Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

– У вас, чекистов, товарищ Эйтингон, есть шутка такая – что в Москву со своим комендантом не ездят, в смысле найдется здесь, кому человека кончить. Вот и нам отдельных спецов по мокрухе не надо, мы сами всех, кого надо, замочим в лучшем виде. Верно, товарищи?

– Верно, верно! – бодро отозвались члены группы.

– Хорошо, – подытожил не совсем довольный Эйтингон. – Через три дня получите обмундирование и оружие. А потом и вылет на восток. – Он поднялся. – Счастливо оставаться! – И вышел.

– А что это за тонкая такая операция по Чжан Цзолину? – спросил Кузнецов.

– Да он просто поезд взорвал этого китайского генерала, который командовал войсками в Маньчжурии и вообще там всем владел. Нам с Сергеем тоже приходилось этим заниматься в Гражданскую. Только мы бронепоезда белых обычно просто с рельсов сводили. А потом захватывали. А здесь поезд в клочья, вместе со всеми, кто был, – хорошо пироксилина положили. Это бывшие латыши-террористы, видно, вспомнили свой опыт терактов царского времени и перестарались. Но так или иначе, а взрыв этот свалили на ипонцев. Они как раз генерала сместить хотели: в него долго ипонские иены вкладывали, заводы у него в Маньчжурии строили – а он начал с западными буржуями заигрывать – американцами, англичанами. Да еще, собака, и на Пекин стал зариться, на который уже облизнулись гоминьдановцы Чан Кайши, которых мы как раз поддерживали. Так что, по всем резонам надо было его кончать. И его сын тут как тут, и заместо отца его мгновенно поставили. А гоминьданы тем же месяцем в Пекин как раз и зашли. Ипонцы после того, ошалев, еще три года примеривались, прежде чем Маньчжурию захватили и превратили в свой доминиён – государство Маньчжоу-Го во главе с императором Пу-и из пыльного чемодана. И оттуда они уже напали на Китай в тридцать седьмом.

Глава 10

Вылет

Товарищ Сталин встретил Берию в своем защитном кителе и с трубкой в руке.

– Как готовится группа по японскому направлению? – был его первый вопрос.

– Группа почти подготовлена, в ближайшее время произведем заброс.

– Я думаю, товарищ Иван справится. За ним не водилось, чтобы не справлялся.

– Полностью согласен с вами, батоно Сталин.

– Какое кодовое имя присвоил этой операции, Лаврентий?

– Предлагаю дать группе название «Негодяи», так как она состоит из ранее осужденных врагов народа.

– Правильно. Если справятся с делом – значит, исправились. Если же вдруг все-таки нет…

Тем не менее Информбюро успело рассказать голосом Левитана об окружении фашистской армии в Сталинграде, и пришла весна, прежде чем группе было сообщено о том, что настала им пора отправляться на выполнение самоубийственной миссии. Все ответственно отращивали бороды в течение нескольких месяцев, чтобы достоверно изображать людей, долго скитавшихся по сибирской тайге.

Группа прибыла на военный аэродром Чкаловский, обустроенный незадолго до войны. Они были уже переодеты в подготовленную для них обтрепанную форму – летную румынскую и финскую пехотную. Только на китайце были телогрейка и гражданские брюки. На плечах и на портупеях было разномастное оружие, большей частью немецкие трофеи, которые они заблаговременно пристреляли на стрельбище. Как только они вылезли и вытащили багаж, закрытая полуторка, на которой их привезли, развернулась и уехала на базу.

Группу ожидал двухмоторный транспортник Ли-2 (в девичестве «Дуглас ДС-3»), окрашенный в защитный цвет. Пилоты прогревали двигатели, медленно вращая винты.

– Ты хорошо этот самолет изучал? – тихо спросил Иван летчика Копыто. Тот молча кивнул. – Может, нам самим придется лететь, без другого летчика.

На полосу выехал черный «фиат» Наума Эйтингона. Генерал НКВД вышел из машины и окинул взглядом выстроившихся людей.

– Группа готова к отбытию, товарищ старший комиссар. – Иван бодро бросил руку к рваной ушанке.

– Вперед, товарищи! – Эйтингон указал на самолет. – Выполните задание, и Родина вас не забудет!

Все по очереди взбежали по лесенке в самолет, второй пилот поднял трап, закрыл дверь и пошел в кабину. Люди расселись по жестким креслам, пристегнулись, самолет вырулил на полосу, вскоре побежал, и все почувствовали толчок – они взлетели. Плавно приподняв одно крыло, самолет развернулся и полетел на восток. За квадратными иллюминаторами внизу проплывала земля, уже освободившаяся от снега, сохранившегося лишь в ложбинах.

Копыто заглянул к пилотам в кабину, и вскоре там завязалась оживленная профессиональная беседа, перемежаемая взрывами хохота.

Через пять с лишним часов они сели на военный аэродром под Свердловском. Все вышли поразмяться, сели перекусить сухим пайком с американской тушенкой в стороне от самолета. У аэроплана выставили часового. Подъехал бензовоз. Пилоты отправились в летную столовую и пообедали как военлеты, пока техники заливали горючее и проверяли системы Ли-2. Иван прогуливался вокруг самолета и приглядывал за техниками. Подошел Копыто.

– Как дела? – спросил его Иван.

– Посидел за второго пилота. Устойчивая нормальная машина. Но, как и следовало от нее ожидать, маломаневренная.

– Конечно, это ведь не твой «ишак».

– Я на ЛаГГе летал. «Лакированный авиационный гарантированный гроб», как его наши ребята называли. Потом на Яке. На И-шешнадцатом я только в авиашколе поднимался. Но, говорят, в оборонительных боях «ишак» неплохо себя показал, очень маневренный. Только за «мессером» на нем, конечно, не угнаться.

– Взлет и посадку на Чкаловском ты отрабатывал на Ли-2?

– Да, – кивнул пилот.

– Хорошо.

Следующий отрезок полета продолжился до Красноярска.

Пилоты опять пошли в столовку отоварить талоны, а Иван опять нарезал круги вокруг самолета.

– Не сидится? – спросил Исидор, подходя с кружкой чая, который хозяйственный Колыванов заварил на спиртовке.

– Товарищу Сталину надо, чтобы мы до Ипонии добрались. А кому-то, может, не надо. Может, кто на меня зуб точит. Но вслух об этом он объявлять не будет. С операцией в Финляндии мне уже нагадили, но повторения не будет. А ты ляжь и спи. Как раз темнеет.

…Они вновь поднялись в воздух, летели ночью. Иван думал, что сядут в Иркутске, однако полет продолжался, самолет поднялся – в салоне стало холоднее и внизу, в обрамлении темных массивов гор, мелькнули отблески льда на Байкале.

Дуглас приземлился в аэропорту Читы. Уже поднимался рассвет из-за сопок, окружавших город. Летчики вышли из кабины с застывшими от усталости лицами.

– Товарищи, последний перелет совершит другой экипаж. А мы с вами тут попрощаемся! – И, пожав несколько рук, они удалились. Иван выскочил вслед за ними. Неподалеку он увидел другой самолет, еще один Ли-2, от которого как раз отъезжал заправщик.

Он прыжком вскочил в салон к товарищам:

– Быстро багаж в руки – и бегом за мной! – Тут же выскочив из воздушной машины, они уже через несколько минут добежали по