Сон наяву - Людмила Ладожская

class="p1">Софи плутовато посмотрела на недовольного Франсуа и пробирающегося к ним красного петуха и быстро приняла предложение посла, чье общество показалось ей интереснее на тот момент. Шумная и быстрая гальярда быстро увлекла парочку в танец.

– Вы весьма неплохо двигаетесь? – сделала комплимент Софи своему партнеру. – А почему вы не в костюме?

Чернобородый симпатичный мужчина искренне рассмеялся.

– Как же? Вы думаете, я не в костюме? А в чем я по-вашему? – он это произнес с таким акцентом и выражением лица, что оба прыснули от смеха.

– Прошу прощения, если обидела вас чем-то! – щеки ее слегка дали румянец, губы соблазнительно блестели.

– Простите за нескромность, прекрасная девушка. Вы замужем или родители ищут вам жениха?

– Я замужем, – рассмеялась София, вспомнив бегемота Борьку.

– Но тот мужчина не ваш супруг?

– Нет. Это приятель моего мужа. Он сопровождает меня на этом балу.

– Со стороны вашего мужа очень большая ошибка отпускать такую прекрасную даму на бал одну. Вы не боитесь, что вас могут украсть?

– Не Вы ли, господин посол?

– Может, и я. Мне не терпится сорвать с вас маску и убедиться в том, что хотел бы увидеть под ней, – он чувственно держал ее за руку и талию, когда это было нужно.

Герцог де Омаль сам не понимая почему наблюдал за танцующей Софи и послом Турции. «Волосы? Почему они мне так знакомы? Откуда я знаю эту даму? Да, надо навестить вдовушку в Париже или соблазнить камеристку Мадлен. Последнего хочется больше. А, граф расстроенный! Значит, на даму у него планы! Кто же она такая?»

В это время посол, словно случайно задел маску Софи и ее лицо на некоторое мгновение открылось. Она пожурила напарника и быстро водрузила маску на место.

«Стоп!», – у герцога похолодело внутри. «Волосы! Ее волосы! Шея! Губы! Софи! Не может быть? Кто решил со мной сыграть злую шутку?»

Он посмотрел на Мадлен, окруженную дамами и кавалерами. «Да, она все знает! Мадлен отдала свое платье камеристке? Что здесь не так? Хорошо, я подыграю вам! Значит, Франсуа тоже знает, что девушка служанка! Каналья! Как же я не понял! Он же буквально пожирал Софи за обедом! Вот в чем дело!».

Герцог взял бокал вина и подошел к жене.

– Я все-таки попытаюсь разгадать имя дамы вашего брата, мадам! Приглашу ее на павану.

– Герцог, это, пожалуй, единственный танец, который вы более-менее танцуете! Желаю удачи! – Мадлен смеялась над ним. Это было написано в ее глазах.

«Она решила отдать девчонку на растерзание братцу! Опять тайны и интриги!», – герцог старался незаметно держаться ближе к Софи и ее партнеру, что бы после танца не дать возможности кому-нибудь другому перехватить ее.

Наконец-то гальярда закончилась. Посол отвел Софи в сторону, желая получить следующий танец, но герцог оказался проворнее.

– Дама в костюме ночи освободилась? Не изволит ли она подарить павану мужчине, чье сердце уже наполовину разбито ее красотой? – он протянул руку Софи, не дав возможности ни послу, ни девушке отвергнуть его предложение.

Софи подала своему хозяину дрожащую руку. Его прикосновения обжигали ее и возвращали к утреннему купанию. Почему он так на нее действует. Она искоса поглядывала на смеющиеся под маской глаза. «Хоть бы он меня не узнал! Наверное, зря мы решили сыграть с огнем!» Заиграла музыка и Софи почувствовала его руку на талии. Ей казалось, что она попала в железные тиски. Он почувствовал ее напряжение и ослабил пальцы. Софи вздохнула, вызвав у него улыбку.

Посол взглядом подозвал своего маленького слугу-карлика и, шепнув на ухо, указал в сторону Софии. Карлик понимающе кивнул и растворился в толпе.

– Признаюсь, наблюдал за вами, мадам. И вы знаете, так и не смог разгадать вас, – осторожно начал разговор герцог.

– Я бы тоже не догадалась, кто вы, не будь я подругой Мадлен, герцог! – пыталась надменно произнести Софи.

«Она! Думает меня провести. Хорошо, поиграем вместе в игру, которую затеяли моя женушка и ее братец!»

– Значит, подруга моей жены? Отлично, круг подозреваемых сузился! И……..

– И? – Софи старалась держаться холодно. Ей действительно было холодно от взгляда мрачного рыцаря, но руки и талия горели в его руках.

– У моей жены нет подруг, мадам! Значит….

– Значит, мое имя останется тайной.

– Хватит валять дурака, Софи, – де Омаль сильнее прижал к себе стушевавшуюся девушку. – Вы думаете меня провести? К чему? Что затеяла моя жена и ее братец? Дени тоже участвует в этом маскараде? – закидал вопросами ее герцог.

– Ваша светлость, – Софи старалась быть увереннее и спокойней. – Дени все узнал в последний момент, когда вы покинули ваши комнаты. А затея пойти со мной на бал принадлежит графу.

– И вы, конечно же, согласились! Послушайте, Софи, может, вы шпион гугенов с юга? Может, по вам плачет плаха? – герцог готов был разорвать ее.

– Мне больно, – совершенно спокойно ответила Софи.

Герцог ослабил хватку и продолжал вальсировать.

– Я хочу, чтобы вы как можно быстрее покинули это место, – со всей строгостью сказал де Омаль. – Мы не скажем герцогине, что я разгадал вас. Но вы должны покинуть бал. Держитесь меня. Как только ваш кавалер отлучится, следуйте за мной. Я отведу вас в аппартаменты.

– Хорошо, ваша светлость, – София расстроилась, что ее бал так быстро заканчивается, но ослушаться герцога она не могла.

– И еще? Почему Мадлен пошла на эту авантюру? Наверняка, вы знаете, Софи? – уже мягче спросил де Омаль и теплее посмотрел на девушку.

– Я не уверена, что правильно расслышала. Франсуа грозился открыть вам какую-то тайну о герцогине.

– С этим связан мужчина?

– Я не могу врать, ваша светлость. Они говорили очень тихо, выгнав нас с Дени в другую комнату.

– Танец заканчивается, Софи. Может, вы все-таки скажете свое настоящее имя? И какие цели вы преследуете?

– Я камеристка вашей супруги, ваша светлость. И вы сами привезли меня в Версаль. Если вам будет угодно, вы можете меня отослать назад в поместье де Бовилей, и я вполне счастлива буду воссоединиться с моей семьей.

Последние ноты паваны затихли. Герцог так не хотел выпускать девушку из своих рук. Он бесился от того, что надо идти к Мадлен и выслушивать ее насмешки. Он бесился от того, что не мог оставить ее в своих объятиях и вести в новый танец. Он бесился от того, что не мог прижаться к ее прекрасным розовым бутонам и насладиться свежим поцелуем. «Интересно, были ли у нее мужчины? Наверняка! Она красива! Она мила и очаровательна! И она будет моей!» Герцог нехотя отвел ее к Франсуа и Оберону.

– Ваша спутница, граф, прелестна! Надеюсь,