Римская Британия - Евгений Викторович Старшов

ветвей от одного корня», когда подобные сходные мотивы являлись развитием общей древней культурной традиции, к которой принадлежали и кельты, и германцы.

26

Здесь французская исследовательница ошибается, как будет показано далее, это третий – и самый поздний случай, зафиксированный т. н. Авторами Жизнеописаний Августов (АЖА).

27

«Авторы жизнеописаний Августов», сокр. АЖА. Публиковались в «Вестнике древней истории» в 1950—1960-х гг.

28

Женщины-друидессы.

29

К тому же мы мыслим явно греко-римскими категориями, а вот С. Пиготт метко заметил: «(Невозможно) привести в систему то, что никогда в ней не нуждалось. Кельтам была чужда строгая иерархия пантеона, которую пытались навязать им римские авторы».

30

Племенные котлы вообще были весьма почитаемыми святынями кельтов и порой использовались в самых мрачных их церемониях, вроде указанной выше. Ритуальное утопление в котле видят изображенным в одной из сцен на знаменитом Гундеструпском датском котле кельтской работы I в., а если допустить кельтское (или по крайней мере смешанное) происхождение кимвров (о чем уже было упомянуто ранее), тогда лишним доводом становится следующий фрагмент из Тацита: «Передают, что у кимвров существует такой обычай: женщин, которые участвовали с ними в походе, сопровождали седовласые жрицы-прорицательницы, одетые в белые льняные одежды, прикрепленные [на плече] застежками, подпоясанные бронзовым поясом и босые. С обнаженными мечами эти жрицы бежали через лагерь навстречу пленникам, украшали их венками и затем подводили к медному жертвенному сосуду вместимостью около 20 амфор; здесь находился помост, на который восходила жрица и, наклонившись над котлом, перерезала горло каждому поднятому туда пленнику. По сливаемой в сосуд крови одни жрицы совершали гадания, а другие, разрезав трупы, рассматривали внутренности жертвы и по ним предсказывали своему племени победу. Во время сражений они били в шкуры, натянутые на плетеные кузова повозок, производя этим страшный шум» («География», VII, 2, 3).

31

Изучая «богов любви и экстаза», французский ученый А. Даниэлу предлагает версию «перехода» Кернунна как в св. Корнилия (напомним, что «рог» по-английски – horn, а по-латыни – cornus), так и в черта (пер. с англ. Е.С.): «Значимость рогов (божеств) распространилась на весь докельтский, кельтский и германский мир, достигнув даже Центральной Германии. «Кернунн или Корнелий, покровитель рогатых животных, строитель мегалитических монументов, рядом с которыми найдены “meingurun”, или “громовые камни”, как в народе называют доисторические топоры. Культ святого Корнелия, которого принесли в жертву за исповедание своей веры, пробуждает образ священного быка Миноса вместе с его атрибутами – рогами и двойным топором» (Гвенкхлан ле Скуэзэк, «Таинственная Бретань», стр. 170). Рогатый черт народных историй, с его раздвоенными копытами, размахивающий трезубцем, несомненно, того же происхождения». Э. Росс также считает, что кельтский Кернунн «эволюционировал» в европейского дьявола – по образу и подобию своему. Что же касается св. Корнилия, то он был избран римским папой после гонения Деция в 251 г., разделял в вопросе об отступниках позицию Киприана Карфагенского, был сослан и в 253 г. обезглавлен; отличительная особенность его иконографии – рог в руке; более того, в католической церкви он объявлен покровителем рогатых животных. Кернунн жил, Кернунн жив, Кернунн будет жить! Согласятся ли признать католики своего святого в нагом гиганте Керне из английского Дорсета (высечен на меловом холме, длина 55 м), с дубиной в правой руке и эрегированным фаллосом (который тоже своего рода рог)?

32

Интересна сама собой напрашивающаяся параллель со скандинавской богиней мертвых Хель (так же звалось ее царство, отсюда – совр. англ. hell – «ад»), чье лицо также состояло из двух половин – кроваво-красной, цвета мяса, и трупно-синей; вместе с тем ей не отказывали в определенной демонической красоте.

33

Ранее уже было приведено указание С. Пиготта на существование 69 кельтских божеств, именем или деятельностью связанных с Марсом.

34

Вот слова некоего человека-птицы, буквально опутавшего этого короля таинственными гейсами, заранее готовя его гибель (что-то было непонятым, чего-то нельзя было избежать – например, как не случиться хоть одному ограблению в целое царствование?):

…Благородна власть птиц.

                                    Вот каковы те запреты.

Нельзя обходить тебе Брегу слева направо,

                                  а Тару – справа налево.

Нельзя убивать тебе диких зверей Керны.

Каждую девятую ночь не можешь ты

                                   покидать пределы Тары.

Нельзя тебе проводить ночь в таком доме,

                   откуда наружу

виднелся б огонь или свет был заметен

                               оттуда.

Три Красных не должны пред тобой идти

                        к дому Красного.

Не должен случиться грабеж

                 при правлении твоем.

Да не войдут в твое жилище

                    после захода солнца

одинокий мужчина или женщина.

Не должно тебе решать спор двух рабов.

35

Английские историки выступают против этих сведений Цезаря; в частности, Р. Коллингвуд пишет, что еще задолго до Юлия даже наименее цивилизованные кельтские племена в отдаленных уголках Британии обрабатывали землю и носили шерстяные и льняные одежды.

36

Существует теория о том, что друиды – представители бывшего правящего класса, отстраненные от власти воинской аристократией, однако она все менее пользуется поддержкой.

37

В оригинале нечто вроде «получан», «полу-бочка».

38

Причисляет друидов к философам и античный историк философии Диоген Лаэртский: «Друиды… говорили загадочными изречениями, учили чтить богов, не делать зла и упражняться в мужестве» («О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов», I, 6). Великий английский поэт, мыслитель, богослов и революционер Джон Мильтон (1609–1674 гг.), однако, писал о друидах: «Философами я их не могу назвать, потому как, по слухам, были они сварливы и честолюбивы», – как и всякое жречество.

39

И здесь вновь напрашивается параллель со скандинавской мифологией, в которой именно заостренная веточка омелы сыграла роковую роль в смерти бога весны Бальдра, сына Одина.

40

С. Пиготт относит его к плаунам.

41

С. Пиготт относит его к примулоцветным.

42

С. Пиготт дает о нем такие сведения: «Высказывалось предположение, что это был морской еж,