Тара Дункан и Творцы заклинаний - Софи Одуин-Мамикониан

– Можно погладить? – спросил он.

– В-в-вежливо спроси у неё. Её з-з-зовут Ш-ш-шиба.

– Можно вас погладить, прекрасная Шиба?

Пантера ловко подставила голову под ладонь Фабриса. Он принялся гладить её с выражением полного восторга на физиономии.

– У меня есть для тебя загадка, Шиба, но она сложная. Первая часть – город в Австрии, вторая – соединительный союз, третья – так называлась волшебная страна, четвёртая – короткое слово, которое говорят, когда что-то кому-нибудь отдают, а пятая – так мы обозначаем себя. Всё вместе – то, какая ты.

Трое друзей принялись ломать голову над разгадкой, а Шиба вопросительно мурлыкнула. Вдруг Пеночка просияла.

– Я знаю! – воскликнула она. – В Австрии есть город Грац. Вторая часть – и, третья – Оз, это волшебная страна из книжки. Отдают что-нибудь со словом «на», а себя обозначают местоимением «я». Грациозная!

Внезапно у Тары зажужжал пропуск-карта, и она отошла в сторону, чтобы ответить на звонок мастера Чима. Старому волшебнику понадобился флакон слюны и слизи плоппов, ядовитых сине-белых лягушек, которые живут на равнинных землях кентавров.

Когда Тара вернулась к друзьям, Калиб был зол, а Фабрис и Пеночка бледны.

– Что случилось? – спросила Тара.

– Ведьма Ангелика умудрилась пожаловаться мастеру Драгошу, что мы мало тренируемся, и он распорядился, чтобы мы лишний час практиковались в заклинаниях.

– Если вспомнить тот разговор, который мы слышали, как думаете, это не может быть фокус, чтобы нас заколдовать или похитить? – выпалил Фабрис.

– Нет. Других ребят выкрадывали ночью, а не среди белого дня. И не могу себе представить, чтобы Драгош решился на такое на глазах у всех. Но лучше позову каких-нибудь учеников, чтобы они понаблюдали. Чем больше рядом будет народу, тем безопаснее.

Откликнулись Робин и Скайлер. Без приглашения явилась Ангелика и двое из её свиты – Кэрол и Моника.

Во избежание происшествий замок сделал стены спортивного зала мягкими и покрыл огнеупорной голубой пенкой. На трибунах лежали удобные подушки.

Переступив порог зала, мастер Драгош удивился, что здесь собралось столько подмастерьев.

– Что ж, юные заклинатели, похоже, вам хочется повторить основы. Хорошо. Давайте начнём. Мисс Дженти?

Он наставил указательный палец на рыжеволосую девушку, и она сделала шаг вперёд.

– Посмотрим, что вы умеете. Наложите на ваше одеяние заклинание Декоратус.

– Декоратус, мастер?

– Да, именно. – Очертив своё одеяние, Драгош воскликнул: – Декоратус! Пусть тем, что драгоценно для меня, украсится и мантия моя!

Мантию волшебника тотчас осыпало загадочными бриллиантовыми иероглифами.

Кэрол смело повторила:

– Декоратус! Пусть тем, что драгоценно для меня, украсится и мантия моя!

Ничего не произошло.

Вампир закатил глаза и вздохнул.

– Юная леди, мало просто произнести заклинание. На нём надо сфокусировать мысли. Ангелика, твоя очередь.

Высокая девушка зачарованным голосом произнесла заклинание, и её мантию (Ангелика, как и те, кто тренировался, уже накинула её на плечи) мигом украсил сложный узор.

Кэрол покраснела и выкрикнула:

– Декоратус! Пусть тем, что драгоценно для меня, украсится и мантия моя!

На сей раз на ткани появилось несколько символов.

Фабрис, Пеночка и Калиб внимательно слушали мастера, и безо всяких сложностей повторили упражнение.

На мантии Фабриса возникли тигры и львы, на одежде Пеночки – цветы, а облачение Калиба украсилось изображениями прыгающих лис. У Скайлера получился узор из мечей и копий, а у Робина – пейзаж с деревьями и другими растениями.

Тара, которая после церемонии оделась в простую мантию заклинателя, восторженно смотрела на друзей. Да, пользоваться магией непросто. Чтобы обуздать силу, нужна концентрация. Изучив свою одежду, девочка подумала, что на ней неплохо смотрелись бы лошади.

Вдруг по залу прокатился раскат грома. От неожиданности все отпрыгнули в стороны, а потом раздался истошный вопль Ангелики. Теперь её мантию украшали блестящие опасные змеи. На одежде её подруг появились цыплята, индюшки и страусы. А на мантии верховного волшебника проступил ужасающий череп со страшным оскалом.

Тара же отметила, что её мантию украшают серебряные лошадки.

Узор на мантии изменился у каждого, кто находился в зале. У Пеночки теперь блестели короны, скипетры и драгоценные камни, а Робин с беспокойством смотрел, как вместо мирных лесов у него на одеянии разворачивается битва эльфов.

Тара пришла в ужас. Она не понимала, что теперь делать, и её тревогу заметил вампир.

– Можно поинтересоваться, что вы такое, по-вашему, делаете, юная леди?

– Да ничего особенного, мастер. Простите меня. Я не специально.

– Накладывать заклинания не специально – не лучший подход, – пробурчал Драгош. – Другое дело, хотели вы этого или нет. Вероятно, вы решили впечатлить друзей демонстрацией своего таланта. Что ж, посмотрим, на что вы ещё способны.

Вампир встал напротив Тары, указал на изображения лошадей на произнёс:

– Декоратус! Узора такой дивной красоты пока ничем не заслужила ты.

Серебряные лошадки задрожали и исчезли.

– А теперь, юная леди, сделайте так, чтобы они снова появились.

– Но я не… – пискнула Тара, которой не хотелось творить волшебство.

– Не спорить! – прорычал Драгош.

Призывать Тару к послушанию подобным способом было бесполезно. Так или иначе, а бабушка являлась гораздо более страшным противником, чем вампир. Тара глубоко вздохнула и постаралась успокоиться.

Намеренно не используя никакого волшебства, она произнесла:

– Декоратус! Пусть тем, что драгоценно для меня, украсится и мантия моя.

К её радости, никаких узоров на одежде не возникло.

Драгош, который не понял, что она нарочно так поступила, ядовито скривился.

– Я наложил на тебя заклинание, и как бы умна ты ни была, ты не скоро сумеешь его снять, – заявил он, переходя на «ты». – Окружающие будут думать, что ты из тех волшебников, которые не могут правильно прочесть заклинание. Это научит тебя не мешать другим на занятиях.

Вампир резко взмахнул рукой, а затем изрёк:

– Декоратус! Пусть так, как подмастерья захотят, украсится у каждого наряд.

У всей группы, кроме Тары, на мантии появились прежние узоры.

Не обращая внимания на усмешки Ангелики и её свиты, Тара побрела к трибунам, села на подушку и наблюдала оттуда за оставшейся частью занятия. В действительности она была очень рада, что ей не нужно колдовать!

Целый час мастер Драгош и подмастерья отрабатывали узоры – учились делать их цветными. Затем он заставил учеников левитировать, безжалостно критикуя манёвры и заставляя врезаться в стены и отскакивать от них, если приказы выполнялись недостаточно проворно.

К тому моменту, когда они под зловредным взглядом волшебника покидали зал, Калиб был почти готов поднять мятеж. Теперь девочку обходили стороной, а Калиб, в отличие от остальных юных заклинателей, знал, что Тара вовсе не желала разозлить мастера.

Однако Робин похлопал её по плечу, а Фабрис и Пеночка сохранили свойственное им дружелюбие.

– Уверен, что у жуткого вампира припасена парочка трюков, – горько проговорил Калиб, вгрызаясь сразу в шесть пирожков с мясом, которые он «вызволил»