Как расколдовать директора - Фальк Хольцапфель

В хвосте шла Фенья и не говорила ни слова. Она вела себя так тихо, что Рибизель постоянно оглядывался.

Группа продвигалась вперед, но за поворотом узкая тропинка резко оборвалась. Денни сновал по кругу над вытянутым водоемом. Водоем простирался в глубь гудящего дремучего леса. Дорога исчезла под водой.

– В последний раз тропинка была еще сухой. Но не бойтесь, нам нужно лишь следовать за статуями. Они приведут нас прямо к храму.

Не дожидаясь ответа, он, петляя, полетел дальше.

Адепты посмотрели на мутную воду. Пахло сырой землей, старыми носками и гнилым деревом. Из воды, будто оцепеневшие чудища, поднимались поросшие мхом сучья. На трухлявых бревнах рядом с рыбьими костями лежали грифовые черепахи и с любопытством оглядывали путников.

– Вы же не собираетесь переправляться здесь? – испугался Рибизель.

Гарек улыбнулся во весь рот:

– Немного сырости Гарека не испугает. Приключения и артефактное оружие ждут.

С этими словами он прыгнул в воду, которая ему доставала до колен. Насвистывая под нос, он двинулся за Денни.

– А как же пиявки, ядовитые лягушки-древолазы и когтистые кайманы? – засомневался Рибизель.

Эрика пожала плечами.

– Варварша назад не повернет, если стражник идет вперед. – Она запрыгнула на спину Сладкоклюву, осторожно прошлепавшему в воду.

– Ты забыл про боа. – Эльфийка ночной тени улыбнулась Рибизелю и бесшумно скользнула в болото.

– О чем ты?

– Наверняка в те времена кто-то жил в царстве Боа. И я могу себе представить, что несколько существ еще здесь остались, и они вряд ли будут рады нашему визиту.

Рибизель посмотрел на нее, широко распахнув глаза. За его спиной остался сумрачный дремучий лес, из которого доносилось множество незнакомых ему звуков.

Он тяжело вздохнул:

– Подождите же меня!

* * *

Солнце уже низко опустилось, а храма по-прежнему не было видно.

– Еще чуточку, – в пятый раз повторял Денни.

Вода доходила им уже до бедра, и адепты с трудом продвигались вперед. Над болотом помимо птерозавров со свистом проносились стрекозы размером с кошку, и стало заметно теплее.

Рибизель шел, всем весом опираясь на Сладкоклюва, который на ходу пощипывал водоросли. Волшебник во весь рот зевнул и почесал палочкой спину. Фенья обернулась. Она приставила руку козырьком ко лбу, защищаясь от слепящего полуденного солнца.

Вдруг она застыла как вкопанная:

– Бегите!

– Что? – Рибизель сощурил глаза. И тут он увидел это. С ужасающей скоростью на них неслось бревно.

Видимо, Сладкоклюв тоже его увидел – он громко запищал и помчался прочь.

– Туда! К берегу! – Эрика вцепилась в шею пернатого медведя. Тот выбрался из воды, разметав растения, и помчался по склону берега вверх.

Рибизель шагнул в ту же сторону, но его нога застряла в иле.

Фенья ухватилась за свисающую над головой лиану и взобралась наверх, как канатохвостая обезьяна.

Крохоглот был уже близко. Он разинул пасть, в которой блеснуло несколько рядов желтых зубов.

– Предупреждающий удар, мгновенная атака! – Гарек запустил в чудище ветку, которая просто отскочила от зверя. – Ох, такого бы не случилось с железкой!

Вода забурлила, из нее выскочила тварь, готовая вмиг проглотить Гарека. Но тут подоспел Пигас. Гарек ухватился за его заднюю ногу. Пигас отчаянно замахал крыльями и потянул Гарека вверх. Чудовище клацнуло челюстями и плюхнулось в воду.

– Проклятое болото!

Рибизель все еще был далеко от берега. Вокруг него уже плавала куча пурпурных лягушек. Он с трудом шел вперед, но был слишком нерасторопен. Крохоглот повернулся к нему. Сверкнули красные глаза. Чудище скрылось под водой. Из ряски торчал лишь двойной ряд шипастой чешуи – крохоглот стремительно несся прямо на волшебника.

– Рибизель, хватайся!

Адепт взглянул вверх. Над ним висела Фенья. Рибизель поднял руку, зацепился за ее пальцы. Тут он увидел, как из мантии Феньи падает брошка с лисой. Адепты будто застыли в сиропе, а брошка медленно скользила вниз. Фенья тоже ее заметила, и на долю секунды Рибизель почувствовал, как хватка плутовки ослабла. Глаза Феньи вспыхнули. Вокруг ее головы заплясала золотая пыль. И она рванула Рибизеля наверх. Прежде чем пасть крохоглота взмыла из воды, брошка упала и исчезла в ряске. В шаге от Рибизеля щелкнули массивные челюсти, унося с собой большой кусок его мантии и брошку с лисой.

Уровень и количество звездной пыли

Фальсамина Саламандра

Едва погасли последние солнечные лучи, темные джунгли наполнились шорохами и шелестом от жестких крыльев. Из крон болотных тисов вылетела несметная стая летучих лисиц. Их крики, будто призрачные тени, эхом разносились среди костяных дубов. Настал час хищников. Тот, кого можно было съесть, искал себе темное укрытие и не издавал ни звука.

– Эти репы не такие уж противные, – громко чавкая, заметила Эрика.

Гарек усмехнулся и стал похож на чеширского кота, попавшего в чашку со сливками.

– У Пигаса отличный нюх на вкусности. – Он похлопал по спине крылатую свинью, греющуюся рядом. – Разжечь костер – хорошая идея, – сказал Гарек и вытащил из костра зажженную палку. Он помахал ею как горящим флагом.

Эрика отгрызла от репы еще кусок и, жуя, добавила:

– Не знаю, убережет ли нас костер от чудовищ, но во всяком случае им так легче нас найти. Тогда я лучше использую свою звездную пыль.

Фенья подложила еще од-но полено в дымящийся костер. Найти в болотистом лесу почти сухое дерево было задачей не из простых. Теперь им нужно было следить за тем, чтобы дрова не закончились.

– Пусть лучше чудовище, которое не боится огня, встретится мне у костра, чем в темном лесу.

Эрика, чавкая, кивнула и протянула Сладкоклюву руку облизать.

Одежда адептов уже высохла на костре, и все же казалось, что бой только закончился. Они старались не вспоминать крохоглота и, чтобы отвлечься, занимались поиском хвороста и выкапыванием репы. Теперь же больше делать было нечего.

Рибизель протянул руки поближе к ярко пылающему костру, заметил, как сильно они дрожат, и тут же убрал.

Но дрожать он не перестал. Его пальцы вздрагивали, как наносные гадюки.

Заметив взгляд Феньи, он совсем сник