Тарзан неукротимый. Тарзан Грозный. Тарзан и Золотой лев - Эдгар Райс Берроуз

вашего Бога. Ваши жрецы, чтобы усилить свою власть, учили вас, что Джэд-бен-Ото жестокий бог, что его глазам нравится вид крови и страданий. Однако ложность их учений была наглядно продемонстрирована вам сегодня, когда они потерпели полное поражение.

Заберите храмы у мужчин и передайте их женщинам, чтобы они могли совершать обряды доброты, благотворительности и любви. Смойте кровь с ваших восточных алтарей, осушите навечно воду на западных.

Я давал один раз Лу-дону возможность сделать все это, однако же он отмахнулся от меня, и снова коридоры храма наполнились его жертвами. Освободите их из всех храмов Пол-уль-дона. Приносите в дар то, что любит ваш народ, оставляйте эти подношения на алтарях вашего бога. А когда он благословит их, пусть жрицы Джэд-бен-Ото раздают их тем, кто нуждается.

Когда он договорил, у собравшихся вырвался возглас явного одобрения. Они давно уже устали от алчности и жестокости жрецов и теперь, когда услышали из высшего источника вполне выполнимые указания, каким образом избавиться от старого религиозного порядка без необходимости ломать веру народа, с готовностью приветствовали это.

– А жрецы? – выкрикнул кто-то. – Надо предать их смерти на их собственных алтарях, если только Дор-уль-Ото захочет отдать такой приказ.

– Нет! – отрезал Тарзан. – Хватит уже проливать кровь. Оставьте им свободу и право выбрать любое занятие по их желанию.

В тот вечер в пол-е-дон-со был большой пир, и первый раз в истории древнего Пол-уль-дона чернокожие воины сидели вместе с белокожими в мире и дружбе. И между Джэ-доном и Ом-этом было заключено соглашение о том, что его племя и хо-доны теперь навеки союзники и друзья.

Тут Тарзан наконец узнал, почему Тэ-ден не пришел им на помощь в назначенное время. От Джэ-дона к нему прибыл гонец с указаниями задержать наступление до полудня, когда же выяснилось, что этот гонец – переодетый жрец Лу-дона, едва не стало слишком поздно. Гонца казнили, взяли штурмом стены и ворвались во внутренний храмовый двор в самый последний момент.

На следующий день во дворец Э-лура прибыли О-ло-э, Пэн-эт-ли и женщины семьи Джэ-дона, после чего в тронном зале свершились две церемонии бракосочетания: Тэ-дена с О-ло-э и Ом-эта с Пэн-эт-ли.

Еще неделю Тарзан, Джейн и Корак гостили у Джэ-дона, вместе с Ом-этом и его чернокожими воинами. А потом человек-обезьяна объявил, что собирается покинуть Пол-уль-дон. Его хозяева смутно представляли себе, где находятся небеса, а равно и каким способом боги перемещаются между своими горними домами и обиталищами людей, и потому не возникло никакого вопроса, когда выяснилось, что Дор-уль-Ото с женой и сыном перейдут через горы, после чего отправятся из Пол-уль-дона на север.

Они собирались идти через ущелье Кор-уль-джэ, и их сопровождали воины племени и большой отряд хо-донов под командованием Тэ-дена. Сам царь, множество воинов и целые толпы простых людей проводили их за пределы Э-лура, где и распрощались: Тарзан призвал благословение Божье на них, и трое европейцев увидели, как их простодушные верные друзья упали ниц всей процессией, протянувшейся от города до деревьев ближайшего леса.

В Кор-уль-джэ они остановились на денек передохнуть, и Джейн исследовала древние пещеры этих удивительных людей, а затем они двинулись дальше, обогнув зазубренный отрог Пастар-уль-веда и спустившись по извилистой тропе на другой его стороне к великому болоту. Их поход был приятной и безопасной прогулкой в сопровождении хо-донов и ваз-донов.

Многие наверняка задавались вопросом, как же эти трое собираются пересечь огромное болото, но Тарзана эта проблема совершенно не тревожила. За свою жизнь он сталкивался с многочисленными препятствиями только для того, чтобы усвоить: он всегда сможет их преодолеть. У него в голове созрело простое решение вопроса, но только оно зависело исключительно от везения.

Было утро их последнего дня в этом краю, и они снимали лагерь, чтобы идти дальше, когда из ближайшего леска донеслось зычное мычание. Человек-обезьяна улыбнулся. Ему повезло. Значит, Дор-уль-Ото со своей супругой и сыном достойно отбудут из не нанесенного на карты Пол-уль-дона.

При нем все еще было сделанное Джейн копье, которым он дорожил, ведь она смастерила его своими руками; он даже велел отыскать его в храме Э-лура после того, как его освободили, – и копье отыскали и принесли Тарзану. Он тогда со смехом сказал супруге, что оно будет висеть у них на почетном месте над очагом, как кремневое ружье ее прадедушки-пуританина висит на почетном месте над камином у профессора Портера, ее отца.

Заслышав знакомое мычание, воины хо-доны, которые прежде сопровождали Тарзана на пути от лагеря Джэ-дона, поглядели на человека-обезьяну вопросительно, тогда как ваз-доны Ом-эта высматривали подходящие деревья, потому что гриф был единственным животным в Пол-уль-доне, столкновение с которым не сулило ничего хорошего даже большому боевому отряду. Крепкая бронированная шкура зверя была неуязвима для ударов ножа, а дубинки отскакивали от него, не нанося повреждений, как отскакивали бы от каменистого отрога Пастар-уль-веда.

– Подождите, – сказал человек-обезьяна и с копьем в руке отправился к грифу, на ходу повторяя причудливый крик тор-о-дона. Мычание оборвалось и сменилось глухим ворчаньем, и уже скоро из леса появился громадный зверь. После чего человек-обезьяна повторил свой предыдущий опыт с этим гигантским и свирепым животным.

И потому Джейн, Корак и Тарзан проехали через болото, окаймлявшее Пол-уль-дон, на спине доисторического трицератопса, и более мелкие рептилии с испуганным шипением пускались от них наутек. Оказавшись на другой стороне, они обернулись и прокричали прощальные слова Тэ-дену и Ом-эту и всем храбрым воинам, которые вызывали у них восхищение и уважение. А затем Тарзан погнал титанического скакуна на север, отпустив его только тогда, когда, по его расчетам, ваз-доны и хо-доны уже добрались до сравнительно безопасных скалистых ущелий у подножья гор.

Развернув трицератопса в сторону Пол-уль-дона, все трое спешились; резкий удар по толстой шкуре – и зверь, важно вышагивая, отправился обратно к месту своего обитания. Они немного постояли, глядя на ту землю, которую только что покинули, – край тор-о-донов и грифов; джэ и джэто; ваз-донов и хо-донов; первобытный край, где есть страх и нежданная смерть, покой и красота; край, который все они успели полюбить.

А затем эти смельчаки снова повернули на север и с легким сердцем пустились в долгий путь к самому лучшему месту на свете – путь домой.

Глоссарий

Из разговоров с лордом Грейстоком и из его записей выяснился ряд любопытных моментов, касающихся языка и традиций обитателей Пол-уль-дона, которые не нашли отражения в этой истории. Для тех, кому было бы интересно разобраться в происхождении имен, упомянутых в тексте, а заодно лучше понять язык этой расы, представлен небольшой глоссарий, взятый из некоторых заметок лорда Грейстока.

Особенный интерес представляет тот факт, что мужские имена всех безволосых питекантропов начинаются с согласной, имеют четное число слогов и заканчиваются тоже на согласную, тогда как женские имена этого народа начинаются