Из огня да в полымя - Александр Капков

такого они придумали? Долго гадать ему не пришлось. В двери повернулся ключ. В комнату вошел Шевин. Жизнерадостный, чисто выбритый и благоухающий дорогим одеколоном.

– Живой? – весело осведомился он. – Превосходно! Сейчас тебя отведут в ванную комнату, чтобы привел себя в порядок. Потом завтрак. Больше голодом морить не станем. И вперед, к Щеглову.

– А разговор с Конродисом?

– После операции.

– Нет, так не пойдет.

– Тебе, Изломин, придется согласиться.

– Это еще почему?

– Посмотри сюда, а после говори.

Шевин посторонился и показал рукой позади себя.

Антон подошел к двери и увидел в коридоре Лизу. Ее держал за плечо Осицкий.

Глава семнадцатая. Расставить сети

Лицо Лизы Крушевиной было более бледным, чем обычно. Она изо всех сил старалась казаться невозмутимой, но Антон увидел, что давалось ей это нелегко. На всегда тщательно одевающейся девушке было надето мятое платье, как если бы она в нем спала. Под глазами обозначились темные круги. Сам Антон выглядел тоже не лучшим образом. Но ее вид его поразил. Случилось то, чего он боялся. Лизу используют для давления на него. Он с трудом сглотнул.

– Антон! – крикнула Лиза. Но продолжить ей не дали.

–Уводи ее, – приказал Осицкому Шевин.

Он закрыл дверь и спросил Антона.

– Ну? Понял теперь, что время выставлять условия и фордыбачиться для тебя прошло безвозвратно. Будешь делать, что скажем. Тебе же, Изломин, не надо объяснять, что произойдет с твоей подругой, если попробуешь не подчиниться? И не нужно уверений типа она здесь не причем. Не поверю. Эта особа пыталась тебя искать и натравила на нас твоего дружка Нелидова.

– Что с ним?

– К сожалению, пока еще живой. Но мы до него доберемся. Не сомневайся.

– Черта с два вам это удастся!

– Зато девушка у нас.

– Вы ответите за ее похищение, – угрюмо произнес Антон. – Она тоже агент ОГПУ. И в отличие от нас, стороны не меняла.

– А мы ее убивать не собираемся. Помилуй Бог, Изломин! Зачем губить такую красоту? Она же просто создана для удовольствий. Ведь ты понимаешь, о чем я?

Антон ясно видел, что Шевин его провоцирует. И все же не выдержал. Сжав зубы, он бросился на Шевина, но тот был готов к такому повороту событий и остановил его ударом в живот. Антон согнулся, скривившись от боли. Мышцы живота и так непрестанно ныли после вчерашнего.

– Так ты согласен? – спросил Шевин как ни в чем не бывало. – Или мне продолжать объяснять тебе, что последует с Крушевиной дальше, прежде чем мы вернем ее деду?

– Ты не боишься последствий?

Антон, наконец выпрямился, тяжело дыша.

– Не боюсь совершенно. Мне доверяют, так как я даю результаты. Но мы отвлеклись. Что ты мне скажешь?

– Я согласен, – тихо произнес Антон

– Как мило! – деланно восхитился Шевин. – Заключаем договор: после ванной комнаты завтракаем и едем покупать тебе новую одежду. А то стал выглядеть, как нищий. Нехорошо. Не стоит будить подозрения у господина Щеглова.

– Можно заехать ко мне в отель. Там я переоденусь.

– Нет, Изломин. Я тебе пока не доверяю. На твою территорию мы не поедем. Мало ли что. Береженого, как говорится… Все время ты будешь находиться под наблюдением. Неусыпным!

В половине второго Антон сидел в автомобиле на переднем сидении рядом с Осицким, устроившимся за рулем. Шевин находился сзади. Он давал Изломину последние инструкции.

– Отсюда тебе придется действовать самостоятельно. А мы будем следить. Твоя задача – привести Щеглова.

– Мы так и не решили, что мне ему сказать, – заметил Антон.

– Скажи, что у нас есть важные документы. Настолько важные, что тебе их не продадут. Чином не вышел. А вот Павлу Михайловичу, другое дело. Он человек авторитетный.

– Он может не согласиться или скажет, что не сегодня.

– Постарайся быть убедительным. Не мне тебя учить.

Вид у Антона был отстраненный настолько, что Шевин спросил:

– Ты слушаешь, Изломин? А то у меня складывается впечатление, что мысли твои где-то далеко витают. Соображаешь, как выскочить? Или что?

– Слушаю я, – ответил Антон. – И прекрасно все понял.

– Хорошо. И запомни: если проговоришься Щеглову или что-то по твоей милости пойдет не по плану, подпишешь приговор и Крушевиной, и себе. Я уже приказал привести ее в катакомбы. Первой, кто умрет, будет она. Я об этом позаботился.

Антон молча кивнул, открыл дверцу и вылез из машины. После дорогого универмага, где Шевин купил ему все: от нижнего белья до шляпы и ботинок, он выглядел чрезвычайно презентабельно. Но настроение его было не таким, чтобы обращать на свою одежду внимание. В глазах его стояла Лиза в ее бедственном положении. Ему приходилось подчиняться. Он знал, что Шевин сделает, что пообещал. Его ничто не остановит.

Только вот с этого момента Антон был относительно свободен, и ему не дышали в ухо. Встреча с Щегловым должна была состояться через десять минут. Раньше по телефону они уговорились пообедать в ресторане «Улитки» на улице Монторгель. Сюда его привезли Шевин и Осицкий. Оба остались сидеть в машине, наблюдая, как он прохаживается возле ресторана.

Павел Михайлович окликнул его, еще выходя из такси. Он откровенно радовался встрече.

– Как мне вас не хватало, дорогой Антон Юрьевич! – воскликнул Щеглов, пожимая Изломину руку. – Пожалуйста, в будущем предупреждайте меня о своих нечаянно образовавшихся поездках. Уехали, не сказав никому ни слова! Вас тут ищут, сбившись с ног, а вы сибаритствуете на природе.

Антону пришлось выдумать историю со своим отъездом из Парижа в провинцию по срочному и тайному заданию Якушева. На первое время эта версия могла сработать, но настоящей проверки не выдержала бы.

– А я, признаться, слегка расстроился, – продолжал Щеглов, когда они отдавали пальто симпатичной гардеробщице ресторана. – Вы ведь не забыли о лейтенанте из бюро? Подошло время дать ему ответ.

– Я помню, Павел Михайлович. И готов.

– Что же вы решили?

– Продамся. Что мне осталось?

– И правильно, – Щеглов хохотнул, оценив шутку. – Будем работать вместе. А о вашей новой встрече с господином Барра я договорюсь сам. Но встретитесь вы, разумеется, с ним тет-а-тет. В самые ближайшие дни.

Он сел за стол и пододвинул к Антону меню. Но тот отказался выбирать сам.

– На ваш вкус, пожалуйста. Я знаю,