Тридцать третий румб - Мария Валерьевна Голикова

Шло время. День заканчивался, а мимо так и не прошло ни одного корабля. Мы выпили ещё по глотку воды. Начало смеркаться. Выходит, придётся провести в этой шлюпке ночь… Под ногами давно хлюпала вода, наши рубахи пропитались влагой от сырого тумана. Ещё никогда в жизни мне так не хотелось рома.

– На моей родине, в Голландии, весной так красиво цветут тюльпаны. И жаворонки поют в вышине… – мечтательно произнёс Ханс.

Ян заплакал.

– А ну, прекратить! – рассердился Филиппо. – Ты матрос или трусливая крыса?! Подбери сопли!

Ян притих. Я подумал, что, если он опять начнёт, получит от кого-то в глаз.

Вокруг стояла непроницаемая темнота: ни огня, ни звезды, ни звука. Только тихий плеск волн да покачивание шлюпки. Роберто произнёс:

– Кто-нибудь из вас слышал историю про Джованни-скитальца?

Выяснилось, что никто не слышал.

– Тогда расскажу. Джованни родился в семье моряка. Его отец надолго уходил в море. Мальчишкой Джованни ждал его, сидел на пустынном берегу и смотрел на горизонт. Однажды его отец задержался в плавании. Джованни так переживал, так хотел узнать, где он, что подошёл к морю и попросил: «Пожалуйста, открой мне свои тайны, научи понимать твой язык! Я хочу знать, о чём говорят волны!» Море ответило ему: «Я открою тебе всё, о чём ты ни попросишь, кроме моей самой главной тайны. Но без неё мои рассказы принесут тебе только горести и боль». Джованни воскликнул: «Не важно! Я согласен!» Тогда море исполнило его просьбу – Джованни стал понимать, о чём говорят волны. Он сразу спросил у моря про своего отца и узнал, что отец цел и невредим и скоро вернётся домой. Джованни был просто счастлив, что у него появился такой удивительный дар. Он поступил юнгой на корабль, а когда подрос, стал матросом.

Море рассказывало ему о прошлом, о котором уже никто не помнит, о старинных кораблях и забытых кладах, о красоте морских дев и чудесах подводного мира, недоступного людям. Джованни мечтал хотя бы краем глаза увидеть все эти диковины. Он странствовал по свету, бывал в разных местах, и везде рассказы моря были разными. У берегов Испании и Португалии оно говорило о потопленных кораблях, золоте и крови, о жестокости берберских пиратов и страданиях галерников, у мыса Доброй Надежды – о тоске тысяч рабов, которых везли из Африки в Америку, о безжалостном капитане Ван дер Декене и его проклятом корабле, о штормах ревущих широт, о падающих звёздах… На севере песня моря была другой, Джованни слышал в ней и вой холодных ветров, и хлопанье парусов, и бой барабанов, и военные команды. У всех берегов на свете звучали тихие голоса женщин, которые ждали домой своих мужей-моряков. А на океанском просторе, далеко от земли, море говорило о свободе, о высоком небе, о тайнах созвездий…

Но морская служба – дело нелёгкое. Однажды Джованни попал на военный корабль и накануне битвы спросил у моря, чем она закончится. После этого он потерял покой. Он узнал, что битва будет долгой, жестокой и кровавой, но им суждено проиграть, и многие его друзья скоро окажутся на дне морском. Ему отчаянно хотелось изменить ход событий, уберечь своих друзей от гибели, но он не смог ничего сделать – им всё равно нужно было выполнять свой долг, выполнять приказ. Он даже не смог их предупредить – у него язык не повернулся сказать им, что завтра они все погибнут. К тому же он боялся, что это лишит их мужества в битве и в самом деле погубит. Джованни до последнего надеялся, что всё пойдёт по-другому, – но всё случилось именно так, как предсказало ему море.

Он снова и снова спрашивал у моря о будущем, и чем больше узнавал, тем тяжелее становилось у него на душе. Море говорило ему, что военные победы недолговечны, что многих сегодняшних победителей завтра ждёт забвение, позор или смерть. Море поведало Джованни о храбрецах, которым ещё только предстоит стать моряками, рисковать жизнью, терпеть лишения, страдать от жестокости капитанов – и не получить за свой труд никакой награды. Удача улыбнётся единицам, а остальным придётся несладко… Море называло ему имена кораблей, которые ещё не построены, рассказывало, как они выйдут в море, как будут бороться со стихией и друг с другом, покорять океаны ради богатства и власти – и как рано или поздно все утонут или пойдут на слом…

Наконец Джованни перестал заглядывать в далёкое будущее. Теперь он просто пытался всем помочь. Если море говорило ему, что кораблю суждена гибель, он старался предупредить матросов и капитана. Но ему не верили – или не хотели верить. Многие проклинали его, считали, что он притягивает беду. Он хотел спасти людей, но не получал за это ничего, кроме побоев и ненависти.

И тогда Джованни замолчал. Он знал уже очень многое, и это знание тяжким грузом лежало у него на сердце. Он почти перестал прислушиваться к голосу моря. Странствовал по свету из порта в порт, из океана в океан, но нигде не мог найти покоя.

Наконец он пришёл на пустынный берег, опустился на колени и сказал морю: «Прошу тебя, забери у меня дар понимать твой голос. Он мне не по силам». Набежала волна и отхлынула. Джованни вернулся на свой корабль и понял, что стал таким, как все. Больше он не понимал моря, его дар исчез. Он надеялся, что теперь наконец-то станет счастливым.

И тут он вспомнил, что море сказало ему, прежде чем дать способность понимать его язык: «Я открою тебе всё, о чём ты ни попросишь, кроме моей самой главной тайны. А без неё мои рассказы принесут тебе только горести и боль». Теперь Джованни отдал бы что угодно, только бы узнать эту последнюю, главную тайну моря. Он без конца вспоминал, о чём говорили ему волны, но никак не мог разгадать этой тайны. А чем больше проходило времени, тем сильнее он тосковал по бесконечным рассказам моря о загадках глубин, о моряках и кораблях, о том, что было и что будет… Он снова и снова приходил на берег и слушал прибой, а в плаваниях прислушивался к шуму волн – но больше не понимал ничего. Наконец он бросил службу и поселился далеко от моря, чтобы совсем забыть о нём, но так и не смог привыкнуть к земле. Через полгода он вернулся и снова нанялся на корабль.

– И что с ним сталось? – спросил Франческо.