От Садового кольца до границ Москвы. История окраин, шедевры зодчества, памятные места, людские судьбы - Сергей Константинович Романюк

«Дома прислуживало ей человек с триста. Крестьян было 8000, другов и сродников множество много; ездила она в дорогой карете, устроенной мозаикою и серебром, в шесть ли двенадцать человек с гремячими цепями; за нею шло слуг, рабов и рабынь человек сто, оберегая ее честь и здоровье». Боярыня променяла богатство и почет при дворе на преследования и лишения, приняв монашество от раскольничьего старца, и, несмотря на уговоры царя и патриарха, на жестокие пытки, она осталась верной древлеправославной вере. С ней, как и с сестрой, княгиней Евдокией Урусовой, расправились безжалостно: боярыню посадили в Боровский острог и уморили голодом.

В 1666 г. Зюзино отписали на государя, и тогда же произвели опись: «Село Зюзино, на враге, а во враге 4 пруда, а в прудах мелкие караси, да в селе церковь древяна клецки, а в церкви образы, и свечи, и книги, и всякое церковное строение и на колокольнице колокола боярина Глеба Ивановича Морозова…» В июне 1684 г. Зюзино отдали князю Василию Федоровичу Одоевскому, боярину и дворецкому, а через три года пожаловали боярину князю Борису Ивановичу Прозоровскому.

Его отца, боярина и воеводу Ивана Семеновича, скинул с раската (с крепостного вала) в Астрахани Степан Разин, но сын, подвешенный за ноги на городской стене, выжил. Впоследствии он занимал должность воеводы в Нижнем Новгороде и пожалован саном ближнего боярина. Прозоровский выстроил в Зюзине каменное здание церкви во имя свв. Бориса и Глеба рядом со старой деревянной. Интересно отметить, что алтари церкви, в противоположность обычаю, смотрят на север.

В 1721 г. именным указом Петр I отдал село князю Александру Никитичу Прозоровскому, и в этом роду Зюзино находилось до 1780 г., когда князь В.П. Прозоровский продал его Ирине Афанасьевне Князевой (именно ее муж, Александр Титович Князев, генеалог и специалист по геральдике, составил знаменитую жалованную грамоту дворянству, одобренную Екатериной II в 1785 г.). От Князевой Зюзино попало к ее брату, Петру Афанасьевичу Бекетову, который был женат на баснословно богатой Ирине Ивановне Мясниковой (она унаследовала от уральских заводчиков две тысячи душ и заводы, которые приносили ей до 400 тысяч рублей годового дохода); она владела большим дворцом на Рождественке, проданным ею в 1809 г. для Медико-хирургической академии (теперь тут Архитектурный институт).

Сохранилось описание бывшего бекетовского имения в Зюзине, сделанное в середине XIX в.: «Кто езжал по старой Калужской или Серпуховской дорогам, тот видал, то влево, то вправо – огромную дачу, никому не доступную, обнесенную сплошным тыном, облитую с одной стороны грязною речкою, с другой защищенную оврагами… Дом полукруглый; перед задним фасадом дома луг с добрую версту, опушенный парком… Дом, стоя на холме, делит дачу пополам; спереди тоже луг, под лугом пруд, рощи, понижаясь кругом, дают вид вдаль на реку, еще далее миниатюра Симонова (монастыря. – Авт.), как нарочно, поставлена для картинки… Дом – здание странное; не много комнат, но прекрасны. Зала, библиотека и столовая с мраморными каминами и колоннами, расписаны Скотти. Из библиотеки особая зала канареечная, усыпанная песком, усаженная деревьями, где были сотни птиц. Из нее сход в оранжерею, былую, единственную после Горенской. Там не стояло посуды, горшков, кадок; все растения сидели в грунту, между ними вились дорожки…» Описание это заканчивается грустно: «Дача продается под кирпичные заводы…»

Зюзинская церковь была выстроена в 1715 г., и некоторые исследователи предполагают, что автором ее мог быть известный зодчий того времени Яков Бухвостов, строитель церкви в Уборах, собора в Рязани и, возможно, церкви в Троицком-Лыкове.

Стоит церковь сейчас очень выигрышно: на большом и пустом угловом участке, так что ее желтое с белыми деталями здание хорошо видно со всех сторон. Очень выразительны крутые крытые крыльца, с двух сторон ведущие в верхний храм. Интересна необычная композиция церковного строения: три главы, две малых и одна большая, поставлены по одной линии с юга на север. Рядом с церковным зданием стояла колокольня 1879 г. в виде столбов под кровлей, где на перекладинах висели колокола.

Храм закрыли в 1938 г., и тогда похитили замечательные барочные иконостас и резную ложу, предназначенную для владельца села. Здание использовалось под мастерскую, потом архив, а с 1989 г. ее передали общине верующих.

В 1873 г. Зюзино насчитывало 443 жителя. В 1890 г. здесь была усадьба московского купца А.И. Василькова, и тогда в справочнике по Московскому уезду сообщалось, что Зюзинская волость «почти вся состоит из садоводов, воспитывающих вишни, сливы, яблоки и деревья для устройства английских садов».

Еще в 1929 г. сообщалось что в Зюзине можно увидеть «парк, службы, дом начала XIX в.». И даже в 1955 г., в книге «Подмосковье», говорилось, что «от господского дома дворян Бекетовых в Зюзине уцелели боковые корпуса 1820-х гг.; в запущенном парке два копаных пруда и следы беседок или гротов». Теперь же ничего нет, только рядом с церковью на той же Перекопской улице (№ 7), в окружении унылых бело-серых жилых коробок можно видеть флигель с полуротондой на углу, остаток когда-то большой барской усадьбы.

По Калужской дороге

От заставы Земляного вала – Калужской площади – шла дорога на Калугу, называвшаяся в пределах старой Москвы Большой Калужской улицей (о ней см. в первой части книги), которая кончалась у следующей заставы – Камер-Коллежского вала. За заставой начиналась собственно Калужская дорога, от которой у Живодерной слободы ответвлялась дорога на село Воробьево – Воробьевское шоссе. Калужская дорога (или позднее шоссе) шла через огороды к селу Семеновскому, перед которым отходила вправо дорога на Боровск – Боровское шоссе. Теперь тут перекресток Ленинского и Ломоносовского проспектов, официально до сих пор называющийся проспектом 60-летия Октября. Давно пора бы избавиться от таких названий, ведь вся Москва заражена ими…

Боровское шоссе почти исчезло в современной застройке, только кое-где оно появляется короткими отрезками: между улицами Удальцова и Лобачевского, далее от улицы Коштоянца до Никулинской, потом исчезает и примерно через полкилометра появляется снова, чтобы идти к развязке Кольцевой автомобильной дороги и далее через Солнцево на Боровск.

Остатки Калужского шоссе также еще просматриваются в плотной жилой застройке: начало его после развилки с Боровским шоссе можно видеть между домами № 5 и 7 по Ломоносовскому проспекту, а далее остался довольно значительный отрезок – примерно 1,5 километра – от улицы Гарибальди до улицы Обручева, сохранившего название Старокалужского шоссе.

Начало Калужского шоссе совпадает с направлением современного Ленинского проспекта.

Он застраивался во второй половине 1950-х гг., во время отрезвления после «излишеств» сталинского имперского «классицизма», и в течение нескольких лет заполнялся примерно однотипными домами, с одинаковыми фасадами, одной высоты, одинакового светло-желтого цвета и поэтому получился на редкость монотонным и унылым. Можно