Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

Ему без разницы, есть объективные обстоятельства али нет. Это он Берия поручает выспросить… Тогда и возвращаться нам нет резона. И мне-то что, я как колобок из сказки, ото всех уйду, а вас, братцы, жалко мне… Надо варианты рассматривать…

– А ты помнишь, сказка чем закончилась? – спросил Бобров.

– Ну, епинать! Колобок столько пыли набрал, что лису массой задавил.

– Мы на этой шаланде далеко не уйдем, – сказал Крынка. – Тем более в океанских проливах течения сильные. Надо подыскать моторное судно…

Глава 35

Уход

К ночи они подошли к выходу из залива. Как раз в это время к ним приблизился звук судового двигателя, и, загорелась впереди звезда прожектора. Луч осветил несколько взлохмаченных смуглых бородачей неяпонского вида в рыбацких безрукавках.

– Стоять на месте! – пролаяли по-японски команду с подошедшего сторожевого катера, переделанного из промыслового судна.

Экипаж лодки моментально спустил парус и поднял руки.

– Ну-ка, мы вас проверим! – примерно это сказали японцы, трое из которых вознамерилось перелезть в лодку, а еще несколько целились из «арисак» в незнакомцев. Прожектор отвели в сторону, чтобы он не слепил высадочную команду.

– У нас и так тесно, лучше мы к вам! – возмутился Иван. Могучим прыжком он очутился на борту бывшего сейнера, едва не перевернув собственную лодку. Меж тем ножи Леона, несмотря на этот кульбит, просвистели точно, вонзившись сразу в трех стрелков. Двум ближайшим к себе японцам Иван свернул шеи. Потом ударами кулака убил еще двоих, а потом подхватил «арисаку» и стал ее штыком действовать как охотничьей рогатиной. Тем временем Виктор, уверенно, как и подобает моряку, перепрыгнул на судно с карабином в руке и принял участие в общей свалке. Подтянулся и Жакерия, с африканской ловкостью вспрыгнув на борт. Все действовали саблями, штыками, никто не стрелял – неожиданное нападение ошеломило японцев, в отличие от старинных самураев не очень поднаторевших в абордажных схватках. Потом ведь легко можно было попасть в своих. При взгляде со стороны на судно невозможно было догадаться, что на его борту кипит смертельная схватка.

Японцы, как тараканы, полезли из-под палубы, но Иван уходил их всех, орудуя самурайской саблей и прикладом «арисаки». Капитан судна пытался ткнуть в него своей саблей, полез за пистолетом – но получил прикладом по голове, в результате оба соприкоснувшихся предмета раскололись и пришли негодность. Иван выхватил нож и ринулся в люк под палубу, однако пробыл там недолго. Всего за полторы минуты тремя нападавшими были без единого выстрела убиты двадцать вооруженных японцев.

Отдышавшись после схватки, захватчики принялись за дело. Иван оттащил всех покойников на нос и накрыл брезентом, чтобы выбросить их в море, подальше от берега. Жакерия, с присущей хирургу любовью к чистоте, усердно драил палубу от крови, чтобы стороннему наблюдателю она не напоминала пол скотобойни. Бобров перетаскал из лодки их небогатое имущество и принайтовил суденышко к корме. Крынка полез под палубу – выяснять, не пострадал ли двигатель, а заведя его, поднялся на палубу и взялся за штурвал.

Покончив с первоочередными делами, новый экипаж собрался в тесной рубке, увенчанной сиротливо торчащим пулеметом.

– Куда сейчас, командир? – спросил Крынка Ивана.

– Самое разумное – свалить из мест скорых предполагаемых боев на севере, где снаряды и бомбы кидают куда попало. Знаю я наших, целиться совсем не умеют, бомбы кидают зря. Сейчас какое наше движение?

– Пятьдесят миль пройти до восточного пролива между островами Сикоку и Кюсю. Я полагаю, в западный, Симоносекский пролив с его теснотой, сильным течением и движением к Корее резона идти нет. Да и движение между Кореей и Японией большое, проще нарваться. Еще миль тридцать пройдем и сворачиваем вдоль Кюсю к югу. А вот дальше как?

– Я думаю, мне следует внести предложение, – заговорил внимательно слушавший Бобров. – Предлагаю идти через Восточно-Китайское море в Южный Китай, искать место, где японцев нет, и высаживаться. А потом попробовать через охваченный войной Китай добраться на Юннаньское нагорье. Вавилов туда хотел попасть для исследований, но не судьба… Интересные места должны быть. Кстати, куда-то во внутреннюю провинцию Сычуань японцы загнали и нынешнее китайское правительство. Кажется, в город Чунцин.

– А там не бои с японцами сейчас? – поинтересовался Иван.

– Пройдем тысячу сто миль по морю, высадимся, узнаем.

– Как суденышко? – повернулся Николай к Виктору.

– Узлов двенадцать – четырнадцать делает, скинем балласт, легче пойдем. Топлива есть запас, только надо будет где-нибудь пополнить. Воды и еды у них было заготовлено на двадцать человек, нас соответственно меньше, и значит, на ней дольше протянем. От Японских островов уйдем, потом думать будем. Может, пиратством займемся?

– Ну, двинули. Отдохнем малость от наших подвигов. Только на скалу нас не посади, – сказал Иван.

Тарахча двигателем, суденышко двигалось в темноту…

…В конце 1940-х годов в восточных предгорьях Тибета распространились слухи о появлении снежного человека. Он жил охотой и время от времени похищал женщин. Похищенные им женщины через некоторое время возвращались весьма довольные, а в положенный срок у них рождались крупные мальчики с необычными голубыми глазами. Впоследствии эти дети выросли высокими и сильными…

Равиль Зарипов

Енисейский сплав

© Зарипов Р. Б., 2025

© ООО «Издательство „Вече“», 2025

Часть первая

Глава 1. Через пороги в неведомый край

С каждым поворотом реки навязанное решение – отправиться на заработки в сибирскую глушь – все больше тревожило Ильдара. С тех пор как отплыли от Красноярска, прошло шесть часов, а московскому студенту они показались вечностью.

Пароход «Валерий Чкалов» неторопливо преодолевал повороты, обходя буруны и пороги на фарватере своенравного Енисея. Рейс до Дудинки кажется нескончаемым. Но пассажиры не ропщут. Они – не туристы, они – счастливчики, стоявшие в ночных караулах у билетных касс. Не тяга к путешествиям, не желание окунуться в енисейские туманы и надышаться запахом тайги собрали их на этом теплоходе.

Водный тракт – единственная возможность вернуться домой с «материка», как здесь называли остальную Россию, или из Красноярска, куда пришлось отправиться по делам или к врачу. Только водным путем могли добраться до северных мест жители многих сел и посёлков, деревень и городов таёжного края, ибо автомобильная дорога из Красноярска, именуемая «Енисейским трактом», заканчивалась в Енисейске. Далее, для тех, кто готов был рисковать, пробираясь на север сухопутным путём через тайгу, оставался зимник до Ворогово. Смельчаки, выбравшие «дорогу жизни», порой пропадали. Искать их среди сугробов и ям, в тёмной, мрачной тайге, освещаемой лишь светом фар, – желающих не находилось. А добираться по