День, когда никто не проснулся - Полли Хо-Йен

его тепло. Внутри что-то щелкнуло, и ноющее, тошнотворное ощущение бесследно прошло. Но почти сразу же живот скрутило от тревоги, как и утром. Мы вернулись на то же самое место на главной улице. Мы никуда не продвинулись и потеряли единственного человека, которого видели неспящим.

– Пойдем дальше? – предложил Тио.

– Конечно!

В моей памяти всплыло лицо Додо на экране маминого телефона: испуганная и бледная, тетушка покосилась через плечо и сказала: «Не уверена, что обсуждать это по телефону безопасно» – и дала отбой. Что такого важного узнала Додо? Как могла бы объяснить сегодняшние события?

– Ты готова?

Голос Тио вернул меня к реальности.

– Да, идем.

Ноги все еще слегка подкашивались, поэтому я шла медленно.

Возле поворота к нашей школе я вспомнила всех, кто был бы сейчас здесь в обычный день. Они бы наполнили игровую площадку криками и беготней, но сейчас они все лежали в кроватях, тихие и неподвижные.

Мысль о том, что Лейла тоже погрузилась в странный сон, пронзила меня насквозь. Она никогда не стояла на месте, всегда суетилась. Даже когда спала. Однажды я ночевала у нее дома, и Лейла вдруг резко села, пробормотала: «Пора идти, мистер Осьминог» – и снова рухнула в кровать, двигая ногами, словно плыла брассом. На следующее утро мы обе ухохотались, когда я ей об этом рассказала. От воспоминаний стало только хуже. Я не могла поверить, что поссорилась с Лейлой, а теперь она еще и спит беспробудным сном.

В последний раз, когда я видела ее бодрствующей, Лейла беззвучно сказала: «Прости меня», а ее глаза становились все больше и больше, как с ней всегда бывало перед тем, как расплакаться.

– Лейла, – пробормотала я себе под нос.

– Что? – спросил Тио.

– Просто мысли вслух. Мы сейчас будем проходить мимо квартиры мамы Лейлы. Вчера она должна была ночевать там. Это в доме за углом, возле школы.

– Ну и?

– Давай попробуем ее разбудить, – предложила я.

Тио выдохнул – почти прошипел:

– Ты вроде планировала найти Додо.

– Конечно, план такой. Но раз мы все равно идем мимо, давай проверим, что с Лейлой. Тут рядом. Пожалуй, стоит и в школу зайти. Если мы с тобой не спим, то кто-то еще, возможно, тоже. И если это дети, они отправятся в школу. Я попробую разбудить Лейлу, а потом мы вместе заглянем в школу.

– Ты правда думаешь, есть кто-то еще, кроме нас?

– По-моему, обязательно должен быть, мы ведь видели кого-то в переулке. Нам нужно продолжать попытки разбудить других и поиски тех, кто уже проснулся, – сказала я, уклоняясь от прямого ответа. Тио впервые усомнился в том, что мы найдем других, и я больше не желала слышать возражения. – Кроме того, нужно проверить, как там Лейла, – добавила я.

– Ясно, – бросил Тио.

Но в кратком ответе сконцентрировалось столько злости, что я опешила:

– Ты против? Тебе не обязательно идти со мной…

– Где она живет? – И опять каждое слово было произнесено резко и четко.

– Вон там, – показала я.

На этот раз Тио вообще промолчал.

– Так, может, и ты хочешь попробовать разбудить друга?

– Пошли уже, – фыркнул он и потом добавил: – Только время зря потратим: Лейла спит непробудным сном.

– Наверняка есть еще неспящие. Верю, что и Лейла среди них.

Тио снова промолчал и яростно затопал вперед. И тут меня осенило: вернулся тот, второй Тио, которому нравится вредничать и подтрунивать надо мной. Утром все было по-другому. Не совсем так, как раньше, когда мы дружили, но мне казалось, что мы становимся ближе. А теперь я снова почувствовала холодный металл в его голосе и невольно вздрогнула от страха.

Среда

10:02

По дороге к дому Лейлы мы оба хранили молчание.

Мама Лейлы жила в квартире на первом этаже многоэтажки, и, когда я нажала на кнопку домофона, мы услышали эхо звонка сквозь дверь. Никто не ответил.

– Обойду дом с той стороны, – помахала я.

– Какой смысл проверять? Если они не открыли дверь, значит спят! – Тио сунул руки в карманы с таким видом, словно собрался уходить.

Я не стала ему отвечать и пошла к боковой калитке, которая вела в задний дворик. Пощупала толстую, тяжелую цепь и висящий на ней замок.

– Если постараюсь, смогу перелезть, – заявила я, больше для себя, чем для Тио. – Мы с Лейлой так уже делали.

Мои слова прозвучали с такой уверенностью, словно мы перелезали через забор сто раз, но на самом деле это случилось лишь однажды – и удалось только Лейле.

Кованая железная калитка слегка вздрогнула, когда я подтянулась на ней, но я нашла завиток, куда можно было поставить ногу. Я потянулась рукой к другому завитку, но метал врезался в ладонь, и я чуть не соскользнула вниз.

Я представила расстроенное лицо Лейлы, как она с укором смотрела на меня вчера, и ухватилась повыше, чтобы подтянуться. Добравшись до самого верха, перелезла на другую сторону. Вниз я старалась не смотреть, чтобы не знать, как далеко будет падать.

– Ну вот и все! – крикнула я, приземлившись. – Твоя очередь. Если, конечно, ты со мной.

Тио пробормотал что-то неразборчивое, но на калитку полез. Он справился гораздо быстрее меня и спрыгнул на землю с громким стуком.

Газон прихватило морозцем. Некоторые растения были покрыты серебристым инеем, а некоторые размякли в серо-зеленую кашицу. Спальня Лейлы находилась с этой стороны дома, и дверь открывалась прямо на газон. Я подбежала к двери и прижалась носом к стеклу, пытаясь заглянуть в просвет между шторами.

– Вон она, вижу! – На самом деле я могла разглядеть только тонкую руку Лейлы поверх одеяла, но мне почему-то полегчало уже оттого, что подруга была рядом. – Лейла! – Я постучала по двери с такой силой, что стекло зашаталось в раме.

– Говорил же тебе, – пробормотал Тио. – Все спят.

– Я должна проверить, как себя чувствуют люди, которые… – Я не стала заканчивать фразу, потому что хотела сказать: «…мне дороги». – Ты мог бы и не увязываться за мной! – огрызнулась я.

– Но я ведь пообещал, что пойду, верно? – проворчал в ответ Тио.

От злости на щеках у меня вспыхнул румянец. Часть меня с удовольствием избавилась бы от Тио. Его сюда словно на аркане притащили (что-то явно изменилось с момента нашей встречи утром). Но другая часть предпочитала терпеть ворчливого попутчика, лишь бы не остаться в одиночестве в полной тишине.

– Лейла! – Я снова заколотила в дверь.

Прижала лицо к стеклу, пристально изучая руку подруги. Я изо всех сил представляла, как рука зашевелится, Лейла сядет, протрет глаза и посмотрит на меня. И как изменится