Римская Британия - Евгений Викторович Старшов

начинают относиться к процессу мимикрии весьма ответственно, переставая его считать именно таковым. Вот достаточно почитать Беду Достопочтенного, чтоб узреть еще существовавшие в 601 г. древние языческо-друидические ритуалы; речь идет об англах, но в Риме их от бриттов особо и не отличали, и И.Ф. Морошкин твердо уверен, что цитируемое Бедой послание – доказательство совмещения традиций христианского праздника с языческими обрядами:

«Когда посланцы (в Англию. – Е.С.) отбыли, блаженный отец Григорий отправил им вслед письмо, вновь показывающее его горячий интерес к спасению нашего народа. Вот что он писал: «Любимейшему сыну аббату Меллиту – Григорий, раб рабов Божьих. Со времени отбытия вашего и ваших спутников мы испытываем тревогу, поскольку не имеем сведений о том, как проходит ваше путешествие. Тем не менее, когда Бог Всемогущий приведет вас к нашему преподобнейшему брату епископу Августину, сообщите ему мое решение, принятое после долгих раздумий относительно народа англов. Я решил, что храмы идолов этого народа не должны быть разрушены. Уничтожив находящихся в них идолов, возьмите святую воду, и окропите эти капища, и воздвигните в них алтари, и поместите святые реликвии. Ибо если храмы выстроены прочно, весьма важно заместить в них служение идолам службой Истинному Богу. Когда эти люди увидят, что святилища их не разрушены, они изгонят заблуждения из своих сердец и с большей охотой придут в знакомые им места, чтобы признать Истинного Бога и молиться Ему. Также можно заменить каким-либо праздником присущий им обычай закладывать быков в жертву демонам. Так, в день освящения даров или в праздники святых мучеников, чьи реликвии помещены в храме, следует позволить им возводить вокруг храма шалаши из веток и праздновать там. Не давайте им приносить животных в жертву дьяволу, но пускай они сами употребляют их в пищу, благодаря Творца всех созданий за Его щедрые дары. Так через внешние радости им легче будет прийти к радостям внутренним; ведь невозможно в один миг лишить всего их неподатливые умы. Человек, намеревающийся взойти на вершину, карабкается по уступам, вместо того чтобы перепрыгивать через них. Так и Господь, явив себя израильтянам в Египте, повелел им служить Ему теми же жертвами, что до того они приносили дьяволу, и приказал им закладывать животных в жертву Ему. Уже с иными чувствами они откладывали часть жертвы и оставляли прочее, и хотя они закладывали тех же самых животных, но приносили их в жертву Истинному Богу, а не идолам, и, значит, это была уже иная жертва. Это вы и должны передать нашему брату, дабы он в своем положении рассудил, как лучше это сделать. Храни тебя Бог, любимейший сын. Дано в пятнадцатый день до августовских календ, в девятнадцатом году царствования государя нашего, благочестивейшего августа Маврикия Тиберия и в восемнадцатом году после консульства того же государя, в четвертый индиктион» («Церковная история народа англов», I, 30). И дубы по-прежнему были окружены ореолом святости и почитания – «(Колумбан-старший) основал в Ибернии славный монастырь, называемый на языке скоттов Дермах; имя это переводится как “поле дубов” и происходит от обилия дубов в том месте» («Церковная история народа англов», III, 4).

Итак, отдельно показав в этой и предшествующей главах такие важные аспекты истории Римской Британии, как ее романизацию и развитие в ней христианства, возвращаемся к дальнейшему хронологическому изложению ее истории.

Глава 10

Римская Британия от Константина I до Гонория: век бесславного упадка. Пелагий и пелагианство

Константин умер в 337 г., разделив империю меж своими сыновьями-Августами: средний, базилевс-арианин Констанций II (317–361 гг., правил с 337 г.) стал правителем Востока; младший, православный базилевс Констант I (320–350 гг., правил с 337 г.) – правителем Запада; был еще, разумеется, старший[119], Константин II (316–340 гг., правил с 337 г.), но мы потому не с него начали распределение владений, что он довольно быстро сошел с исторической сцены: ему достались было «в удел» Константинополь, Британия, Галлия и Испания, но он захотел большего, выдвинув претензии на Африку, которая тогда, с Римом вместе со всей Италией и Балканами, принадлежала младшему. Он захватил Италию, но вскоре был убит, и империя разделилась между оставшимися братьями более-менее поровну. Любви особой они друг ко другу вовсе не испытывали, что подстегивалось еще разностью вер (за преследование св. Афанасия младший вообще хотел пойти на старшего войной – по крайней мере, был предлог), и так продолжалось до 350 г., когда Констант был убит узурпатором Магненцием. Известно, однако, что до той поры Констант успел лично побывать в Британии. Причины, вызвавшие этот его визит посреди зимы 343 г., остались неизвестны, однако следует предположить, что они были важны – как правило, тогда навигация и в Средиземном море в зимнее время вообще прекращалась, что говорить о северных водах? Однако читаешь славословия современников (особенно Либания), и задумаешься: не из пустого ль хвастовства было затеяно это мероприятие?.. Юлий Фирмик Матерн (314–360 гг.) – уникальное сочетание астролога из Сиракуз и христианского фанатика – разглагольствует, обращаясь к императору (пер. с англ. Е.С.): «Ты победил твоих врагов; ты распространил свою власть, и, для того чтоб еще большая слава могла быть добавлена к твоим добродетелям, изменил порядок времен года и надсмеялся над ним, зимою поправ стопою вздымающиеся яростные волны Океана, дело, беспрецедентное в прошлом и [которое] никогда более не будет совершено в будущем. Под твоими веслами трепетали волны моря, все еще едва знакомого нам, и бритт трепетал перед лицом императора, [прибытия] которого не ожидал» («Об ошибочном религиозном заблуждении», 28, 6).

Не отстает и знаменитый оратор, антиохиец Либаний (314–393 гг.), учитель великого Иоанна Златоуста (пер. с англ. Е.С.): «Констант не стал сидеть на берегу в ожидании, когда придет весна и утихнут шторма Океана, но прямо посреди зимы со всеми ее облаками, холодом, волнением [воды], до крайности возмущенной погодой, он посадил на борт сто человек, как говорят, и пересек Океан – и тогда сразу все успокоилось. Тамошним городам он не послал предварительного предупреждения и никакого уведомления заранее о своем прибытии, видимо, желая произвести шумиху своими планами до завершения своего опасного приключения… Если б он рискнул отплыть на остров, охваченный восстанием, когда его обитатели взбунтовались, а власть сброшена, если б он был охвачен гневом, услышав такие новости, никто б не осмелился приписать это предприятие [исключительно] его амбициям. Более того, элемент принуждения, возникший бы от подобного восстания, лишил бы его большей части славы. А на самом деле в Британии все было стабильно» (Речь № 59, пп. 139 и 141). Так что зачем «царь-батюшка» такое учудил – загадка…

Впрочем, из