День, когда никто не проснулся - Полли Хо-Йен

мы с мамой вчера ушли. Подушки должны были лежать на диване, но валялись на полу, словно их туда бросили. Додо часто оставляла ровные стопки книг по всему дому, но сейчас вещи были разбросаны, валялись в беспорядке. Даже мусорное ведро на кухне выглядывало из шкафчика.

Все это приметы быстрых сборов: Додо либо в спешке бежала куда-то, либо что-то искала. А потом внезапная мысль заставила меня замереть на месте: а вдруг это не Додо искала что-то? Вдруг это был кто-то другой?

Снова покрутила в руках записку: «За мной следят», – говорилось в ней. Что, если те, кто следил за Додо, обшарили квартиру?

Мой мозг лихорадочно искал ответ, но находил только новые вопросы. Почему за Додо следили? Кто? Если тот же самый человек или люди перевернули ее квартиру вверх дном, то что они искали? И нашли ли они Додо? Может, именно поэтому ее здесь нет?

Я вернулась в спальню и нажала ладонью на подушку. Подушка мягко спружинила обратно. Еще раз огляделась. Посмотрела на ночной столик с красками, пастелью и стаканом мутной воды. Не пропустила ли я чего-то важного? Какого-то намека, который помог бы мне расшифровать послание Додо, или подсказки, где ее искать.

Эврика!

Блокнот Додо, тот самый, который она показывала мне вечером, был засунут между кроватью и тумбочкой. Он идеально вписался в промежуток между ними, и я бы не обратила на него внимания, если бы не отвела взгляд от тумбочки.

Вытащив блокнот, я сразу же поняла, что с ним что-то не так, хотя снаружи никакой разницы не было заметно. Пролистала страницы до рисунков с лисами – Vulpes vulpes, как их назвала Додо, – и дошла до места, где должны были быть странные существа из снов.

Листы были выдраны, и торчали только неровные корешки. Именно поэтому мне показалось, что блокнот изменился: он стал заметно легче, ведь из него вырвали так много страниц.

Не осталось ни одного рисунка странных существ.

Среда

12:17

Проведя пальцем по краям рваных страниц в альбоме, я попыталась вспомнить все, что Додо рассказала про тех существ. Их легко можно было представить, но все равно непонятно, какое они имели отношение к происходящему. Зачем кто-то вырвал рисунки? Это сделала Додо?

Покопавшись в мусорной корзине в спальне, я нашла только скомканные бумажные салфетки и старые квитанции. Даже в мусорку на кухне, которую явно сдвигали с места, я сунула нос, но и там рисунков не было.

Итак, вот что я узнала, проведя несколько часов в квартире Додо.

Додо здесь нет.

Квартира выглядит так, словно Додо собирала вещи в спешке. А может быть, Додо – или кто-то другой – что-то искала.

Рисунки со странными существами вырвали из блокнота, но страниц нигде нет. Не знаю, кто это сделал, Додо или опять же кто-то другой.

Передо мной словно лежала головоломка – одна из тех, которые мы начинали собирать во время жвачных вторников, но потом понимали, что у нас ничего не выходит. Вся информация каким-то образом должна сложиться в цельную картину, но пока мне не удавалось сообразить, как именно.

Посмотрев на часы на стене кухни, я аж подпрыгнула – уже без двадцати двенадцать! Сюда я шла целый час, хотя Тио еле плелся и мы поссорились по дороге. Мне понадобится примерно сорок пять минут, чтобы добраться обратно в школу быстрым шагом. Я уже провела в квартире Додо больше времени, чем рассчитывала, и теперь нужно было поторопиться, если я хотела успеть к часу дня.

Напоследок пробежав взглядом по комнатам, я вновь поймала себя на чувстве, что упустила что-то важное, но пора было идти обратно. Иначе я рисковала упустить Тио. Если, конечно, он и правда явится на встречу, как договаривались.

Неохотно заперев дверь, спрятала ключ под тот же горшок, где нашла.

Я почти ступила на дорогу, когда мне под ноги выкатился стаканчик из-под кофе. И остановился рядом со скомканным бумажным пакетом. При виде смятой бумаги я вспомнила, как вчера вечером Додо вырвала листок из блокнота. Странно, что я про это забыла, но теперь воспоминание ярко стояло перед глазами, словно освещенное холодным осенним светом.

Вырывая рисунок, Додо сказала что-то вроде: «Ему здесь не место». Тогда, возможно, именно она вырвала и все остальные странички. А еще я вспомнила, как Додо скомкала вырванный листок и сунула его в карман вязаной синей кофты. И вот тут я рванула обратно к подъезду. Кофта ведь лежала поперек дивана, словно растянувшаяся во сне кошка.

Мигом примчавшись к квартире, я кое-как вставила ключ в замок и ввалилась в гостиную. Сунула руку в карман кофты – и пальцы нащупали бумажный комок. Впервые за день я почувствовала облегчение, но за ним немедленно проснулось любопытство, и все вопросы, которые крутились в голове раньше, принялись терзать меня еще сильнее.

Рисунок был точно таким, каким я его запомнила. Жирные черные линии, вдавленные глубоко в бумагу, создавали смутные очертания существа. Из его тела выходили несколько отростков, похожих на хобот слона или на щупальца осьминога. Лица не было, но мне казалось, что существо все равно каким-то образом смотрело на меня.

Додо сказала, что, наверное, видела его во сне. Я провела пальцами по рисунку и почувствовала страх – и с ним пришло еще больше вопросов, на которые у меня не было ответов. Что это за штука? Почему Додо увидела ее во сне? И еще один тошнотворный вопрос: а вдруг это некое реальное существо?

Я невольно посмотрела в окно на голые деревья и пустой садик возле дома. Мне привиделось, как черное существо крадется по цветочным клумбам, и я так испугалась, что изо всех сил постаралась выбросить эту мысль из головы. Хоть и знала, она все равно вернется.

Мне хотелось посмотреть на рисунок подольше, но я аккуратно свернула его, разгладив складки, и положила себе в карман. И снова выскочила из квартиры Додо, а потом и из дома на улицу.

Теперь я могла думать только о том, была ли какая-то связь между исчезновением Додо и этим существом. Я следила за каждой тенью, мимо которой проходила, на случай, если оно и правда там пряталось. Пройдя, я тут же оборачивалась. Разумеется, никого там не было, но мне никак не удавалось избавиться от ощущения, будто я не одна и, возможно, за мной кто-то наблюдает. Однако каждый раз, когда я останавливалась и оглядывалась, ничего подозрительного не замечала.

Отмахнувшись от своих страхов, я