Сон наяву - Людмила Ладожская

завтра за обедом вы расскажите, кто она! Мне и Мадлен не терпится узнать ее имя! Мы даже будем рады принимать ее на обеде! Мадмуазель, надеюсь, что вы примете наше приглашение. И, если граф позволит мне еще танец, то буду благодарен вам и ему, – герцог слегка склонил голову, наблюдая за бешенным Франсуа.

– Я не против, – вызывающе ответила Софи, прямо глядя в глаза Мишелю.

– Тогда следующая павана моя, – герцог слегка улыбнулся и поцеловал руку Софи, обжигая своими губами.

«Герцог целует руку служанке! – с сарказмом подумал Франсуа. «Кто бы знал!»

– Франсуа, позволь мне следующий танец с твоей очаровательной спутницей, – мужчина в костюме петуха начал атаку со своей стороны.

– Оберон, извини, но этот танец будет моим и последующие тоже, – отрезал граф, взял девушку за руку и повел к танцующим. – Софи, ты не колдунья? Ты просто притягиваешь мужчин, словно магнит! Даже герцог не устоял перед тобой, имея красавицу-жену!

– А, вы уверены, что иметь красавицу-жену вполне достаточно для счастливого брака? – усмехнулась София.

– В случае моего богатого родственничка, да!

– А в Вашем?

– А в моем нужна богатая жена! Путь она будет даже самой страшной на земле! Ведь есть прелестные служанки, вроде вас! Или вы себя уже возомнили леди? – рассмеялся Франсуа, пытаясь дотронуться до ее груди.

– Нет, – строго сказала Софи, – я знаю свое место. Так же как и вы должны знать свое! – ей хотелось сейчас оказаться в своей каморке и поплакаться на плече добряка Дени. Хотелось рассказать всю правду и спросить хотя бы его совета, что ей делать и как жить дальше. Ведь с каждой минутой все запутывалось и не предвещало хорошего конца.

Она, молча дотанцевала танец, полностью окунувшись в свои размышления, тогда как три пары глаз не упускали ее из вида. У каждого из них на ее счет зрели свои планы. Софи хотелось избавиться от пьяного Франсуа и его разнузданного дружка, поэтому она приблизилась как можно ближе к де Омалям. Герцог уловил ее настроение и подошел к молодым людям.

– Граф, ваша спутница, наверняка, выпила бы немного шампанского. Я прав?

– Да, ваша светлость. Здесь очень душно.

– Хорошо. Я раздобуду чего-нибудь выпить. Надеюсь, что моя спутница под надежной охраной?

– Не волнуйтесь, граф.

Франсуа скрылся в толпе танцующих, а Оберон, от греха подальше решил подальше держаться от мужа своей любовницы.

– Может, еще танец, Софи? – совершенно спокойно и легко спросил герцог. – Что с вашим настроением? Франсуа вас обидел?

– Нет. Я бы сейчас хотела уйти отсюда. Мне надо побыть одной.

– Хорошо, давайте мне руку. Мы идем танцевать. Отойдем подальше от Мадлен и я Вас выведу отсюда.

– Благодарю Вас, ваша светлость.

Она была в этот момент такой покорной и уставшей, что герцогу хотелось сжать ее в объятиях и не выпускать никогда. Они протанцевали несколько кругов. Мадлен была окружена поклонниками, а Франсуа с бокалом шампанского задержался в беседе с каким-то джентльменом в ядовито-зеленого цвета комзоле и, судя по выражению лица, вел серьезный разговор. Герцог плавно вывел Софи из танца и повел к выходу.

– Идите немного вперед, Софи, шепнул он ей на ухо. Я буду следовать за вами. Сейчас в коридорах рядом с зеркальной галереей людно.

– Хорошо. Я плохо помню дорогу.

– Сейчас прямо, потом в коридор прямо и свернете направо у белых широких дверей.

– Хорошо.

Софи неторопливо шла, стараясь не обращать на себя внимания, хотя парочка мужчин, так и хотела за ней увязаться, но присутствие герцога отмело у них эту затею. За ними следовал еще один человечек – маленький неприметный турок-карлик. Постепенно людей становилось все меньше и меньше. София прошла по длинному коридору прямо и около дверей свернула направо, обернувшись назад и получив кивком подтверждение от герцога. В коридоре она немного растерялась и замедлила ход. Обернулась, дожидаясь де Омаля, боясь заплутать в этих лабиринтах. Он вышел из-за угла и медленно подошел к Софи. Ее сердце от чего-то бешено забилось. Она стояла молча и смотрела в его глаза. Он снял серую маску и положил в карман комзола, пожирая ее своими потемневшими в этот момент глазами. Вокруг была тишина, которую нарушали изредка удаленный смех и музыка. Он обхватил ее за талию и впился губами в ее готовые к поцелую губы. У Софи подкашивались ноги. Она не сопротивлялась, ловя себя на мысли, что ждет этого поцелуя уже с утра. Он осторожно снял с нее маску и, найдя глазами нишу, закрытую тяжелыми бархатными портьерами, схватил ее за руку и увел внутрь, убедившись, что они остались не замечены. Он молча прижал ее к стене и неистово начал целовать ее лицо, губы, шею, грудь. Софи хотела его. Она вдруг вспомнила располневшего Бориса, которому кроме работы, денег и поспать ни до чего не было дела. Она чувствовала себя виноватой, но это еще больше подстегивало ее желание отдаться герцогу. В маленькой нише было неудобно, но она молча помогала ему, преданно глядя в его глаза. «Хорошо, что на мне нет трусов, иначе он порвал бы их, и завтра нечем было б прикрыть зад», – думала София обнимая его за шею и стремясь на встречу обоюдному желанию. Он приподнял ее, освободил свой меч и вошел в нее, сдерживая стон страсти. Софии казалось, что она теряет голову, теряет сознание. Она целовала его в шею, бесконтрольно шепча на ухо слова любви. К пику блаженства они пришли вместе. Она обмякла в его руках, мечтая, чтобы эти мгновения счастья никогда не заканчивались. Он осторожно опустил ее на пол, поправив юбку. Застегнул штаны, оправил камзол, нежно взял за подбородок и поцеловал в губы так, как может целовать влюбленный человек. Волна страсти снова захлестнула Софию и, она с благодарность ответила на его поцелуй, слегка покраснев от содеянного. Герцог одел на нее и на себя маски.

– Мы увидимся позже, дорогая Софи, – несколько помолчав, сказал он.

– Но…

– Нет никаких но. Есть ты и я, – он приложил палец к ее губам и еще раз сорвал нежный поцелуй.

Герцог выглянул из ниши. Никого не было кроме одиноко горящих свечей, освещающих пустынный коридор. Он взял ее за руку и быстро повел дальше.

– А вот и бродяга Дени,– усмехнулся герцог, завидев маячащего по коридору слугу. – Каналья чувствует свою вину. Софи, иди в комнату. Я совсем скоро к тебе приду. Надо проконтролировать Франсуа и Мадлен. Не хочу, чтобы они помешали нам этой ночью.

– Ваша светлость….

– Мишель. Зови меня Мишель, моя дорогая и прекрасная Софи, – улыбнулся де Омаль. – Дени, прохвост!