, спокоен. Он медленно поднимается из-за стола, надменно, из-под очков посматривает на зал. Я узнаю его: Е. Ессенс, член национально-демократического союза студентов высшей школы (НДСС). Предвыборная платформа — отказ от политической активности парламента, устройство яслей для детей студентов. Лозунги никого не обманывают. Всем известно, что национальный союз связан с НДП. Спокойно, чуть насмешливо Ессенс поясняет: да, он член парламента, ибо другой депутат отдал ему свои голоса (возможно и такое!). Зал взрывается. Ессенс возвращается на место, и теперь видно, что он не один, за его стулом этаким журавлиным клином сидят люди. Впереди здоровенный парень, похожий на вышибалу в здешнем студенческом шинке (я сразу же окрестил его «боссом»), дальше человек 10–12 в одинаковых куртках.

Шретер похож сейчас на дирижера: он машет руками, пытаясь сдержать зал, унять крики: «Позор!», «Вон фашистов!». Особенно неистовствуют студенты из социалистического союза. Их понять можно: этакая ложка дегтя, да еще какого, в левой АСТА. Постепенно устанавливается порядок, однако стоит Ессенсу подняться или взять слово, снова вспыхивает недовольство.

Что предпримут правые в этой явно неблагоприятной атмосфере? Теперь я наблюдаю только за ними. АСТА отчитывается в своей деятельности за минувший месяц. И по каждому вопросу кто-то от имени национального союза выступает. Со стороны это похоже на кукольный театр, где каждая кукла надета на руку «босса». Он что-то шепчет, рассылает записки, удаляется в коридор покурить, совещается там с другими. Нет, они еще ничего не могут противопоставить АСТА, однако их тактика ясна: мешать, срывать, отвлекать. Бесконечные вопросы, дискуссии, запросы. Наконец, независимый, вежливый Шретер срывается: «Вы должны знать, что у нас новая АСТА, которая имеет политическую позицию. Были выборы, и мы получили большинство. Дискуссировать нечего».

Время близится к полуночи. Последний вопрос — выборы председателя в университетский сенат. Студенческие организации называют своих кандидатов. Правые замешкались. Ессенса нет в зале. «Босс» нервничает, одна куртка, другая куда-то исчезают. Пропадает «босс». Через минуту несколько человек буквально волокут Ессенса к столу — потный, взмокший, он предлагает своего кандидата.

На следующий день — заседание шло до поздней ночи — я узнаю: голосовали трижды. Однако все попытки Ессенса сорвать выборы провалились. Так громко и — не побоюсь этого слова — нагло заявил о своем рождении национал-демократический союз студентов в университете.

«Им не стыдно», «они уже не боятся» — так объясняют в АСТА поведение неофашистских молодчиков. Смысл происходящего я начинаю лучше понимать через несколько дней.

У западногерманского студента большой выбор. Его агитируют, зазывают, ангажируют добрый десяток буржуазных политических группировок. Все мыслимые и немыслимые средства пропаганды уже использованы. Кажется, уже невозможно найти в этой цепи не только свободное, но хотя бы просто слабое звено. А вот неофашисты нашли — они сделали ставку на спорт.

Во всех программных документах, принятых или одобренных